Изгнанная невеста дракона или парфюмерная лавка попаданки

Глава 9

– Возвращаться? – Спросила я растерянно, чувствуя себя словно восьмиклассница.

– Да, тебя следует вернуть домой, к отцу. В конце концов, брак еще не заключен. – Дракон лениво улыбнулся. – Я не могу оставить тебя здесь, что обо мне скажут?

– Что ты выкрал и обесчестил девицу. – Невольно улыбнулась я, но внутри меня скребли кошки. Все внутри меня протестовало против того, чтобы уезжать отсюда. Не знаю почему, но дом моего “отца” казался мне холодным, враждебным. А здесь… Даже несмотря на то, что я не могла раскусить Рейнера, рядом с ним я чувствовала себя… спокойней?

– Но это ты приехала ко мне, как тюк с… сеном.

Я фыркнула, не удостоив своего жениха ответом.

Воздух ночи был прохладным, но не леденящим — лёгкий ветер касался моей кожи, пока я стояла на каменных ступенях перед поместьем Рейнара. Ощущение обиды и разочарования колко застряло в груди. Меня возвращают обратно, как непослушного ребёнка.

Рейнар стоял рядом, высокий, непроницаемый, словно сама ночь. В лунном свете его черты казались резче, а глаза сверкали потаённым огнём.

— Не думай, что это конец, — наконец сказал он, наблюдая за моей реакцией.

Я прищурилась, пытаясь уловить в его голосе насмешку, но он был совершенно серьёзен. Не конец? Это что, угроза или обещание?

— Так просто отправляешь меня обратно? — В голосе прозвучала непрошенная горечь.

Он вдруг усмехнулся — коротко, почти одними глазами. Потом, прежде чем я успела осознать, что происходит, его пальцы мягко коснулись моего запястья. На коже остался лёгкий жар, когда он застегнул на моей руке браслет.

Холодный металл приятно облегал кожу. Тонкое, но крепкое украшение, инкрустированное тёмными камнями, которые, казалось, светились в темноте. Что это — знак защиты? Клеймо?

Я подняла на него вопросительный взгляд.

— Чтобы ты не забыла, кому обязана сегодняшним вечером, — тихо сказал он, его голос скользнул по мне, как бархат, с опасной ноткой. — И чтобы другие знали.

Он провёл пальцем по металлу, и мне показалось, что браслет будто откликнулся, нагреваясь от его прикосновения.

— И что это значит? — мой голос прозвучал тише, чем я хотела.

Рейнар не ответил сразу, просто задержал взгляд на мне, и в его глазах зажглось что-то, от чего у меня пересохло в горле.

— Ты разберёшься. Со временем.

Он наклонился ближе, так близко, что я ощутила его тёплое дыхание у виска. Сердце замерло в предвкушении... но в следующую секунду он отступил, оставляя после себя ощущение незавершённости.

— Доброй ночи, Элеанора.

Я смотрела ему вслед, пока он не исчез в темноте, а на моём запястье, казалось, всё ещё пылал отпечаток его прикосновения.

Когда карета остановилась у родного особняка, меня пробрала дрожь. Внутри было тревожно, неуютно, как если бы я вернулась не в дом, а в тюрьму. После вечера с Рейнаром всё здесь казалось холодным, безжизненным.

Слуга поспешно открыл дверь, но я не сразу вышла. Мне не хотелось видеть отца, слышать его голос, ловить на себе его тяжелый взгляд. Но выбора не было.

Как только я переступила порог, стало ясно, что меня ждали. В холле горели все свечи, слуги затаились в углах, будто боялись стать свидетелями грядущей сцены. Отец стоял у лестницы, руки скрещены, взгляд холодный и пронзительный.

— Где ты была? — Голос его был низким, ровным, но в нём слышался металл.

Я подняла голову.

— Гуляла.

— Гуляла? — Он шагнул ближе, и воздух вокруг словно сгустился. — Одна? В темноте? Без сопровождения?

Я сжала пальцы, ощущая прохладный металл браслета, который мне подарил Рейнар.

— Меня встретил генерал Арден и привёз обратно. — Я намеренно назвала его полное имя, напоминая отцу, с кем он имеет дело.

В глазах отца что-то мелькнуло — раздражение? Подозрение? — но он быстро взял себя в руки.

— Ты ведёшь себя безрассудно, Элеанора. — Он говорил ровно, но с каждым словом приближался, и я неосознанно отступила на шаг. — Ты позоришь нашу семью.

Я сжала кулаки.

— Позорю? Тем, что дышу без вашего позволения? – Откровенно говоря, меня это раздражало. Элеанора, наверное, была той кроткой девочкой, которая терпела все понукания отца, но я – Настя, уже давно выросла. И не могла не ответить.

Тень улыбки скользнула по лицу моего “отца”, но она была жестокой.

— Элеанора, ты всегда была упрямой, но сейчас… — он наклонился ближе, и его голос стал тише, почти интимным. — Ты другая. Что-то в тебе изменилось.

Меня прошиб холодный пот. Он чувствовал это. Он видел.

Я быстро опустила взгляд, чтобы скрыть страх, и сделала реверанс.

— Простите, отец. Я устала. Пойду в свои покои.

Он не остановил меня, но я чувствовала его взгляд в спину, пока поднималась по лестнице. И от этого взгляда внутри всё сжималось.

Когда я закрыла за собой дверь, то позволила себе выдохнуть. Сердце стучало слишком быстро. Я опустила глаза на запястье, где поблёскивал браслет, и вспомнила Рейнара, его голос, тепло его руки.

Контраст был почти невыносимым.

Устала.

Развод. Разрушение всего моего мира. Очередной мир, который я не понимаю. Новый жених, который пугает меня так же, как и притягивает. Я провела рукой по запястью, ощущая холод металла браслета.

Рейнар.

Я сжала кулак. В этом мире у меня нет никого. Никого... кроме него.

Эта мысль была опасной. Но, кажется, именно она не давала мне сломаться.

Я устало опустилась на постель. Развод, новый мир, две попытки побега, жених… Все это слишком много для одного дня. Я просто ужасно устала. Надо поспать, а завтра попытаться решить, что делать дальше. Точно не в моем характере было опускать руки, но для того чтобы бороться нужны силы.