Избранница звезды

Глава 30. Вопрос на миллиард вон

Наверное, что-то в моей мимике дало парню надежду, потому что он неожиданно выдал невероятно умилительно-просящее выражение лица. И пока я хлопала ресницами, чтобы разгадать, что актёр умудрился задумать, Со Дже-Ха улыбнулся и предложил завораживающе чувственным голосом:

– Дара, может, мы всё-таки поменяемся телами?

Я посмотрела на молодого человека, как на блаженного. Неужели этот парень всерьёз верит, что на меня можно воздействовать такими дешёвыми уловками? Я фыркнула, потому что хвалёное «корейское эгьё» в понимании человека с европейским или русским менталитетом не выдерживало никакой критики. Если ваш любимый человек вдруг изобразит на своём лице «мордочку» кота из мультфильма «Шрек», начнёт разговаривать с вами тоненьким голосочком и вести себя по-детски, вам покажется это милым и непосредственным? Или вы решите, что возлюбленный впал в детство и тронулся умом?

В азиатских сериалах меня всегда ставила в тупик манера общения между парнем и девушкой, состоящих в отношениях, а иногда и между пожилыми женатыми людьми. Глядя на эти сюсюкания, с помощью которых один умудрялся манипулировать другим в паре, мне хотелось закатить глаза и спросить: «Ребята, это что, правда, работает?» Неужели корейцы считают, что достаточно сыграть в маленькую девочку, чтобы получить желаемое? Это же просто смешно! Уж я-то точно на такое не куплюсь.

– Дже-Ха, ты в своём уме? – попыталась отговорить я молодого человека. – Ты даже на ногах не стоишь! Как ты можешь в таком состоянии думать о сексе?

– Я не буду стоять, буду лежать, – пошутил парень и снова умилительно улыбнулся.

– Думаешь, это смешно? – возмутилась я.

Дже-Ха посерьёзнел и покачал головой:

– То, что я подведу режиссёра и всю съёмочную группу – вот это мне не кажется смешным точно. Дара, я понимаю, что из-за болезни в теле Со-Ён тебе придётся несладко. Было бы лучше, если я провёл бы этот период здесь, в больнице. Но у меня плотный график съёмок, и каждый день простоя обходится телекомпании в огромную сумму.

– Конечно, я знала, что корейцы – трудоголики, но что при этом они, как сумасшедшие, идут на работу даже болея или чуть ли не при смерти – это ни в какие рамки не укладывается, – рассердилась я. – Не пытайся меня уговорить, потому что всё равно не удастся. Я уже решила окончательно. Вот завтра утром проснёшься в собственном теле, тогда и отправишься на работу.

Лицо девушки стало таким жалобным, что мне стоило больших трудов подавить в себе сочувствие. Организм Пэ Со-Ён сейчас практически на грани жизни и смерти, любая физическая нагрузка может отразиться на её теле пагубно.

– Пожалуйста, Дара, – умоляюще простонал молодой человек.

– Нет уж! Потерпишь до завтра, – отрезала я. – А я останусь здесь в больнице и прослежу, чтобы ты выполнял все врачебные предписания.

Но всё-таки я задумалась. Если сейчас поменяться телами с Со Дже-Ха, актёр точно будет в безопасности. Сама ведь только недавно чуть сума не сошла при мысли, что он может умереть, запертый в теле Пэ Со-Ён. А если парень прав? И лучше нам вернуться каждому в собственное тело? Ведь скоро в клинику прибудет мама девушки, и тогда нам с Дже-Ха точно не поздоровится. Мать Пэ Со-Ён устроит нам как минимум допрос с пристрастием, чтобы узнать, почему её драгоценная дочь снова оказалась в больнице. А ведь молодой человек даже не представляет, насколько эта женщина проницательна и упорна, как агент контрразведки. Если мать Со-Ён заподозрит, что её водят за нос, прощай моё прикрытие в виде амнезии.

Что же делать? Как принять верное решение? Думай, Дара! От твоего выбора зависит ни больше, ни меньше, а судьба отношений Со Дже-Ха и Пэ Со-Ён, как жениха и невесты. Согласна, что всё будет намного проще, если мы с молодым человеком поменяемся телами, и каждый будет исполнять свою роль. Уверена, что справлюсь с матерью Со-Ён, ведь неделю назад мне удалось, хотя и с трудом, убедить её, что у дочери амнезия. Но Дже-Ха не представляет, какая коварная эта женщина. Я психотерапевт, и вижу её насквозь, к тому же поняла и запомнила её уловки, а вот парень может с натиском матери Со-Ён не справиться. Но как быть с телом девушки? Выдержит ли оно физическое напряжение?

– Эй, Со Дже-Ха! А ты не боишься умереть во время секса? – негодующе уточнила я, сердито сверля глазами молодого человека.

– Вопрос на миллиард вон, – задумчиво покачал головой актёр, перефразировав расхожее выражение: «Вопрос на миллион долларов».

Я мысленно прикинула. По курсу обмена так и выходило – одна тысяча корейских вон конвертировалась примерно в один доллар.

– Не уверена, что у нас вообще что-то получится, – буркнула я.

– О чём ты? У меня никогда не было проблем с потенцией, – нахмурился парень.

– А сексуальное желание зависит не только от физиологии, – фыркнула я. – Какая уж тут эрекция, если я всё время буду думать о том, как бы ты ни умер в моих объятиях?

– Да ладно, мне всё-таки не настолько плохо, – проговорил Дже-Ха, оглядывая себя. – После инъекций и капельницы чувствую себя почти здоровым, даже кашля нет.

– При остром трахеите кашель обостряется при физическом напряжении, ночью и по утрам, – сообщила я. – Допустим, только допустим, что я соглашусь. Где ты предлагаешь этим заняться? Не здесь же, в палате, у всех на виду? Или посоветуешь нам переместиться на пол в санузле?

Молодой человек усмехнулся нелепости моих предположений и кивнул на дверь:

– Проверь, пожалуйста, закрывается палата или нет?

Подойдя к двери, я показала парню на стекло, через которое просматривался коридор. Но сбить актёра с толку не удалось, потому что он сразу же заметил:

– Достаточно простыней занавесить, и никто снаружи нас не увидит.

– Ладно, раз ты у нас такой креативный, подскажи, как сделать, чтобы войти никто не мог, потому что замка-то нет? – я демонстративно покрутила дверной ручкой из стороны в сторону.