Избранница феникса

Глава 18

— Ввиду недееспособности подсудимой как полноценной ледяной ведьмы и ее явной агрессии по отношению к гражданам нашего королевства, дана Эвелина Снежная приговаривается к смертной казни через… — судья запинается, когда створки массивной двери резко распахиваются.

Неужели неугомонный Николя вернулся?

Но нет. В комнату размашистым шагом, буйным вихрем врывается вовсе не он, а, неожиданно, сам его Величество Редвильд Десятый — высокий мужчина в изысканном наряде, подчеркивающим его королевскую стать.

Его волосы, хоть и седые, сохраняют блеск и ухоженность. Великолепная корона на голове властного мужчины сверкает драгоценными камнями. Король держится с достоинством и авторитетом, обводит окружающих в зале суровым, полным решимости взглядом синих глаз. Все в его облике выражает силу и непоколебимость правителя.

Следом за ним все оставшееся пространство внутри зала суда заполоняют его гвардейцы в красно-золотых плащах.

— Уважаемый, лэр Гарди Бжуйский, — обращается Редвильд Десятый к побледневшему судье, — не соизволите ли вы объяснить как именно была проверена дееспособность подсудимой? И почему я узнаю только сегодня о том, что все служащие нашему королевству ледяные ведьмы убиты, а последняя из них арестована и приговорена к смертной казни? — произносит король с видом, не допускающим никаких возражений. Борода мужчины с серебристыми прядями при этом вздымается, подчеркивая строгость его возражения. Король выглядит как истинный правитель, готовый защитить свое королевство от любых угроз.

— Ваше величество, я собирался сказать... — приходит в себя судья.

— Когда? После казни? — перебивает его Редвильд.

— Приговор уже вступил в силу. Совет подписал указ, — с жаром отвечает лэр Гарди, и слишком прытко для своего веса соскакивает с трибуны. Вручает королю какой-то свиток.

Редвильд разворачивает его, хмурит свои брови. Внимательно читает содержимое указа.

— И Совет, значит, пошел против короны?! — грозно восклицает король и рвет пергамент на мелкие части, однако клочья, не успевая долететь до пола, вновь соединяются воедино.

— Заклятие нерушимости, — с торжеством в голосе, осмелев говорит судья. Он больше не похож на того напуганного старика, каковым показался на момент встречи, лицом к лицу, с королем. Скорее всего, бледность судьи была вызвана эффектом неожиданности. Редвильд Десятый не должен был узнать обо мне сегодня.

— Я немедленно распущу Совет! — грозно рычит Редвильд.

— Согласно указу пятьсот тридцать четвертому, пункту четырнадцать, изданному предыдущим королем и не утратившему силу по сей день, ваше Величество, монарх вправе распустить Совет, но на это дается не менее месяца, если народ воспримет необходимые изменения, — с превосходством на лице торжествующе говорит судья. — А до тех пор, вы не имеете права в одиночку оспорить решение более чем семидесяти процентов проголосовавших за казнь подсудимой. Перевес отнюдь не на вашей стороне.

— Я камня на камне не оставлю от вашего дворца правосудия! — сжимает кулаки Редвильд Десятый.

— Вы вправе это сделать, Ваше величество, как и, прямо здесь и сейчас, взять меня под стражу при наличии обвинений. Да, их можно вам, как королю, сформулировать на ходу, но кому, как не вам знать, что действующий Совет не одобрит ваших действий, и казнь подсудимой все равно, как ни прискорбно это осознавать, состоится сегодня. Большая часть Советников проголосовала за.

В этот момент замечаю, как лэр Алехандро подсаживается к моему совсем поникшему приемному отцу. Отныне буду называть его дан Фэрнод. Это кажется мне более правильным.

Алехандро что-то шепчет ему на ухо. А после дан Фэрнод счастливо улыбается. Мужчины обмениваются рукопожатием.

Неужели нашлась лазейка в завещании?

— Именно! Все дело в формулировке, на которую я не обратила внимание, — хмыкает Агата. — В случае твоей бесславной смерти Снежным не достанется наследство. Но это ничего не значит. Чую, выстоим.

Конечно. Как ему может помочь эта приписка? Ведь если меня казнят, я точно умру бесславно. Тогда чему радуется Фэрнод?

Король Редвильд Десятый