Изгнанная жена для золотого дракона

Глава 3

Промо ❤️

Измена. Беглянка для генерала драконов

pRQcENSc

- Убогая!

- Уродка!

- Ведьма! Сжечь её в синем пламени!

Доносится со всех сторон.

Промозглый ветер неприятно пронизывает тело. Ледяные порывы хлестко бьют по обнаженной спине, на которой виднеется уродливые затянувшиеся шрамы сморщенной обожженной и порезанной кожи. Шрамы, изменившие печать магии, сделавшие ее точь в точь похожей на клеймо ведьм. А меня бьёт крупная дрожь страха и загнанности.

Вокруг людно. Разномастная толпа зевак возбуждённо переговаривается, пока меня ведут по площади всем на потеху. К зданию Суда...

Здесь собралось... Боги! Кажется, не меньше тысячи горожан.

Для нашей столицы это - ещё мало. Вот и журналисты, сверкая красными перьями, делают пометки для завтрашних или даже сегодняшних новостей.

Зажмуриваюсь, чтобы не уронить ни слезинки, ни достоинства.

До сих пор не верю, что это происходит и меня ведут под конвоем из лучших воинов драконьей армии. Самой массивной и величественной армии всей империи - золотые драконы беспощадны, молниеносны и жестоки. Вчера после церемонии меня бросили в темной комнате, с мягким настилом на холодном полу. Не дали ни еды, ни воды. Прорыдав бОльшую часть ночи, сегодня я ощущаю саднящую пустоту там, где бьётся мое бедное человеческое сердце.

- Шевелись, убогая, - толкает меня в плечо кто-то. Явно не из выправленной драконьей армии. Кто-то из зевак, кажется.

Делаю шаг и вскрикиваю. Босая нога ступает на острый камень брусчатки.

До конца не уверена, что изуродованная, под стать ведьмовскому клейму, печать магии целиком видна зевакам.

Капли осеннего дождя неприятно разбиваются о кожу лица, спины и рук. Всё лицо - мокрое. Спина, босые ноги в мурашках от осеннего холода. Ног я почти уже не чувствую....

Возле здания Суда - досчатое возвышение. На нем стоят главный судья империи, глава имперской инквизиции и Советник императора - мой супруг. Чуть позади них - моя семья.

Но, могу ли я теперь этих людей называть моей семьёй? Я осталась одна против всего мира.

Меня ставят лицом к ним, буквально в двух метрах. Опускаю взгляд, лишь бы не видеть презрение и ненависть в глазах каждого.

- Франческа Эльфина ори Форленд, дочь Филиппа Форленда, приговаривается к смерти. Она искупит вину своей прапрапрапрабабки Ингртды Вангледис, черной ведьмы, проклявшей величественный драконий Дом Эр'драгон, - приговор Кай'сета Эр'драгона раскатисто расходится по всей площади.

Кай'сет Эр'драгон хватает меня за плечи. Ткань платья с треском рвется, и холодный ветер хлестко бьёт по обнажённой спине. Чудовищное клеймо, оставленное мачехой, теперь видно всем собравшимся.

- Ведьма! - ахают женщины.

- Убить ее! - гневятся мужчины.

Я оказываюсь жестоко унижена на глазах толпы!

Боги, помогите мне!

Я стараюсь не показывать, как мне страшно. И не показывать, как мне больно. Больно до огненной пустоты внутри. Больно до дрожи в пальцах. Больно до каждого вздоха. Больно морально. И ни одна физическая боль не заглушит это.

Поверить не могу в то, что тот, в кого я была влюблена с малых лет, кого считала безупречным,мужественным, сейчас - мой палач.

Он вонзил острые драконьи когти и разодрал душу в клочья.

- Я - Филипп Форленд, сотрудник центрального казначейства империи Этарии, глава рода Форленд, отрекаюсь при свидетелях от Франчески Форленд и изгоняю ту из семьи.

От слов родного отца, которого я сильно любила всю свою жизнь, внутри всё будто бы отмирает. В носу свербит, а в горле проклятый ком.

Папа, что же ты такое натворил, что это стоит жизни твоего ребенка?

Отрекаюсь, - это слово эхом стучит в голове.

Теперь я одна.

- Мы вырастили монстра! - причитает навзрыд мачеха. Утыкается в белоснежный платок, но подсматривает за реакцией толпы.

- Мы не знали, что она черная ведьма! И магии то в ней отродясь не было! - визжит Мириам, указывая на меня пальцем.

- Соболезную Вашей семье, столько лет жить бок о бок с этой тварью , - доносится с первых рядов.

Этот возглас подхватывают и остальные. По толпе идёт недовольный гул.

- Франческа ори Форленд, - ожесточенный тон Судьи заставляет зевак притихнуть. - Ваше последнее слово?

- Я - светлый маг, - одними лишь губами. Шум толпы не дал бы услышать никому мой ответ.

- Я не ведьма, - упрямо повторяю чуть громче, - моя печать магии была...

- Довольно! - рявкает Судья, поднимая руку.

Кай'сет молчит, сверлит меня жёстким взглядом. В его глазах но капли сострадания. Лишь неприязнь, ненависть и боги ведают, что ещё.

- Я светлый маг, - сквозь рвущие душу эмоции, пытаюсь достучаться. - Вы должны проверить!

Мне не верят. Не слышат даже...

Внутри все обрывается. Так, словно меня толкают в пустоту, словно я лечу с обрыва прямиком на острые скалы.

Теперь даже то, что меня босую вели по всей площади с обнаженной спиной, не вызывает такой обиды и стыда, как этот приговор и клевета. Я не могу быть ведьмой...

Супруг подходит ко мне, держа спину ровно и сцепив руки в замок за спиной.

Такой молодой и такой беспощадный. В глазах - голая пустота. Тяжёлое равнодушие, давящее и холодное.

Мне страшно и зябко. Щеки горят от тысячи взглядов, обращённых на меня.

Внутри меня что-то тотчас умирает. Кажется, что всё это скверная ошибка.

- Правила есть правила, - жёстко говорит Кай'сет. - Но, преклоняю голову перед твоим умением скрывать столько лет твое происхождение.

Он с презрительным снисхождением склоняет голову, а в золотистых глазах лишь пустота.

Я лишь поджимаю губы. Какой толк пытаться доказать, если у папы документы, подтверждающие мою принадлежность к этому роду ведьм?

Слёзы обжигают щеки. Пелена перед глазами настолько мутная, что оступаюсь, переступая с ноги на ногу.

Кай'сет ловит, кажется, просто чисто механически.

Его пальцы касаются моей обнаженной спины, а по моему телу бежит ток.