Изгнанная жена, или Магическая кузница попаданки

Глава 9

То, что издалека я приняла за очередные заросли, оказалось остатками былого величия. Передо мной возвышались руины. Развалины некогда величественного поместья. Полуразрушенные стены, обвалившаяся крыша, поросшие мхом камни — вот все, что осталось от дома родителей Фаэлины. И это сделало не время. Кто-то намеренно и жестоко снес то, что было так дорого сердцу моей предшественницы.

Я застыла, не в силах пошевелиться. Все мечты о теплом приюте, о месте, где можно укрыться от невзгод, рассыпались в прах. Ноги подкосились, и я опустилась на землю, прислонившись к стволу дерева.

В ушах зашумело, перед глазами заплясали черные точки. Казалось, что земля уходит из-под ног. Но нет, это просто силы окончательно покинули и без того истощенное тело.

— Как же так?.. — прошептала я, глядя на руины. Руки непроизвольно сжались в кулаки. — Неужели это сделали кентавры? Или… Ксандр Мортвин?!

Вот что он имел в виду, когда говорил, что лучше бы я умерла, и это стало избавлением. Для всех, включая меня саму.

— Ну, уж нет! — возразила настоящая я. Поднялась и, на удивление, даже не покачнулась. Вместо этого уперла руки в бока и стала осматриваться в надежде найти хоть какое-то приличное укрытие на ночь. Нельзя ночевать под открытым небом. — Врешь, не возьмешь!

Меня обуяло такое презрение к Ксандру Мортвину, но одновременно с ним пришла уверенность в том, что я непременно выживу. Не ему назло. А потому, что не привыкла так просто сдаваться. Не сделаю этого и сейчас.

Внимание привлекло слабое мерцание вдали. Словно кто-то разжег костер среди высоких деревьев. Но нет, это было что-то другое. Более постоянное, более основательное.

Я направилась на свет, пробираясь через заросли и обходя опасные участки разрухи. С каждым шагом мерцание становилось ярче, и вскоре я разглядела очертания старинной постройки. Это был небольшой дом с пристроенной к нему кузницей. Массивное здание с толстыми стенами и высокой трубой словно манило меня. Звало к себе.

Дверь оказалась приоткрытой. Я осторожно толкнула ее, и та со скрипом отворилась, впуская меня внутрь. Первое, что бросилось в глаза — горн. Огонь в нем горел бурно и ярко, как будто угрожающе. Было в нем нечто такое, что заставило бы содрогнуться. Кого-то другого. Но не меня. Для меня, кузнеца с большим стажем, огонь всегда был и остается другом и главным помощником.

— Привет! — поздоровалась я не то с огнем, не то с неведомым обитателем кузницы. — Можно войти?

Никто не отозвался.

Я прикрыла за собой дверь и решила осмотреться. В любом случае другого убежища не предполагалось. Можно сказать, что мне повезло, раз я нашла в ночи эту кузницу. Похоже, заброшенную…

Помещение было просторным, с высокими сводчатыми потолками. Вдоль стен стояли верстаки, покрытые слоем пыли, в углу виднелись наковальня и меха для раздувания огня. На стенах висели старые инструменты, покрытые паутиной.

Огонь в горне вдруг стал ярче, будто приветствуя меня. Я замерла, не веря своим глазам. Пламя словно ожило, заиграло разными оттенками, протянуло ко мне свои огненные руки.

— Кто здесь? — прошептала я, делая шаг вперед.

Огонь не ответил, но стал спокойнее, будто прислушиваясь ко мне. Я протянула к нему руку, и пламя, вместо того чтобы обжечь, словно обнюхало мою ладонь, коснулось ее теплыми язычками.

— Ты как будто живой, — прошептала я, чувствуя, как по спине пробежал холодок удивления. — Кто же разжег тебя?

Огонь заплясал веселее, словно радуясь тому, что с ним разговаривают. Он больше не выглядел и не вел себя угрожающе. Как будто признав мое право остаться здесь.

Я огляделась по сторонам. Кузница могла стать моим временным убежищем. Здесь было сухо, тепло, а главное — безопасно. К рабочему помещению примыкала отдельная комната, спальня с узкой кроватью, застеленной пыльным покрывалом. Но даже это ложе показалось мне воистину царским. Имелась здесь и кухня, и туалетная комната с умывальником и отхожим местом.

— Славно, славно… — проговорила я, все еще всматриваясь в темные углы в надежде обнаружить хозяина кузницы. Но его не было. Похоже, уже давно. Толстый слой пыли на полу и мебели, паутина в углах и общее запустение красноречиво сообщали об этом.

Усталость навалилась тяжелым грузом.

Я вытряхнула и расстелила на кровати старое покрывало, нашла в кухонном шкафу несколько сухарей и налила в кувшин воды. После всего пережитого даже такой скромный ужин казался мне пиром.

Спала я тревожно, то и дело просыпаясь от каждого шороха. Но усталость взяла свое, и вскоре я погрузилась в глубокий сон.

Пробуждение было резким.

В нос ударил резкий запах гари. Сначала я подумала, что огонь в горне вышел из-под контроля, но пламя горело ровно и спокойно, словно насмехаясь над моими страхами. Дым же просачивался сквозь узкие щели под дверью и через закрытые ставни.

Не раздумывая и не тратя времени на переодевания, я выскочила на улицу прямо в ночной сорочке, растрепанная и невероятно злая.

Перед кузницей стояли два кентавра. Тот самый беловолосый красавец, которого я видела днем, и второй — древний старик с длинной седой бородой и в причудливой накидке, расшитой странными символами. На его голове красовался венок из сухих трав, а в руках он держал древний свиток.