Изгнанная князем, или Хозяйка лавки "Блага из молока"

Глава 12. Алло, гараж!

Мы одновременно обернулись. Сзади, по зеленой траве, бежала дружина князя. Вот лиходеи непоседливые — фиг от них скроешься!

— Там чаво, князь, шоли? — удивилась Васильевна.

Чего-чего? Князь? Я протерла глаза и вгляделась в приближающуюся толпу. Среди дружинников действительно шел князь собственной персоной. Воины расступались перед ним, поспешно отстраняясь — не дай бог задеть.

Всемир был явно не в духе. Его голубые глаза горели праведным огнем. На скулах ходуном ходили желваки.

Властный князь буквально прожигал взглядом каждую частицу кожи — от этого становилось тяжело дышать. Двигаться тоже не хотелось. Хотелось только застыть под этим испепеляющим, вынимающим душу взглядом.

— Алло, гараж! — рявкнула белка и шлепнула меня лапой по щеке. — Слюни попускаешь потом! Скажи этому седому, чтоб ехал!

Я встряхнула волосами, приходя в себя. Ну-ка, собралась, Наташа! Даже белка уже уму-разуму учит.

— Дядь, а, дядь, — хлопнула я водителя по плечу, — двигай уже, что ли! Не помирать же нам тут!

— Перун с тобой, девонька, — взмолился он и хлестнул поводьями по лошадям. — Я помру только со своей женой на кладбище, но точно не на этой проклятой земле.

Он сплюнул на землю.

— И не от лап дракона, чтоб ему икалось, — пробормотал мужик, злобно прищурившись, а потом снова скомандовал лошадям: — Пошла!

Мы резко тронулись с места — так, что Васильевна едва не слетела с плеча и не превратилась в лепешку.

— Держитесь крепче, бабоньки! — крикнул наш возница.

— Как не от князя, так от этого старикашки копыта откинем! — завизжала белка, судорожно цепляясь за мои волосы.

Я вцепилась в Аньку, Анька — в край повозки… Так и ехали, цепочкой, уносясь все дальше от дружины и самого князя. Теперь главное — реально не сыграть в ящик.

— Чего ж вы сразу не сказали, что контрабанду везете? Духа б нашего уже давно не было, — буркнул старик.

Сначала я не поняла, о чем он. А потом… не поняла во второй раз. Какая еще контрабанда? И так же ежу было ясно, что за нами гнались.

Я бросила на него вопросительный взгляд, а он вдруг подмигнул. Ага, все понял.

— Так-то дело опасное, сами понимаете, — подыграла я. — А вы чего к нам заглянули? На огонек?

Было видно, что наш провожатый явно не местный и к княжеству особой любви не питал.

— Какой там огонек, доченька, — махнул он рукой. — Провизию я везу в Забытые земли.

Выходило, нам было по пути. Ну и слава богу. Заводить знакомства на новом месте — дело нужное.

— Слушайте, дядюшка...

— Василием меня зовут. Не чужие ведь люди, девонька, — засмеялся старик, обернувшись.

На душе сразу потеплело. Один добрый человек, другой — и я уже чувствовала себя почти как дома.

— А я — Наташа, — улыбнулась я в ответ. — Василий, скажите... А что там, в Забытых землях, творится, если простой люд так их боится?

Василий резко помрачнел. Потер щетину мозолистой ладонью — крепкой, с широкими пальцами и обломанными ногтями. Было видно, что он — мужик надежный, дело свое знал. Видно было, что привык к изнурительной работе.

— Забытые земли не просто так свое название носят, — хрипло начал он. — Дорогу туда перекрыли из-за местной хвори. Народ мрет там пачками каждую седмицу. И ни лекарств, ни толковых врачей — ничего нет.

Пу-пу-пу. Новости — хуже не придумаешь.

Анька, бедняжка, даже побледнела и от страха икнула. А меня всякими болячками не напугать. Помните корону? Вот и я помнила. Иммунная система у меня, будь здорова! Так что, посмотрим еще, что там у них за напасть…

Кстати, о болячках.

— А князь что? — не удержалась я от ехидной шпильки. Все-таки правитель, не просто ж трон задом греть.

— А ничаво, — Василий развел руками. — Он же, девонька, даже не гонится за нами.

И то верно. Тут тебе — сбежавшая княгиня с белками на плечах, а ему хоть бы хны. Еще и дед контрабандой промышлял…
Непорядок!

— А чего это он? — невзначай поинтересовалась я.

И тут Василий нахмурился, не сразу поняв, о чем речь. Конечно, диву дашься, когда княгиня у простого люда про собственного мужа справляется. Но тут уж ничего не попишешь. Память бывшей владелицы тела не возвращалась, а моя в здешних краях особо не помогала.

— Ты, видать, совсем с глуши в столицу пожаловала, — хмыкнул Василий.

Угу. Москва, конечно, та еще «глушь». Прям тишь да гладь!

— Князь на наши земли давно не ступал. Как только хворь появилась — так его и след простыл.

Ути-пути. Мы, значит, боимся каку подхватить? Ах ты моя курочка нежная… А ведь сколько пафосных слов-то было.

— Но это, Натусик, лишь половина беды… Внутри все было куда хуже, чем простое княжеское забытье, — покачал головой Василий.

Я тяжело вздохнула. Ну, по крайней мере, сбежала без потерь. И Аньку прихватила с собой.

— Не бери в голову лишнего, покемарь малость… — прокашлявшись, по-доброму посоветовал Василий.

Я и послушалась. Дорога была неблизкой, а событий произошло так много, что надо было хотя бы голову разгрузить. Спросить бы, какого лешего я тут очутилась, да с белками как-то не поговоришь при старике — подумает, что девка совсем тю-тю.

Мы ехали уже несколько часов, и я не могла отвести глаз от открывающегося передо мной вида. Повозка, покачиваясь, медленно катилась по ухабам, а перед нами раскинулись бескрайние поля, залитые светом восходящего солнца.

Зеленые леса окружали поля, словно оберегая их от мира за горизонтом. Я видела стройные ряды деревьев с яркой листвой, тянущиеся вдаль.

Поля были засеяны, а там, где уже колосились злаки, земля будто дышала жизнью.
Ветер, легкий и прохладный, приносил с собой аромат свежести и цветов, щекочущий ноздри.

Все выглядело так мирно, будто сама природа позаботилась о том, чтобы эти земли остались нетронутыми и чистыми.
Это и были Забытые земли? Тогда с чего ж они — забытые?

Но чем дальше мы ехали, тем сильнее менялся окружающий мир.
Мы выехали на участок, где поля выглядели угнетенными. Почва стала темнее, почти черной, и казалось, будто ее выжгло солнце или она была изрядно размыта долгими дождями.