Изгнанная невеста дракона или парфюмерная лавка попаданки

Глава 48

К полудню я поняла, что совершила ошибку. Не в том, что позволила Рейнару остаться — а в том, что недооценила его... основательность.

— Элеанора, — позвал он в четвёртый раз за последние полчаса, — ты уверена, что одна капля розового масла? Не две? Может, всё же стоит перепроверить?

Я подняла глаза от своей работы. Рейнар стоял у стола, склонившись над крошечным флакончиком, в руке держал стеклянную палочку и смотрел на неё с таким напряжением, словно от этой единственной капли зависела судьба королевства.

— Рейнар, — сказала я как можно терпеливее, — я дала тебе самое простое задание. Успокаивающий лосьон для рук. Масло розы, растопленный пчелиный воск, немного лаванды. Что может пойти не так?

— Многое, — мрачно ответил он, не отрывая взгляда от палочки. — Очень многое. А что если я капну не туда? Или капля будет слишком большой? Или недостаточно большой?

Я подошла к нему, заглянула в его блокнот и едва не ахнула. Страница была исписана мелким, четким почерком сверху донизу. Схемы, стрелочки, подробные инструкции с указанием времени до секунды.

— "10:47 — добавить три капли масла розы с интервалом в 10 секунд", — прочитала я вслух. — "10:48:30 — перемешать по часовой стрелке ровно 15 раз". Рейнар, это же лосьон для рук, а не военная операция!

— Именно поэтому нужна точность, — серьёзно возразил он. — В военной операции у меня есть опыт. А здесь...

Он развёл руками, и в этом жесте была такая искренняя растерянность, что сердце сжалось.

— Здесь я могу всё испортить, — тихо закончил он.

Вот она, правда. Под всей этой военной точностью и попытками превратить парфюмерию в тактику скрывался простой страх — страх разочаровать меня.

— Рейнар, — мягко сказала я, кладя руку ему на плечо. — Ты не можешь испортить лосьон для рук. Это практически невозможно.

— Да? — В его глазах мелькнула надежда.

— Да. Смотри.

Я взяла его руку с палочкой — большую, тёплую, с мозолями от меча и шершавую от многих лет военной службы, — и направила к флакону.

— Одна капля, — сказала я, и мы вместе коснулись поверхности смеси. — Просто одна капля. Не думай, просто делай.

Капля розового масла упала в лосьон, разошлась золотистыми кругами. В воздухе поднялся нежный аромат.

— Видишь? — Я не убирала руку с его ладони. — Никакой катастрофы.

— Но...

— Никаких "но". Теперь перемешай. Не пятнадцать раз, не по часовой стрелке. Просто перемешай, пока не станет однородным.

Рейнар сосредоточенно помешивал, и я наблюдала за выражением его лица. Напряжение постепенно уходило, сменяясь чем-то вроде удивления.

— Получается, — пробормотал он.

— Конечно, получается. А теперь добавь лаванду.

— Сколько?

— На глаз.

Он в ужасе посмотрел на меня.

— На глаз? Без измерений?

— Рейнар, — засмеялась я, — иногда нужно просто довериться интуиции.

— У меня нет интуиции в парфюмерии!

— Есть. У всех есть. Понюхай лосьон. Что чувствуешь?

Он осторожно поднёс флакон к носу, вдохнул.

— Розы. Что-то сладковатое... но не хватает...

— Чего не хватает?

— Спокойствия, — сказал он задумчиво. — Чего-то, что расслабляет.

— Вот! — Я просияла. — Это и есть интуиция! Лаванда даст именно это — спокойствие.

Рейнар добавил несколько капель масла лаванды, снова понюхал. На его лице появилось выражение удивлённого восторга.

— Это... это работает, — сказал он с таким изумлением, словно открыл новый континент.

— Конечно, работает. Ты же чувствуешь запахи не хуже меня.

— Нет, не в этом дело, — он повернулся ко мне, и в его глазах загорелся тот самый огонь, который я видела, когда он смотрел на детей. — Я понял! Это же как военная тактика, только наоборот!

— Что?

— В военном деле ты берёшь силу и направляешь её на врага. А здесь ты берёшь силу — запах, эмоцию — и направляешь на помощь людям.

Я нахмурилась. Его воодушевление было заразительным, но что-то в его словах меня смущало.

— Не совсем так, — медленно сказала я. — Парфюмерия может быть разной. Помнишь, я показывала тебе белладонну? А Адельмар учил меня создавать снадобья, которые могут усыпить человека, заставить забыть, повлиять на его волю...

Рейнар замер, глядя на меня.

— То есть это тоже может быть оружием?

— Может, — кивнула я. — Как и всё остальное. Нож может резать хлеб или убивать. Огонь может согревать дом или сжечь его.

— Понятно, — он задумчиво посмотрел на флакон в руках. — Значит, дело не в инструменте, а в том, как его используют.

— Именно.

В этот момент дверь лавки распахнулась, и вошёл молодой человек с перевязанной рукой.