Изгнанная жена дракона или огород попаданки

3. Голодные земли

Ванесса.

Первое время с любопытством смотрю в окно. С тех пор, как я очутилась в этом мире, я ведь ни разу не выходила из дома. Интересно, что здесь вокруг и как тут живут люди?

Знаю только, что особняк лорда Гранда находится в престижном районе столицы. Но как она выглядит? Улочка, по которой мы едем, вымощена брусчаткой. Справа и слева имеются тротуары и возвышаются ровные ряды домов с фасадами самого разного цвета: тёмно-синими, зелёными, терракотовыми. У многих домиков кованые крылечки и нарядные клумбы на карнизах. В общем и целом – нарядненько и цивильно.

Интересно, там, куда я направляюсь, будет примерно так же? Вряд ли, иначе сестрица не величала бы моё приданое «дырой».

Очень скоро пейзажи за окном становятся более скучными. Поля, леса, блёклая трава, серое небо. Юнона дремлет, уронив голову на грудь и громко посапывая. Размеренное покачивание кареты усыпляет и меня, глаза слипаются, и я откидываюсь на спинку сиденья.

Пробуждение получается резким.

– А? Что? Кто? Где? – спросонья вскрикивает Юнона.

– Почему мы остановились? – вытягиваю шею к окну.

Дверца с тихим скрипом открывается.

– Приехали, госпожа! – басит возница.

– Как, уже? – удивляюсь я и встаю с сиденья.

Сколько мы с Юноной дремали? С часок, поди что?

Не так уж и далеко, уехали, выходит? Ну, где вы там, Голодные земли? Встречайте свою новую хозяйку!

Первая выбираюсь из кареты. Подошвы чистых туфелек тут же вязнут в грязи. Упираю левую руку в бок, правую подставляю козырьком к глазам и осматриваю свой новый дом.

Я, конечно, ко многому готовилась, но не к такому точно. Мда уж… Делааа…

Дождь почти закончился, но пейзаж до сих пор раскрашен в серый. Впереди, сколько глаз хватает, простирается поле, от вида которого у меня сердце кровью обливается.

Видно, что когда-то здесь будто бы были грядки, кто-то что-то высаживал, сейчас же это унылые бесконечные ряды земли, наглухо заросшей сорняками. Присаживаюсь и разгребаю пальцами верхние слои настырной зелени.

Хмурюсь, высмотрев засохший колосок. Хм, пшеницу, здесь, что ли, сажали? Раздвигаю сорняки тут и там. Подушечки пальцев намокают от дождевых капель и пачкаются землёй. Вижу ещё несколько одиноких сухих колосков.

Это ж как всё надо было забросить и запустить? Зачем?

Поднимаюсь, отряхиваю ладони от влажной земли.

За полем виднеются унылые домишки с покосившимися заборами. Насчитываю их где-то с дюжину, слева от них ещё есть домик повыше, да покрупнее. Домики-то есть, но рядом с ними ни души, будто вымерли все. Для деревни это странно, ещё и в разгар дня.

Справа и слева всё это «великолепие» окружено лесочком. Справа деревья как деревья, смешанный лиственный лес, а вот слева…

Чёрные остовы словно бы выжженных стволов торчат острыми палками, растопырив в стороны загребущие руки-ветки. Прищурившись, замечаю, что левая стена домика, того, что побольше, тоже покрыта не то копотью, не то тенью в том месте, где она примыкает к лесу.

По низу стволов клубится тёмный туман, от которого за версту несёт могильным холодом и беспросветной тоской. Смотрится жутко.

– Пожар, что ли, был здесь? – спрашиваю вслух, не слишком-то рассчитывая на ответ.

Возница городской, Юнона тоже, откуда им знать?

– Дык, лучше у местных вызнать, кажись, – кряхтит возница, вытаскивая наш багаж, после чего озадаченно почёсывает затылок, – а с чего вы так решили, госпожа? Про пожар-то?

– Как с чего? Туда глянь! – показываю рукой в сторону выжженного леса и чёрной стены, да чуть на сажусь, где стояла. – Батюшки!

Лес как лес, что справа, что слева, не отличишь. Моргаю с усилием, для верности несколько раз тру глаза.

– Госпожаа? – поднывает Юнона. – Вам снова нехорошо?

С опаской приоткрываю сначала один глаз, затем второй.

Ну, здрасте! Глюки подъехали, получите, распишитесь! Похоже, ты, Ванесса, тогось. Ку-ку.

Потому что картина не меняется. Никакого чёрного леса, тумана и подозрительной стены. Всё выглядит как обычно.

– Хорошо мне, хорошо! – отмахиваюсь от Юноны. – Насколько это возможно, конечно. А почему мы встали здесь? А-а-а, понятно…

Обхожу экипаж, за которым внезапно заканчивается дорога. Собственно, вопрос снимается.

Смотрю на возницу, удерживающего два наших чемодана, на Юнону, на которой лица нет. Небось, пожалела сто раз, что потащилась со мной, а не предпочла тяжёлую руку моей сестрицы. Перевожу взгляд на унылое заброшенное поле, подхватываю юбки и командую:

– Тогда идёмте!

Извозившись по колено в грязи, мы-таки преодолеваем поле. Юнона уже даже не стонет, мне кажется, она просто близка к обмороку.

Эх, сюда не в туфлях надо было ехать, а в калошах! Хлюпая промокшими насквозь ногами, с тоской и нежностью вспоминаю о своих синеньких резиновых сапогах высотой по колено, в которых хаживала в лес по грибы. Вот бы их сюда! Мечты, мечты…