Избранница Судьбы, или Приключения – моё призвание

Глава 15. Мышиное раздолье

Сев на ближайшие к сцене свободные места, мы почти тут же окунулись в атмосферу безудержных торгов.

Стоявший на сцене харизматичный оборотень, которому поручили развлекать выигравшую толпу, с юмором преподносил каждый лот. Казалось бы, бесполезные безделушки разлетались на ура. Некоторые выкупали свои же вещи, что было редкостью.

В основном, всё происходило наоборот.

Сидя небольшими дружескими компаниями, адепты выкупали чужие побрякушки. Кто-то для того, чтобы потом торжественно вручить настоящему владельцу, ну а кто-то превращал это в состязание, всё больше и больше повышая цену.

Радовало, что такое мероприятие не вызывало драк и ссор между хмельными учащимися. Со всех сторон слышались лишь дружеские подколки, смех и мирные обсуждения чего либо.

Я же спокойно наблюдала за сменой лотов, перебрасываясь с Каспианом незначительными фразами и шутками. Меня до сих пор бесконечно удивляет непонятный факт того, что этот дракон так быстро захватил все мои мысли. Этот, вроде как, незатейливый разговор вызывал у меня счастливую улыбку и неизвестную теплоту. А вот мысли о том, что сам «жених» может подобного и не испытывать, ведя похожие ничего незначащие разговоры с каждой второй девушкой, приносили горечь и какое-то ещё непонятное чувство.

Не ревность, нет… на данный момент, его тяжело понять.

Как только жуткая мысль о том, что эта игра в серьёзные отношения за такой короткий, незначительный срок, для меня перестаёт быть таковой, внезапно вырвалась из общего потока, пробегая бегущей строкой, стало страшно.

Страшно стать отвергнутой со своей невзаимной влюблённостью. Хотя можно ли так назвать это чувство? Оно ведь не может возникнуть и укрепится корнями в моей голове за такое короткое время, к тому же, по отношению к человеку, которого я толком и знать не знаю.

От мыслей как можно дальше отдалиться от дракона настолько, насколько это возможно по условиям подписанного договора, чтобы удушить внезапно возникшее чувство, которое в будущем вероятнее всего причинит много боли и страданий, меня отвлёк следующий лот, озвученный аукционистом.

— И гвоздь нашей программы! Лот номер шесть — чудный браслет, принадлежащий похитителю всех женских, и скорее всего не только, сердец нашей академии! Всеобщему любимцу, которого превозносят наравне с древним богом войны! Его ярые фанаты и бывшие коллеги из лучшей Боевой академии в нашем мире готовы перечислить каждую его награду. Ну, вы же поняли, что речь идёт о боевике, вступившем в наши ряды в этом году? Именно о том, который почти тут же вверг в шок всю Мигерию внезапным признанием, что у него появилась любимая невеста! Да-да, Каспиан, эта хвалебная речь в твою честь! – заявил оборотень, шутливо салютуя дракону.

Тот в ответ сделал то же самое, приветливо улыбнувшись и тем самым давая понять, что они вдвоём, как минимум, хорошие товарищи.

— Такой ценный лот не может стоить дёшево, согласны? Поэтому повышаем начальную ставку, до трёх медных монет. Ваши предложения, уважаемые! – весело объявил аукционист, красуясь выбеленными клыками.

Те самые предложения начали сыпаться со всех сторон, явно намекая на то, что личная вещь этого дракона нужна всем и каждому и может сравниться едва ли с кислородом. А непонятная, собственническая, словно чужая мысль о том, что этот браслет любой ценной должен достаться именно мне застряла в голове, полностью захватывая мой разум.

Ну, как говорится, пошло-поехало.

И вот уже на протяжении длительного времени я отчаянно перебивала более высокой ставкой все остальные, оставив в конкурентах лишь пару человек, наивно решивших, что всё-таки смогут сегодня уйти с этим браслетом.

Сидящий рядом Каспиан сидел с озорной улыбкой на лице, поглядывая на меня каждый раз, как я повышала ставку.

Когда же цена браслетов возросла до серебряника, неожиданно из толпы выделилась Швайгурц, поднимая ценность браслета ровно вдвое.

Из-за этой досадной неожиданности, почти все конкуренты растерялись настолько, что, к своему сожалению, покинули дистанцию, так и не дойдя до финиша. Так бы произошло со мной, если бы отчаянное желание заполучить своеобразный трофей не захватило бы меня, всячески не давая Эмилии получить верх в этой битве не жизнь, а на смерть.

И, возможно, если бы не Честер, забравшийся на низкий потолок и так вовремя упавший вампирессе на голову, тем самым отвлекая её, наше противостояние длилось бы вечно.

— Ставка 2 серебряника и тридцать пять медяшек. Раз! Два! Ну же, разве вы готовы отдать столь желанный приз?... Три! Продано невесте нашего героя. Поздравляю, Одри! – торжественно объявил оборотень, склоняясь со сцены и вручая браслет мне в руки.

— Что?! Но… Но это ведь жульничество! Она мошенница!! – начала искрить яростью, наконец струсившая геккона со своего лица, генеральская дочь.

— Ой, ну что вы! Простите, я совершенно случайно не удержался на гладком потолке! – театрально произнёс Честер, оставляя гнездо из волос на голове Эмилии и спрыгивая ей на платье. О которое, к слову, обтёр лапы и, не давая себя поймать, прыгнул на пол, теряясь  сначала между рядами стульев, а потом и под столами.

Мысли взбешённой Швайгурц, вновь не получившей желаемого, о том, что ей сейчас стоит сделать: театрально расплакаться и убежать или же проредить мою шевелюру, прервал выбравшийся на ближайшую барную стойку, адепт, стоявший до этого у дверей склепа.

— Тревога! Тревога! Инквизиторы прознали о шабаше! Повторяю: инквизиторы прознали о шабаше! – громко крикнув кодовую фразу, он тут же посеял всеобщий хаос, который в считаные минуты охватил полностью забитый склеп.

Зная о том, что суровое наказание будет торжественно назначено каждому, кто сегодня осмелился нарушить едва ли не половину правил академического кодекса, адепты пытались всячески его избежать всевозможными методами.

Многие ринулись к потайным ходам, которые соответственно сейчас были максимально переполнены.