Изгнанная невеста дракона или парфюмерная лавка попаданки

Глава 27

Глава 27

Я ещё немного посидела, привыкая к тишине этого места. Теперь, когда комната была очищена от вековой пыли, она казалась почти уютной. Старое дерево мебели дышало теплом, лёгкий аромат трав и масел ещё витал в воздухе, а через узкое окно пробивался свет фонарей с улицы, оставляя на полу причудливые узоры.

Но стоило мне чуть расслабиться, как осознание реальности вновь накрыло меня. Я сидела в незнакомом доме, в чужом городе, под покровительством ворчливого старого мастера, у которого, похоже, даже прислуги не было. Неужели он и правда жил здесь в одиночестве все эти годы?

Я провела рукой по матрацу, проверяя, насколько он годен для сна. Жёстковат, но после сегодняшнего дня мне было уже всё равно — хоть на полу.

Но прежде чем лечь, следовало бы умыться.

Я поднялась и на цыпочках вышла из комнаты, стараясь не шуметь. Дом был старым, и даже в темноте казался живым — скрип древесины, лёгкий сквозняк, где-то вдалеке тикали старые часы.

Найдя умывальный таз и кувшин с водой в углу коридора, я ополоснула лицо, смывая усталость. Прохладная вода заставила меня вздохнуть глубже, стряхнув остатки тревог.

Когда я вернулась в свою комнату, кровать уже не выглядела такой уж жёсткой и неудобной. Я разулась, убрала волосы в небрежный узел и легла, натянув на себя тонкое одеяло.

За окном слышались приглушённые звуки ночного города — шум далёких голосов, стук копыт по мостовой, чей-то смех, быстро затухающий за поворотом.

Я вдруг поняла, что впервые за долгое время ощущаю себя в безопасности.

Здесь меня никто не найдёт. Ни отец, ни Рейнар, ни кто-либо из прошлого.

Я закрыла глаза и позволила этому чувству захватить меня.

Завтра будет новый день.

Громкий стук в дверь вырвал меня из сна. Я резко села на кровати, сбитая с толку. Снаружи послышался хрипловатый голос мастера:

— Вставай! Дел полно, а ты, поди, думала, что тут до полудня дрыхнут?

Я протёрла глаза, пытаясь сообразить, где я и что происходит. Сквозь окно пробивался слабый свет — рассвет только-только начинался.

— Уже иду! — пробормотала я, сбрасывая одеяло.

Пришлось собираться наспех. Вчера вечером я разобрала вещи, но даже не задумывалась, что мне нужно что-то удобное для работы. Пришлось натянуть простое платье, заплести волосы в косу и умыться холодной водой из кувшина, чтобы хоть как-то взбодриться.

Когда я спустилась вниз, мастер уже ждал у входа, закутанный в тёмный плащ. Он кивнул на дверь.

— Идём. В лавку.

Я послушно шагнула следом, пытаясь не зевнуть.

Город на рассвете казался совсем другим, чем вчера. Улицы были почти пусты — редкие прохожие торопливо направлялись по своим делам, издалека доносился стук молотков кузнецов, запах свежего хлеба из пекарен. Уличные фонари ещё не потухли, но их свет мерк по сравнению с холодным, сероватым сиянием утреннего солнца.

— Запоминай, госпожа, — начал мастер, когда мы свернули в переулок. — Первое правило парфюмера — нюх важнее глаз. Миром правит запах, даже если люди этого не осознают.

Я кивнула, стараясь проснуться окончательно.

— Второе правило — терпение. Ты не сваришь хороший аромат за день. Это дело искусства, понимания и точности.

Я уже хотела сказать, что это очевидно, но прикусила язык.

— Третье — уважение к ингредиентам, — продолжил он, скользнув по мне взглядом, будто проверяя, слушаю ли я. — В твоих руках будут редчайшие масла, эссенции, смолы, которые добываются годами. Ни одна капля не должна пропасть зря.

Мы подошли к лавке. Мастер достал ключ, и через мгновение массивная деревянная дверь со скрипом распахнулась.

Я шагнула внутрь и вдохнула воздух, пропитанный смесью сотен запахов — терпкой древесины, густого мускуса, сладковатой ванили и лёгкой горечи цитрусов.

— Добро пожаловать в твоё новое ремесло, — проговорил Адельмар, щёлкнув пальцами. — Надеюсь, у тебя есть усердие и терпение, Элеанора.

Я едва сдержала улыбку — сдается, мастер всё же счёл меня достойной уважения. Или хотя бы не полной бездарностью.

Я обвела лавку взглядом. В тусклом утреннем свете она выглядела почти мистически. Высокие полки, заставленные стеклянными флаконами с разноцветными жидкостями, деревянные шкатулки, керамические сосуды, мотки засушенных трав, связанные в пучки. В воздухе витал терпкий аромат специй, горечи трав и чего-то едва уловимо-сладкого.

Мастер прошёл вперёд, не оборачиваясь.

— Сначала — порядок. В этом деле беспорядок недопустим, даже если он кажется тебе художественным хаосом. Запомни, где что стоит. У хорошего парфюмера рука сама находит нужный флакон даже с закрытыми глазами.

Я кивнула, стараясь запомнить расположение хотя бы ближайших полок.

— Запахи делятся на три ноты: верхние, средние и базовые. Верхние — самые лёгкие, первыми достигают носа и так же быстро исчезают. Лимон, бергамот, мята, лаванда… — Он сделал паузу, будто проверяя, слушаю ли я.

— Дальше идут средние? — предположила я.

Мастер чуть приподнял бровь, но кивнул.

— Да. Их ещё называют «сердцем» аромата. Они держатся дольше, раскрываются постепенно. Это могут быть цветочные запахи — роза, жасмин, ирис. Или пряные — гвоздика, корица, мускат.