Избранница герцога

Глава 3

— А здесь находятся комнаты для прислуги, — сказала старшая горничная по имени Тилья, сопровождавшая слуг.

Эйвери старалась держаться позади остальных, при этом она то и дело отвлекалась и едва не потерялась, когда другие ушли вперед, а девушка засмотрелась на изысканный узор на портьерах. Казалось, ее привлекало всё в этом большом красивом доме. Нет, Эйви не чувствовала себя дикаркой, и всё же в дом семьи Оберии ее пускали редко, но Эйви видела и гобелены, и серебряные подсвечники, а также картины, камины и шелковые скатерти. Но в доме герцога все выглядело намного красивее. Может, потому что это место не ассоциировалось у девушки с годами лишений, унижений и боли? Эйви не знала. Она лишь старалась лишний раз не вспоминать о месте, в котором прожила больше десяти лет, и где познала только скорбь и отчаяние.

Несмотря на все лишения, Эйвери старалась не унывать. Как бы тяжело ей ни было, она всегда находила повод улыбнуться и подбодрить себя. А порой, как сейчас, витала в облаках.

— Прошу, вот сюда, — сказала Тилья, немолодая, но крепкая и, как показалась Эйви, строгая женщина в сером рабочем платьем с белым фартуком. Ее темно-каштановые волосы были зачесаны назад и собраны в тугой пучок, перетянутый серой лентой. Как успела обратить внимание Эйви, все слуги носили похожие одежды, даже волосы у них были собраны в одинаковые прически — женщины с пучками на затылках, мужчины — коротко стрижены. В поместье Оберии всё было несколько иначе, хотя и там придерживались строгих правил.

Эйви смущенно отвела взгляд, когда на нее обратила внимание Тилья, проводившая слуг в их новые комнаты. Та прищурилась, словно подгоняя девушку пошевеливаться, и Эйвери, стараясь не злить старшую горничную, сжала ремешок своей дорожной сумки и прошмыгнула мимо служанки, старательно отгоняя от себя мысль, что ей придется жить в доме, а не на чердаке какой-нибудь конюшни или вовсе в сарае, как однажды случилось, когда Мелисса сильно разозлилась и отправила свою служанку пасти скот. Тогда-то за Эйви и закрепилось прозвище Свинарка.

Войдя в комнату, девушка подавила вздох. Пусть комната была маленькая, но здесь было светло и уютно. Вдоль стены стояла узкая кровать, заправленная свежим постельным бельем, и там даже была пуховая подушка. Вдоль второй стены стоял стул, небольшой столик в углу и комод для вещей. На комоде был подсвечник. Настоящий подсвечник, а не тот жалкий сломанный фонарь, который Эйви изредка удавалось зажечь, чтобы осветить свою каморку на чердаке конюшни.

Девушка прошлась по комнате и застыла напротив окна. Да, здесь было окно. Настоящее окно с цельным куском стекла в аккуратной раме белого цвета. И шторка. Небольшая, но все же шторка!

Эйвери тихо выдохнула, сморгнув слезинку.

Она пробудет в этом доме ровно три недели, пока Мелисса не вернется в родительское поместье, и все же Эйви уже знала, что эти три недели будут самыми счастливыми для нее. Ведь у девушки наконец-то будет своя пусть и небольшая, но теплая и светлая комнатка, где есть всё, что нужно служанке.

— Если что-то понадобится, найдите меня, — из-за спины послышался голос Тильи, и Эйви резко обернулась, чтобы поблагодарить старшую горничную, но та уже вышла, притворив дверь.

— Спасибо, — вымолвила в пустоту Эйви, расплываясь в счастливой улыбке.

Выдохнув, девушка выпустила из рук сумку и закружилась по комнате, безмолвно радуясь тому маленькому счастью, которого у нее не было долгие годы. С тех самых пор, как ее родителей не стало, а саму Эйви выкупила семья Оберии. Тогда ей едва исполнилось семь лет, а Эйви уже пришлось работать наравне с остальной прислугой. Никто не хотел считать Эйви ребенком, нагружая девочку непосильным трудом. Но она справлялась всегда, даже тогда, когда было особенно сложно. Быть ребенком-слугой уже непросто, а еще носить метку Отверженной было равносильно тому, что тебя всегда будут презирать, ненавидеть и считать низшим существом.

Но не сегодня, решила Эйви, запыхавшись и плюхаясь на кровать.

Сегодня она будет просто служанкой, которую не посмеют обижать в доме герцога Ретта. Ведь Мелисса хочет произвести хорошее впечатление на жениха, иначе бы ее не пригласили в этот прекрасный величественный дом в столице королевства. Да и сам герцог, как показалось Эйвери, производил хорошее впечатление.

Девушка прикрыла глаза, стараясь вспомнить герцога, которого она едва успела разглядеть, прячась за спинами других слуг. Он определенно был высок и статен. Хорошие манеры, приятный бархатный голос. А еще у него были белые волосы и острые кончики ушей. Эйви нахмурилась и потянулась к своим ушам, закусив губу. Она торопливо поправила волосы, которые скрывали еще один позор. Быть Отмеченной означало лишиться всего. Даже своего тела.

Девушка ощутила, как слезы подступили к горлу, и, сглотнув вязкий комок, она старательно отгоняла прочь мысли о том, кем она была.

Здесь в доме герцога Ретта, пусть всего три недели, но она будет просто Эйвери. Просто служанка. Ни Грязнушка, ни Свинарка, ни уж тем более Отмеченная.

***

— И как вам?

Орсен взглянул на Тео, который стоял от него по правую руку, и задумчиво выдохнул.

Герцог Ретт вернулся с короткой прогулки, в которой сопровождал леди Мелиссу, показывая той дом. После встречи Орсен сопроводил леди Оберии в дом, показал ей Мелори-парк, резиденцию герцога и королевского советника, считавшуюся одним из самых красивых и больших домов в столице, и, конечно же, как радушный хозяин, устроил для любопытной молодой леди небольшую экскурсию.