Изгнанная невеста дракона или парфюмерная лавка попаданки

Глава 50

Мы с Рейнером как по команде вздрогнули. К нашему столику неспешно подходил Дариан, широко улыбаясь. Выглядел он отлично — свежий, отдохнувший, в дорожной одежде, но без следов спешки или усталости.

— Дариан? — удивился Рейнар, нахмурился. — Откуда ты взялся?

— Искал вас по всему городу! — рассмеялся Дариан, устраиваясь на свободном стуле. — Надо же, какое романтичное местечко выбрали. А я-то думал, найду вас в какой-нибудь официальной обстановке.

Щёки предательски заливает жаром. Романтичное?

— Мы просто обедали, — сказала я, стараясь звучать равнодушно.

— Конечно, конечно, — подмигнул Дариан. — Обедали. В самом уютном трактире города, за столиком у окна. Очень... деловой обед.

Рейнар недовольно посмотрел на друга.

— У тебя есть причина нас искать, или ты просто решил поиграть в сваху ?

— Есть, есть, — махнул рукой Дариан. — Но сначала — как дела? Элеанора, вы освоились в городе? А ты, Рейнар, нашёл то, что искал?

Он задал последний вопрос с таким многозначительным взглядом, что я почувствовала: между друзьями есть какая-то тайна.

— Возможно, — осторожно ответил Рейнар.

Я рассматривала генерала. Его лицо ничего не выражало, и только сейчас я заметила как сильно это отличается от того, каким был Рейнар со мной. Его лицо было живым, полно эмоций. Это значит, что со мной он другой? Или недоволен Дарианом? Скрывается?

— Так и зачем ты приехал? — Повторил вопрос генерал.

Дариан покосился на меня.

— Боюсь, это разговор не для ушек нашей леди…

Я быстро встала.

— Я уже ухожу. Перерыв в лавке окончен.

— Элеанора… — Рейнар поытался меня остановить.

— Мне правда надо идти. Приятного аппетита.

И я поспешно выскочила из таверны, совсем забыв, что не оплатила обед. Ну и ладно. Пусть два дракона с этим разбираются.

Я вернулась в лавку, все еще чувствуя легкое раздражение от того, как резко закончился наш обед. Сняла табличку с двери, открыла окна для проветривания и принялась за привычные дела — проверила запасы эссенций, протерла рабочие поверхности, расставила флаконы по размеру.

Но мысли все равно возвращались к трактиру.

К тому, как изменился Рейнар, когда появился Дариан. Словно надел маску — стал сдержанным, официальным, холодным. Совсем не тем мужчиной, который смущенно записывал рецепты в блокнот или играл с детьми.

Я сжала в руках ступку, чувствуя, как внутри поднимается странная горечь.

А чего я ждала? Что он будет со мной таким же искренним и при друзьях? Что я действительно что-то для него значу?

Глупо. Очень глупо.

Дариан приехал, и это означало только одно — Рейнару пора возвращаться к настоящей жизни. К генеральским обязанностям, политике, важным государственным делам. К тому миру, где у простой парфюмерши нет места.

Я начала растирать сушеные лепестки ромашки с такой силой, что они превратились почти в пыль. Ну и пусть уезжает! Мне и без него хорошо. У меня есть лавка, работа, которая нравится, клиенты, которые меня уважают. Этого достаточно.

Более чем достаточно.

Колокольчик звякнул, и вошла молодая женщина с ребенком на руках.

— Простите, — сказала она робко, — мне нужно что-то от коликов. Малыш плачет уже второй день, не знаю, что делать...

Я отложила ступку, заставив себя улыбнуться.

— Конечно, поможем. Сколько ему месяцев?

— Три, — женщина покачала ребенка, и он тихонько захныкал.

Я приготовила мягкий отвар из фенхеля и ромашки, добавила каплю мятного масла для аромата. Пока работала, рассказывала молодой матери, как правильно давать средство, сколько капель, как часто.

— Вы так хорошо разбираетесь в детских болезнях, — сказала женщина благодарно, укладывая флакон в корзину. — У вас самой есть дети?

Вопрос ударил неожиданно больно.

— Нет, — ответила я тише. — Пока нет.

— Обязательно будут, — уверенно сказала женщина. — Вы еще молодая, и видно, что любите детей. А муж у вас есть?

Я открыла рот, чтобы сказать "нет", но почему-то вспомнила Рейнара с детьми на площади. Как бережно он держал маленькую девочку, как терпеливо отвечал на их вопросы...

— Пока нет, — повторила я.

Когда женщина ушла, лавка снова погрузилась в тишину. Я стояла у окна, глядя на неспешную жизнь улицы, и думала о том, что случилось со мной за эти несколько дней.

Еще неделю назад я была готова бороться с Рейнаром до последнего. Ненавидела его за высокомерие, за попытки распоряжаться моей жизнью, за то, что он считал меня своей собственностью.

А теперь...

Теперь я злилась на то, что он уезжает.

Это было нелогично. Абсурдно. Я должна была радоваться! Наконец-то свобода, никто не будет навязывать мне брак, требовать покорности...