Избранница Белого Волка

Глава 8. Смятенье чувств

– Что тут происходит? – звенящую тишину в ушах прорезает гневный голос Рагнара. Его вопрос сочится угрозой любому, кто будет медлить с ответом, испытывая его терпение.

Я вздрагиваю и открываю глаза. Сквозь тающую пелену тьмы в глазах различаю фигуры родителей, с опаской застывших перед Рагнаром.

Их растерянные лица свидетельствуют о том, что их разговор не плод моего воображения. Выходит, я – причина переполоха, но уже не по своей воле.

Ловлю ускользающий от меня виноватый взгляд отца. Мне не кажется? Действительно виноватый? Приглядываюсь. Нет, не кажется, так и есть. Смутно припоминаю, что мама в чём-то обвиняла отца.

Сама же она, наоборот, быстро справляется с растерянностью и взгляд Рагнара выдерживает открыто. Когда оборотень вновь поворачивается к отцу, она подмигивает мне. А Рагнар и отец вот-вот сцепятся. И дай Богиня-Матерь, лишь в словесном поединке.

Как же за последние дни я устала от всех этих выяснений отношений, мужского гонора и тайн. А главное, что в их результате, крайней всегда оказываюсь я.

– Я жду ответа, – настаивает Рагнар, и от его тона по комнате словно снежная позёмка посреди лета бежит, настолько голос оборотня холоден.

Перевожу взгляд на жениха. Какой же он высокий! Военная выправка лишь подчёркивает разворот широких плеч и царственную осанку. Слабость отступает, и даже будто вернувшееся зрение становится острее. Я и раньше отмечала, что оборотень по-мужски красив, но почему-то именно сейчас его облик приковывает моё внимание. Я чувствую в нём защитника. Своего защитника. И очень яростного.

– Я так рада, что вы пришли, господин, – вызываю огонь на себя, но жених не реагирует, и, привлекая его внимание, я добавляю тихое: – Рагнар.

Оборотень поворачивается на звук своего имени, и улыбка, расцветшая в первое мгновенье, медленно сползает с его лица. Взгляд Рагнара прикован к узорам на моём лице.

– Что это? – тоном, от которого в жилах стынет кровь, спрашивает он. Богиня-матерь, ещё хуже сделала, а хотела отвлечь от отца, и как теперь выкручиваться?

– Я… Я споткнулась на пороге комнаты и налетела на дверь, только и всего, – впервые в жизни намеренно лгу. Ложь во спасение, в первую очередь самого Рагнара.

– Не лги мне, Велена. Никогда не лги. У лжи есть свой запах, и я его чувствую. То, что я вижу, выглядит как след от удара, – цедит он и переводит тяжёлый взгляд на отца. – Кто посмел?

А отец совершенно деморализован тем, что произошло со мной. Он даже не понимает, что вопрос адресован ему. Сейчас выяснять с ним отношения бесполезно.

– Рагнар, могу я попросить об одолжении?

Глаза его теплеют:

– Конечно, можешь. Слушаю, Велена.

И я даже почти забываю, зачем завела разговор, засмотревшись на его ресницы, но спохватившись продолжаю, чтобы отвлечь от отца:

­– Не могли бы мы прогуляться? Здесь ужасно душно, и я уже устала лежать, – умоляющим голосом прошу его я.

– Я вижу все твои хитрости, малышка Велена, – усмехается Рагнар, но и голос, и выражение лица его становятся мягче. – Хорошо, – мне удаётся вызвать его улыбку, – собирайся, мы до ужина ещё есть время. Я подожду тебя за дверью.

Он берёт отца крепко за локоть и выводит из комнаты.

– Постарайся никого не убить, пока меня ждёшь, грозный господин, – вслед ему отпускаю я шуточку.

– Не обещаю, но очень постараюсь, – принимает подачу Рагнар.

Может, всё не так уж и плохо у нас сложится? Во всяком случае чувство юмора у него есть. А это уже немало, учитывая исходные данные для нашей будущей совместной жизни.

Стоит мужчинам выйти за дверь, фыркнув, интересуется матушка:

– Что за представление ты тут разыграла? – она ловко надевает мне платье через голову. – Рагнар же не дурак, всё понял. Глядя на твоё лицо, трудно ошибиться с выводами.

– Ну и пусть. Зато отца не прибил, как собирался. Ты видела его взгляд? – мама кивает. – Самое главное, я добилась нужного эффекта.

– Умнеешь на глазах, – веселится она.

А я забрасываю удочку:

– Что разбудил своей ненавистью отец, что вы с таким трудом сдерживали целых восемнадцать лет?

– Тебя так трясло, что даже Келси Велес испугался. На самом деле, это маленький побочный эффект от прекращения приёма капель. Приступ может повториться, но это скоро пройдёт. А, чтобы отец перестал к тебе цепляться, я внушила ему чувство вины, будто это он вызвал у тебя такой припадок. Вряд ли он тронет тебя в ближайшее время. Иначе пойдут слухи, что Келси Велес воюет со слабыми и больными. Такой урон репутации отец не вынесет.

– Ты прямо ушлый дипломат, – разочарованно ворчу я. – Столько всего сказала, но, кроме того, что я и так знаю, ничего нового.