Изгой. Проклятье или любовь

6. Сострадание

Утром, я накормила отца, который еще раз попытался отговорить меня от связи с драконом, и пошла на работу. Когда я подходила к замку Архиала, навстречу мне из дверей вылетела та девушка, которую я здесь видела раньше. Растрёпанные волосы, поддерживаемое руками расстёгнутое платье и босые ноги говорили о том, что она явно убегает и очень спешно. В руках у неё не было денег. Пробегая мимо меня, она быстро прошептала:

- Уходи отсюда, он сейчас в дикой ярости, приходи не раньше чем через час, - и рванула туда, куда она обычно уходила, в направлении границы полосы для сосланных из королевства.

Я немного постояла, то оборачиваясь на девушку, то смотря на замок. Что случилось между ней и драконом я не знала, но в её голосе явно слышался страх. Она предупреждала меня не ходить в замок, но что мне тогда делать?

Ещё немного потоптавшись на месте, я всё же направилась к крыльцу и увидела незапертую дверь. Может не стоит стучать? Зайду и сразу приступлю к своим обязанностям, а когда Архиал покажется, возможно, он уже будет спокойный и я смогу отблагодарить его за помощь мне.

Я прошмыгнула в щель во входной двери и тихонечко её закрыла. Стараясь не шуметь, я пошла в кухню, чтобы перемыть накопившуюся за вчерашний день посуду. Когда я налила в таз воды и развела в нём мыло, сзади меня раздался оглушающий рёв, заставивший меня вскрикнуть от неожиданности.

- Пошла отсюда вон, быстро! Бросай эту грёбанную посуду и выметайся! Ты что оглохла? Вон!

На дрожащих от страха ногах, я медленно повернулась от раковины к дракону, вытирая мыльную пену с рук.

- Боже, да какая же ты тупая. Я сказал вон, и ты должна бежать отсюда сверкая пятками, почему я тебя всё ещё вижу?

Он стоял совсем рядом, видимо я гремела посудой и не услышала его приближения. Яростный взгляд, пылающий огнём, прожигал меня насквозь, заставляя сердце сжиматься и пропускать удары. Половина его лица была закрыта волосами, и я заметила под этой завесой бардового цвета кожу покрытую буграми и увлажнённую кровью.

- Господин, вам плохо? У вас рана, могу я вам чем-то помочь, - позабыв по страх, который только что сковывал моё тело, я схватила из корзины чистую тряпку, увлажнила её водой из ведра и протянула дракону. – Вот, приложите, будет легче.

Я смело сделала шаг в его сторону, но Архиал грубо выхватил у меня тряпку и оттолкнул от себя, не позволяя подходить ближе.

- Уйди, сосланная, беги отсюда по-хорошему, а не то я тебя размажу по стенке из-за непослушания, - он всё ещё злился, но я услышала в голосе что-то ещё кроме ярости. Это что-то вселило в меня уверенность, что дракон не сделает мне плохо, и я громко произнесла:

- Господин, вчера вы очень помогли моему отцу, за что я вам безмерно благодарна. Если сегодня я могу отплатить вам той же монетой, то я ни за что не уйду, пока не осмотрю вашу рану.

Он смотрел на меня с презрением, его губы растягивались в ухмылке, но достигая определённого предела, причиняли этим боль хозяину, и Архиал крепче прижимал влажную тряпку к лицу.

- Ты ничем не сможешь мне помочь. Эти раны не твоего уровня, человечка, это драконьи язвы и это моё проклятие. Так что заканчивай пререкаться, бери еду и считай, что сегодня у тебя выходной, - теперь его голос звучал уже совсем беззлобно, скорее, в нём чувствовалась усталость и желание скорее избавиться от меня.

- Возьмите ещё, вода холодная и она слегка ослабит боль, - протянула я ему новую увлажнённую тряпку, и в этот раз он уже не толкался, он просто взял её и сразу же прижал к щеке, кинув перепачканную кровью предыдущую тряпку в ведро с мусором. – Можно я всё же посмотрю?

Мне стало его жаль, за показной злостью скрывалась боль, которую не с кем было разделить. Когда мой отец страдал от приступов боли, я сидела рядом и просто держала его за руку. Не знаю, правда это или нет, но папа говорил, что боль утихала, когда я так делала. Может я смогу помочь и дракону? Протянув руку, я провела своими пальцами по тыльной стороне ладони Архиала, изо всех сил желая, чтобы ему стало легче.

- Что ты делаешь? – вопросительно уставился он на меня, но руку не отдёрнул.

- Я жалею вас, - честно ответила я, продолжая гладить его руку.

Архиал смотрел то на меня, то на мои пальцы, которыми я нежно водила по его коже и будто прислушивался к чему-то.

- Ты обладаешь магией? – наконец озвучил он свои догадки, но я в ответ лишь смущённо улыбнулась.

- Какой магией, что вы, ничем я не обладаю. Просто проявляя сострадание, я как бы беру частичку вашей боли на себя, и вам становится легче.

- Подожди, - он поднёс свою руку, которую я только что гладила к своим глазам, и долго и пристально разглядывал кожу на кисти. – Ты меня обманываешь, ты не просто человечка, ты ведьма, признайся – это правда?

- Нет, господин, я не ведьма, я совершенно обычная ничего не смыслящая в магии девушка. Не наговаривайте на меня. У людей принято проявлять жалость к тем, кому больно или плохо. Так мы показываем свое неравнодушие, своё чувство сострадания, - попыталась я объяснить ему свой поступок.

- То есть ты сейчас ко мне не равнодушна? – переспросил он и мои щеки вспыхнули огнём от его бесстыдного взгляда, которым он меня окинул.

- Я не это имела в виду, - мне стало обидно, что он принял мой порыв помочь за похоть, и я отступила назад к раковине с посудой.

- Нет, подожди, мне важно понять, очень важно. Что ты имеешь в виду под своим неравнодушием, объясни, - его огненные глаза буравили меня не отпуская ни на секунду, и я уже сама пожалела, что не убежала отсюда.

- Моё неравнодушие – это чувство сострадания, я понимаю, как вам больно, и хочу, чтобы ваша боль отступила, чтобы вы снова стали здоровым и довольным, - как ещё можно было это объяснить, я не знала.

- А зачем тебе это? Зачем тебе делать так, чтобы я стал довольным?

Похоже, он искренне не понимал моих мотивов и хотел в этом разобраться.

- У нас так принято, - пожала я плечами.