Изгнанная невеста дракона или парфюмерная лавка попаданки

Глава 12

Темнота в лесу была иной, чем в городе. Она дышала, двигалась, заполняла собой каждую тень между деревьями. Здесь не было фонарей, не было ровных улиц, только глухая тишина, нарушаемая редким уханьем совы и шумом ветра в кронах. Я стояла, тяжело дыша, прислушиваясь к каждому звуку. Сердце гулко билось в груди — от страха, от боли, от осознания того, что назад пути нет.

Позади, где-то вдалеке, послышался резкий звук тормозящих лошадей. Карета остановилась. Кучер что-то выкрикнул, и меня бросило в жар.

Я стиснула зубы и прижалась к стволу ближайшего дерева, чувствуя, как мелкие веточки больно царапают руки. Шорох. Топот сапог. Кучер спрыгнул с козел, и теперь его тяжелые шаги раздавались по дороге.

— Эй! — раздался раздраженный голос. — Госпожа?

Я сжалась, стараясь дышать тише.

— Будь оно всё проклято... — пробормотал кучер. — Если я тебя найду, привяжу к карете!

Я не стала ждать, пока он решит, куда идти дальше. Резко развернулась и бросилась вглубь леса.

Сухие ветки хлестали по лицу, юбка цеплялась за коряги, но я не останавливалась. Единственная мысль, что стучала в висках: беги, пока не догнали!

— Стой! — крик разорвал ночь, а потом я услышала глухой стук. Кучер, кажется, споткнулся.

Я почти вскрикнула от облегчения, но не позволила себе сбавить темп. Если он решит вернуться в карету за фонарем или за оружием, у меня будет лишь пара минут.

Тяжело дыша, я вдавила ноги глубже в мягкую землю, пытаясь бежать быстрее, но лес становился всё гуще. Ветки цепляли волосы, платье, руки. Один особенно крепкий сучок зацепился за рукав, и мне пришлось резко рвануть его, оставляя в ночи клочок ткани.

Я выскочила на небольшую поляну. На секунду замерла, осматриваясь. В темноте что-то поблескивало — возможно, вода. Река? Озеро? Или просто мокрый камень? Я не знала, но знала одно — я не могу здесь оставаться.

Земля под ногами резко ушла вниз. Я потеряла равновесие и с криком покатилась по склону. Глина и опавшие листья скользили под ладонями, меня швыряло в сторону, юбка наматывалась на ноги, мешая остановиться. Я отчаянно пыталась зацепиться хоть за что-нибудь, но падение казалось бесконечным.

Когда я, наконец, замерла на холодной, влажной земле, лес вновь наполнился тишиной.

Я осталась лежать, пытаясь прийти в себя, ощущая, как дрожит каждый мускул. Всё тело болело, но главное — я была жива. И свободна.

Я брела по едва различимой тропинке, с каждой минутой ощущая, как тело становится тяжелее, а мысли путаются. Ночь забрала у меня все силы. Я была на грани, когда впереди замаячила крошечная деревня.

Меня качнуло, но я удержалась на ногах. Дома выглядели тёмными и безмолвными, но один светился тусклым, золотистым светом. Последним рывком я дошла до двери и, не задумываясь, постучала.

— Открыто! — крикнул женский голос изнутри.

Я вошла. Тепло и густой аромат трав ударили в лицо. В центре комнаты у печи стояла женщина — высокая, худая, с пышными седыми волосами, уложенными в замысловатый узел. На плечи небрежно наброшена накидка, а взгляд цепким, оценивающим.

— Ну? — прищурилась она, сложив руки на груди. — Заблудилась, что ли? Или сбежала?

Меня передёрнуло. Я невольно вспомнила профессора Лазареву из института — та же пронзительная внимательность, от которой не спрятаться. Лазарева держала в страхе весь курс, но за её строгим тоном скрывалась забота. Возможно, и эта женщина…

— Мне… нужна помощь, — выдавила я, сжав пальцы в кулак.

Она смерила меня взглядом с ног до головы, задержавшись на моих изодранных одеждах и босых ногах. Затем вздохнула и махнула рукой:

— Закрывай дверь, не стой на сквозняке.

Я повиновалась. Внутри было тепло и пахло чем-то горько-пряным. Женщина поставила на стол кружку с парящим отваром.

— Пей, потом поговорим.

Я взяла кружку, ощущая, как пальцы дрожат от холода и усталости. Ведьма — а я не сомневалась, что она ведьма — села напротив, упёршись подбородком в ладонь. Её глаза сверкнули с любопытством.

— Так кто же ты, беглянка? И от чего бежишь?

Не знаю почему, но я решила всё ей рассказать. Да и был ли у меня выбор? Либо сейчас эта ведьма сдаст меня обратно отцу или жениху, либо… поможет? Так что я рассказала. Не упомянув только тот факт, что я не просто беглянка, но еще и попаданка. Еще помнила слова Рейнера о том, что мое происхождение может оказаться как благословением, так и опасностью.

Я сидела у очага, кутаясь в предложенное мне шерстяное одеяло, и чувствовала, как тепло медленно возвращается в тело. Дом ведьмы был небольшим, но уютным – полки, заставленные банками с травами, сушёные пучки растений под потолком, старые, тёмные, отполированные до блеска стол и стулья. В воздухе пахло чем-то терпким, то ли полынью, то ли ладаном.

– Ну, и что ты собираешься делать дальше? – Ведьма подкинула дров в очаг и снова уселась напротив, изучая меня прищуренным взглядом. Голос её был низким, немного хриплым, но в нём слышалась сила.

Я обхватила кружку с горячим отваром ладонями и устремила взгляд в тёмную жидкость. У меня не было ответа. Я не знала, куда идти, что делать, кем быть. Всё, что у меня осталось, – это мешочек с украденными деньгами и желание не вернуться в ту жизнь, где мною распоряжались, словно пешкой.