Изгнанная невеста дракона или парфюмерная лавка попаданки

Глава 40

— Увидишь, если дашь мне шанс, — прошептал он, и от близости его голоса у меня мурашки побежали по коже.

Я резко отступила, упёршись спиной в полку.

— Никаких шансов, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо. — У вас есть неделя, чтобы понять, что я вам не подхожу.

— А у тебя есть неделя, чтобы понять обратное, — парировал он с той же невозмутимостью.

Он отошёл от меня, и я смогла снова нормально дышать. Но когда он повернулся к полкам, начав рассматривать флаконы с явным интересом, я почувствовала странное разочарование. Как будто хотела, чтобы он остался рядом.

"Сосредоточься", — одёрнула я себя. — "Это именно то, чего он добивается".

— Итак, — сказал Рейнар, взяв со стола один из моих удачных ароматов, — что это за композиция?

— Ничего особенного, — быстро ответила я. — Простое средство от... от перхоти.

Он открыл флакон, глубоко вдохнул. На его лице появилось выражение, которое я не могла определить.

— От перхоти? — переспросил он. — Элеанора, это же...

Он замолчал, всё ещё держа флакон у носа. В его глазах мелькнуло что-то... воспоминание?

— Что? — настороженно спросила я.

— Ничего, — он закрыл флакон, но не поставил его обратно. — Просто... этот запах мне знаком.

Сердце ёкнуло. Это была одна из моих первых удачных работ — аромат, который я создала, думая о доме. О том доме, которого у меня никогда не было, но который я всегда искала. Тёплый, обволакивающий, полный покоя и... любви.

— Откуда? — спросила я, стараясь сохранить равнодушный тон.

Рейнар посмотрел на меня долгим взглядом.

— Не важно, — сказал он наконец. — Но ты солгала. Это не лекарство.

— Всё здесь лекарство, — упрямо возразила я.

— Нет. — Он покачал головой. — Это воспоминание, заключённое в стекло.

Его слова попали точно в цель. Я почувствовала, как краска заливает щёки.

— Вы говорите глупости.

— Я говорю правду. — Он поставил флакон на стол, но не убрал руку. — Ты создаёшь не просто ароматы, Элеанора. Ты создаёшь эмоции.

— Это... это просто совпадение, — пробормотала я.

— Правда? — Он взял другой флакон, тот, что я делала для девочки, которая хотела "пахнуть принцессой с мечом". — А это что?

Он не стал нюхать, просто смотрел на меня, ожидая ответа.

— Детские духи, — соврала я. — Ничего особенного.

— Давай проверим.

Прежде чем я успела возразить, он открыл флакон. В воздух поднялся аромат — смелый, чистый, полный решимости и веры в себя. Запах того, кем хочет стать храбрая маленькая девочка.

Рейнар закрыл глаза, вдыхая. На его лице появилось удивление, а потом... что-то вроде восхищения.

— Боги милостивые, — прошептал он. — Как ты это делаешь?

— Что — это? — Голос дрогнул, выдав моё волнение.

— Ты заключаешь мечты в стеклянные пузырьки. — Он открыл глаза, посмотрел на меня так, будто видел впервые. — Этот аромат... в нём храбрость. Настоящая, детская храбрость. Как будто кто-то поймал момент, когда ребёнок решает стать героем.

Я сглотнула. Он понимал. Каким-то образом этот надменный генерал-дракон понимал то, что я вкладывала в свою работу.

— Это случайность, — слабо сказала я.

— Нет, — твёрдо возразил он. — Это талант. Редчайший талант.

Он сделал шаг ко мне, и я снова почувствовала это странное притяжение. Не только физическое — хотя и его тоже. Но что-то большее. Как будто он видел меня настоящую, а не ту маску, которую я старательно натягивала.

— Кто ещё знает о твоих способностях? — спросил он тихо.

— Никто, — автоматически ответила я. — То есть... мастер Адельмар знает, что я способная ученица, но...

— Но не знает, что ты можешь создавать живые эмоции.

Я кивнула, не доверяя голосу.

Рейнар обошёл стол, приблизился ко мне. Слишком близко. Я чувствовала исходящий от него жар, видела золотые искорки в глазах, ощущала его запах — что-то дикое, опасное, завораживающее.

— Элеанора, — сказал он негромко, — ты понимаешь, что означает твой дар?

— Ничего не означает, — возразила я, но слова прозвучали неуверенно. — Это просто... интуиция.

— Это гораздо больше, чем интуиция. — Его голос стал ещё тише, почти шёпотом. — Это магия.

— Магия? — Я отшатнулась. — Не говорите глупостей!

— А как ещё назвать способность заключать чувства в материальную форму? — Он наклонил голову, изучая моё лицо. — Как назвать умение создавать ароматы, которые могут изменить настроение, вернуть воспоминания, дать надежду?

— Это просто парфюмерия...

— Нет, — он покачал головой. — Это искусство, граничащее с чудом.