Изгнанная в стужу. Попаданка начнёт с нуля

Глава 10. Что между ними???

Евгений Петрович Терешков глубоко поразил меня своим внешним видом. Я ожидала увидеть дурную копию своего мужа, а вместо этого обнаружила высокого, широкоплечего и весьма привлекательного молодого человека.

У него были длинные тёмные волосы до плеч и безупречная аристократическая одежда с меховым воротником. Как только он вошёл, пространство вокруг будто наполнилось его присутствием, и мне резко перестало хватать воздуха.

Это было очень странное состояние, не поддающееся описанию. Разум отмечал какие-то непривычные детали в нём, а сердце колотилось быстро-быстро, будто в прошлом бывшая хозяйка тела имела к этому человеку крайне неоднозначное отношение.

Что со мной? Почему я будто теряю над собой контроль?

Однако взгляд, которым одарил меня Евгений Петрович, был убийственно холодным, так что меня буквально приморозило на месте. Я замерла, не сводя с него ошеломленных глаз, а сердце вообще начало отбивать чечётку.

Перед глазами пронеслись стремительные и туманные воспоминания, принадлежащие, очевидно, не мне: Евгений Петрович входит в дом брата, Евгений Петрович холодно здоровается, Евгений Петрович суров и строг… В общем, один сплошной негатив. Но при этом я различила в собственных чувствах отголосок чего-то… тёплого. Скрытой нежности, помноженной на досаду и тоску.

Боже, неужели местная Катерина Павловна была влюблена в этого человека?

Это открытие повергло меня в шок, хотя полноценные выводы делать было рано. Может быть, это что-то другое, в чём мне ещё предстоит разобраться.

— Мне нужно поговорить с тобой, — фамильярно бросил аристократ, категорически игнорируя Афанасия и его жену, будто они были мебелью.

Мне это сразу же не понравилось, и мои собственные чувства — возмущение и раздражение — легко перекрыли поток эмоций прежней хозяйки тела. Нежность растворилась без следа, и я наконец-то смогла трезво оценить обстановку.

Афанасий спохватился и, позвав Марью, вышел из собственного дома. Моё негативное впечатление о брате мужа только усилилось, потому что он повел себя с этими замечательными людьми, как с пустым местом.

Я демонстративно уселась на лавку, решив отплатить высокомерному наглецу той же монетой.

— Во-первых, прошу мне не тыкать, — поспешила заявить я. — А во-вторых, прошу закончить разговор побыстрее. У меня слишком много дел.

Замешательство, возникшее на породистом лице Евгения Петровича, доказало мне, что настоящая Катерина Павловна никогда не позволяла себе разговаривать с ним подобным образом. Но аристократ быстро справился со своими чувствами и вновь заледенел.

Он сделал несколько шагов вперёд, отчего мне пришлось сильнее задрать голову, и произнёс:

— Во-первых, — похоже, он меня передразнивал, — ты зря надеешься на уважение с моей стороны. Для этого нет никаких оснований. Ты всегда была девицей лёгкого поведения, которая искала претендентов в мужья по толщине их кошелька.

Он сделал короткую паузу и продолжил:

— Во-вторых, ты выслушаешь меня, несмотря ни на что, потому что словами я не разбрасываюсь, а они многого стоят. И в-третьих, ты можешь сразу же забыть о том, чтобы разбогатеть за счёт моего брата!

Его голос резко наполнился яростью и желчью.

— Ты едва не погубила его, и за это заплатишь! Денег не жди — их не будет. И немедленно верни перстень, который ты бессовестно украла у него!!!

Я смотрела на этого наглого мужчину и искренне не могла понять, как он может быть настолько грубым, циничным и противным. Сколько ненависти было в его глазах! За что?..

Я поджала губы и, скрестив руки на груди, произнесла:

— О каком перстне идёт речь? Я ничего не брала, так что прекратите обвинять меня в том, в чём я невиновна. Вы не имеете права мне грубить, даже если мы родственники…

— Какие к чёрту родственники?! — вспылил аристократ, и весь его лоск тут же слетел с него. – Ты мне никто!!!

Я увидела всю глубину его отвращения к Катерине Павловне и впала в ступор. Я предположила, что она любила его? Нет, это же полный бред! Как можно любить такого грубого и жестокого мужчину? Это невозможно.

Хотя… вдруг между ними всё-таки что-то было, и такое поведение Евгения Петровича — всего лишь последствие их ссор и размолвок? Например, Катерина выбрала не Евгения Петровича, а его брата, вот и взъелся он на неё…

Но от этой мысли сразу же стало мерзко. Нет, ничего девушка не выбирала. Чувствую это всей душой…

Но тогда в чем дело? Была ли между ними связь или нет?

Господи, а вдруг и ребёнок во мне тогда тоже от него?..

Эта мысль обожгла ужасом. Лучше бы от конюха, честное слово… хотя нет. Ни от кого. Все эти самцы и гроша ломаного не стоят, один хуже другого.

Но всё же… в чём правда? Как выудить её из памяти Катерины и быть в ней уверенной?

Я несколько мгновений рассматривала аристократа, не моргая, а после процедила сквозь зубы:

— Знаете, меня воспитывали всегда говорить правду и не брать ничего чужого. Судя по всему, вам в жизни подобного воспитания не хватает, потому что вы видите во мне то, чем больны сами. Повторяю вам ещё раз: я не брала чужой перстень, я не воровка, но раздел имущества к этому вопросу не относится. Если суд решит, что я имею право отсудить какую-то часть, значит, права у меня действительно есть. Или вы готовы обвинить суд в нечестии и некомпетентности? Тогда все претензии — не ко мне, а к нему. А сейчас я требую, чтобы вы покинули этот дом. И впредь не врывайтесь сюда без приглашения, иначе я с удовольствием спущу на вас собаку!

Сказав это, я встала на ноги. В глазах плескался вызов, и Евгений Петрович этот вызов заметил. Лёгкое замешательство мелькнуло в его чертах, но совсем ненадолго.

Похоже, моя речь его ничуть не впечатлила, потому что в тот же миг аристократ произнёс:

— Не думайте, что я оставлю вас в покое, Катерина… - о, неужели он всё-таки перешёл на «вы»??? — Вы угробили моего брата, буквально подвели его к могиле, поэтому я не позволю вам жить припеваючи за счёт нашей семьи! Не видать вам счастья, притворщица! Не видать…