Изгнанная жена или Развод по-драконьи!

ГЛАВА 1

ОЛИВИЯ

— Почему ты еще не собрала вещи? — в комнату вошел высокий, темноволосый мужчина, выдергивая меня из сна.

Голова раскалывалась, перед глазами мелькали белые мушки. Странная обстановка шла кругом. Не удавалось сконцентрироваться и понять где я нахожусь. Слишком уж картина походила на бред воспалённого сознания.

— Где я? — проговорила с трудом, язык прилип к небу и еле слушался. Невозможно хотелось пить. И обязательно таблетку обезболивающего… а лучше две.

Комната, в которой я находилась, точно не была моей спальней, но и на больничную палату совершенно не походила. Скорее на музейную экспозицию средневековья или киношные декорации для исторического кино.

На мне была одета белоснежная кружевная сорочка в пол. Она вся была мокрой. Меня знобило и бросало в дрожь. Слишком тонкие запястья и худые пальцы выглядывали из рукавов, что создавалось ощущение продолжительной болезни. Только почему я ничего не помню? Как я здесь оказалась?

— Оливия, я давал тебе время. Но ты постоянно придумываешь поводы. Мое терпение лопнуло! Скажи спасибо, что не выкинул тебя сразу…

— Я не понимаю…

— Хватит изображать больную. Я тебе не верю, — мужчина подошел ближе, а я даже в таком плачевном состоянии шарахнулась от него. Вдруг показалось, что его взгляд полыхнул огнем. Испугалась, привидится же такое… Может, это сон?

Принялась щипать себя за кожу, боль прекрасно чувствовалась, указывая на реальность происходящего.

— Я не вру… У меня все болит, — вышло жалостливо, даже не нужно было притворяться.

Он прищурился, явно сомневаясь верить мне или нет.

— Хорошо, — поджал губы, продолжая испепелять меня взором, всем своим видом демонстрируя негодование и недовольство.

— Я вызову доктора Вебера. И лучше бы тебе говорить правду. Иначе… — он сказал это настолько грозно, что внутри все содрогнулось, хотя я впервые в жизни вижу его. Такого бы я точно запомнила: острые скулы, черные чуть вьющиеся волосы, поджарая фигура, а главное, настолько выразительные глаза темно-карего цвета, почти черные…

Не знаю, что «иначе», но узнавать не хотелось. Неважно, кто он и что сделает, главное пусть вызовет врача. Мне обязательно станет легче, и я разберусь со всеми странностями.

Мысли сумбурно выстраивались в ряд, в нестройную последовательность из воспоминаний. Вчера я получила диплом. Это же было вчера? Столько лет упорного труда и, наконец, «корочка» об окончании педагогического образования с отличием у меня в руках.

Упорно училась и практиковалась, чтобы не вспоминать о своей ущербности. С Сашей мы расстались два года назад и с тех пор отношений не заводила. Не хотела больше чувствовать то, что пережила. Слишком больно. Поэтому загрузила себя работой, жила только ей. Благо, с моей профессией это сделать было легче легкого. Для начинающего специалиста это отличное качество — возможность получить опыт, проводя столько времени на работе.

Попыталась приподняться, но все тело ломило. Упала опять на мягкую перину, стараясь рассмотреть где все же нахожусь.

Высокие потолки, окна округлые сверху в виде арок.

Кто обивает стены тканью? Выглядит необычно, но в целом эстетично. Лавандовый цвет красиво сочетался с зелеными вставками травяного оттенка.

И особое внимание в интерьере привлекала люстра. Точно дорогая, с хрустальными плафонами и подвесками.

В углу находился столик с зеркалом в узорчатой оправе, а рядом ширма для переодевания.

В комнате также было три двери. Если одна, скорее всего, ванная, то куда ведут остальные две предстояло выяснить.

Сейчас же я не могла встать с кровати. Слабость была настолько сильной, что тело не слушалось и кружилась голова.

Даже глазам было больно, хоть в комнате и было неярко, а лишь солнечный свет пробивался в окно, несмело освещая обстановку. А стоявшие на прикроватной тумбочке цветы, казалось, пахли слишком сильно. Все чувства были обострены, мозг не справлялся с их восприятием.

Что происходит? Как я здесь оказалась? Скорее бы пришел доктор...

Было очень страшно чувствовать себя настолько уязвимой и слабой.

Старалась не проваливаться в сон, а держаться, но, по-видимому, это не удалось, так как снова вынырнула из беспамятства от мужского разговора, потерявшись вдобавок и во времени.

С трудом разлепила веки, разглядывая пришедших.

Один был тот самый мужчина, что заглядывал ранее. Рядом с ним стоял старик. Халата на нем не было, одет он был, как и его спутник, в сюртук на старинный манер. Но очки и саквояж в руках указывали на то, что он все же доктор.

— Не волнуйтесь, мистер Гринувэй. Сейчас осмотрю вашу благоверную.

— Мне нужно знать не притворяется ли она.

— Если это так, то вы сразу об этом узнаете.

— Я бы хотел присутствовать при осмотре, — настаивал мужчина, переживая, что его обманут.

Судя по всему, речь шла обо мне, только непонятно почему меня так странно называют. Какая я ему благоверная?! Я его в первый раз в жизни вижу, и знать не знаю!