Изгнанная в стужу. Попаданка начнёт с нуля

Глава 15. Перспектива...

Я не призналась Афанасию в похищении — не хотела беспокоить. Нет уж, с этим негодником Евгением Петровичем я как-нибудь разберусь сама. И больше никаких приёмов, мне там делать нечего, по крайней мере, под ручку с каким-нибудь кавалером. Однако хотелось бы через месяц обязательно повидаться с Софьей Андреевной Голицыной. У меня большие надежды на серьёзный заказ.

С того дня жизнь потекла своим чередом. Мы с Марьей много вязали. Я старалась изо всех сил, хотя мне стыдно было признаться своим друзьям, что никакого имущества теперь не будет. В то, что законник продолжит работать над моим делом и добьётся раздела имущества бывшего мужа, я уже не верила. Но легко перевернула эту страницу. Хочу забыть обо всём.

Взлечу с нуля!!! Эти слова поддерживали меня всякий раз, как начинало наваливаться огорчение. С нуля можно даже империю построить, если постараться и захотеть!

За неделю мы продали столько кружев, сколько Мария в прошлом продавала за четыре месяца. Она была в восторге и неустанно меня благодарила. Но мне этого было, безусловно, мало, а время тянулось так медленно.

Погода начала изменяться. И хотя ещё вовсю лютовала зима, приход весны обещал быть скорым. Иногда по вечерам я выходила на порог, чтобы полюбоваться звёздами. В эти моменты невольно, машинально, клала руки на живот, будто пытаясь почувствовать присутствие своего ребёнка. Да, я воспринимала его исключительно своим и даже не чувствовала, что нахожусь в чужом теле. Жизнь местной Катерины Павловны стала моей собственной жизнью, и я понимала, что будет очень-очень нелегко. В такие моменты мною овладевала решимость добиться хоть чего-то значимого, пока дитя еще не родилось. Мне нужны заказы, нужно развитие. Как быть? Я должна разузнать о том, насколько этот бизнес развит в этом княжестве!

Помощь пришла с неожиданной стороны. Как-то раз мы с Марией спешили на рынок с утра. Сбыть часть кружев можно было у одного торговца, продающего ткани. Мы решили идти через центр, там, где высились огромные магазины с яркими вывесками.

В одном из них на витрине я увидела роскошное платье, сшитое, казалось, из одних кружев. Свадебное, похоже, — подумала я и остановилась, разглядывая его. Сразу же обратила внимание на структуру узора. Простая, крайне простая, даже примитивная. Не хватает нежности. Угловатая. Не доведённая до совершенства, но, возможно, это вершина местных возможностей.

— Давай зайдём, — бросила я Марии, но она смутилась.

— Простите, госпожа, но я не могу.

— Почему? — удивилась я, внимательно разглядывая её лицо.

— В такие магазины крестьянок не пускают, нас выгонят с позором. Я не хочу этого.

Во мне взыграло возмущение.

— Пойдём. Никто нас не выгонит. Я не позволю!

Я потащила её за собой. Может, не стоило, конечно, но мне было противно от мысли, что кто-то может повести себя с нами таким образом.

Колокольчик на двери зазвенел в тот миг, когда мы открыли тяжёлую дубовую дверь. Вошли в магазин, сразу же окунувшись в яркий цветочный аромат. Здесь, конечно, было очень богато: вдоль стен стояли высокие зеркала в позолоченных рамах, на манекенах красовались готовые платья, в застеклённых шкафах лежали рулоны дорогих тканей, ленты, кружева и коробки с фурнитурой. Здесь продавали готовые платья, здесь же можно было заказать особый наряд по меркам.

Из-за прилавка тут же вышла дама. Одета она была в строгое тёмное платье с кружевным воротником, волосы убраны в аккуратный пучок, а на переносице поблёскивали тонкие очки. Но, как только она разглядела наше небогатое одеяние (по крайней мере Мария выглядела той, кем была по сути), женщина нахмурилась.

— Простите, — произнесла она, ничуть не раскаиваясь. — Если вы спросить по поводу вакансии уборщицы, то это место уже занято, — бросила она презрительно.

— Нет, мы не для этого! - я постаралась улыбнуться. Мария же буквально спряталась за моей спиной, стараясь не показываться работнице магазина на глаза. Я держалась независимо и, наоборот, смотрела на женщину пристально и несколько высокомерно, показывая, что с собой вести себя грубо не позволю. Та слегка стушевалась под моим взглядом и стала немного мягче.

— Что вам надобно? Для чего пожаловали?

— Я хотела бы узнать, почём у вас моток кружева? Метров на пять.

Женщина удивилась и сообщила о том, что кружев у них аж десять видов, цены, соответственно, разные, зависят от толщины и качества нитей. Я попросила показать все десять, и женщина неохотно вошла за прилавок.

Рассматривая эти мотки, я понимала, что у меня есть все шансы добиться многого. Кружева казались тонкой работой, но отчего-то в этом мире рукодельницам отчаянно не хватало вдохновения и фантазии. Всё сводилось к каким-то геометрическим фигурам или однотипным цветочным мотивам. Кружева, по сути, были похожи друг на друга и отличались только по ширине и количеству завитков. А ведь можно создать что-то настолько оригинальное, что будет отличаться от этих образцов полностью.

— Ну что, вы будете покупать или нет? — наконец продавщица потеряла терпение.

— Знаете что? — произнесла я со снисходительной улыбкой. — Эти кружева несколько простоваты для меня. В одной лавке на рынке я видела кружева гораздо лучшего качества. Пожалуй, куплю что-нибудь там.

Это был удар ниже пояса, понимаю. Женщину перекосило. Она бросила на меня гневный взгляд и воскликнула:

— Что вы городите? У нас самое лучшее кружево! Его создают лучшие кружевные артели нашего княжества! Вы решили посмеяться надо мной? Уходите немедленно!

Я развернулась и, подхватив Марию под руку, пошла к выходу, однако, поразмыслив, всё-таки бросила напоследок через плечо:

— Имейте в виду, что у вас существует ещё не очень прославленный, но серьёзный конкурент. Готовьтесь побороться за своё место!

После этих слов мы выскочили из магазина, и я почувствовала небывалую радость. Кажется, победа уже в моих руках. Вот серьёзно, я смогу создать что-то особенное, когда открою этому миру все возможности человеческой фантазии. Платья станут намного милее и наряднее, когда будут одеты в мои кружева.