Изгоняющий остылых: Путь по рубежному тракту.

Глава 14: "Девочки вперед".

А вот и она. Та девушка, даже ещё почти девочка, по меркам охотников, что сидела на собрании в замке лорда Миртеля Феаонота, напротив меня в зале речей. В свободное время старейшины города, замковые дворяне, философы да придворные маги пользуются им для разных целей — на потребу. Подслушал у прислуги, пока бродил по коридорам замка, за что зал и получил такое необычное название. Пришпорив лошадь, я нагнал и поравнялся с охотницей на остылых.

— Арса, — коротко представилась девушка.

— Энвнир, — подражая её краткости, припомнил я, как называла меня мать.

Какое-то время мы ехали молча, пока сзади не раздался наигранно обиженный голос:

— И Тоцент, между прочим! — Нас нагнал охотник, который показал мне мою кобылку возле стойла. Сам он предпочел полудохлого, но жеребца. Мы с охотницей заулыбались от его возмущённой интонации. Неширокая дорога не нашла места для ещё одного всадника и не позволила ему ехать третьим в ряд.

Наша группа рассекала воздушный полог, пугая суеверных путников такой концентрацией охотников на чудищ на дороге. Группа крестьян, держащих шествие в Замок Феанот, сошла с тракта, пропуская нас. Их было семь человек: рослые мужчины с вилами и молотилами в руках, крестьяне держали путь из своей деревни на рынок и по городским делам. В такое время лучше ходить всем вместе, разбойники и небольшие порождения Полога не смогут причинить ущерб достаточно крупной группе. Заметив нас, рослые мужики весьма перепугались, так что один из них спросил:

— Господа охотники? Всё хорошо? Откуда вас столько? — с почтением обратился к нам деревенский житель.

— Да, всё в порядке! Задание от графа, едем выполнять, — небрежно отозвался Тоцент. Мы, не останавливаясь, проскакали мимо.

— Арса, ты откуда родом будешь? — наконец, спросил я.

— Я родилась в Родных Землях, — смотря вперёд, сказала девица.

— А где именно? — уточнил Тоцент со всей своей непосредственностью.

— В Родниках Любви, — неожиданно зарделась девушка и искоса бросила взгляд на меня.

— А-а-а, — протянул Тоцент, — а ты у нас откуда будешь, Энвнир? — Ему явно хотелось пообщаться.

— Из Северных Земель за Феанотом. Есть там небольшие деревни, или, скорее, были, — поделился я своим происхождением.

— Что, тоже выходец из каких-нибудь Родников Любви? — Я уверен, если бы мы ехали напротив друг друга, он бы прищурился и посмотрел мне прямо в глаза, но сейчас ему пришлось ограничиться лишь тоном своего голоса.

Я засмеялся. Арса надулась, но потом тоже улыбнулась.

— Нет, я не помню название деревни, — покачал головой я, — меня забрали в четыре.

— А-а-а, — снова протянул Тоцент, — ранняя пташка значит.

— Ты сам-то откуда будешь? — Я решил не позволить охотнику задать ещё один вопрос и тем самым сменить тему разговора.

— Ну, эхм, — Тоцент похоже чесал свой затылок. — Я как раз с Рубежного, здесь у меня бабушка живет.

— Бабушка? — заулыбалась Арса.

— Ну да, — как-то растерянно протянул Тоцент, — бабушка.

— Как же так получилось, что ты оказался в Ордене? Тебя же не должны были брать в таком случае? — Поинтересовался я у убийцы остылых.

— Да, понимаешь… — Он вздохнул. — Мою семью убили бродяги, всех. Родителей, деда, братьев и сестёр, — их у меня двенадцать тогда было. Только мы со старой бабкой в погребе и схоронились. До сих пор помню её уставившиеся к потолку глаза, читала она что-то, или заговор, или молитву Титану Йодкейму одними губами. Страшно же! Бандиты половицами прямо над нами скрипели. Да кровь с потолка капала. Иногда она так и сидит теперь, особенно когда я долго не навещаю, волнуется за меня.

Помолчали. Тоцент о чём-то задумался.

— Что же было после? — задал я вопрос, не давая Тоценту окончательно уйти в себя.

— Дальше был Орден. Мне пообещали, что я стану послушником. И я четыре года провёл в подготовке на орденского служителя. И всё бы завершилось уже на следующий год, если бы не серый смердень. Злобный монстр умудрился схарчить повозку детей, вместе с провожатыми, что должны были ехать на стену, — Тоцент выдержал паузу, — настоятель обители решил выбрать среди послушников, что ещё не прошли обучение. Меня не должны были вообще брать, но из-за провинности мой тренер приказал, чтобы тоже причислили к числу подлежащих испытанию. И мы бросили жребий, который показал на меня… Мне оставался лишь месяц до конца обучения на послушника.

— Что за провинность? — спросила Арса.

— К девушкам в соседнее крыло лазил. — Теперь покраснели кончики ушей Тоцента. Я улыбнулся, Арса фыркнула.

— Когда Хранитель Крепости увидел меня, он просто показал на меня пальцем, — рассказал охотник. На дороге показался старик. Он видимо был подслеповат или себе на уме, и потому не разглядел нас. Тоцент рявкнул ему слитно одним словом:

— Сдороги! — И только тогда старик наконец заметил трёх охотников на чудовищ. Они двигались прямо на него. Испугавшись, сам не зная чего, он упал на колени и поднял руки вверх. Пришлось объезжать. Старик, ещё посидев, махнул шапкой в руке и кряхтя поднялся. «Ох! Нехорошо получилось, может быть стоило остановиться и помочь ему подняться?» — пришла запоздалая мысль.

Арса подождала, пока мы объедем несчастного, а потом произнесла:

— А мне было девять, когда меня отняли от рода и забрали в Орден, — начала свой рассказ девушка.

— Другой возможности прокормить свою семью мой отец не видел. Он сломал ногу и не мог больше работать, пока она не заживёт. Год выдался особенно неурожайным, и нужно было решать проблемы с накопившимися долгами.

Поправив локоны волос, девушка продолжила:

— Я не была первой в семье, а только третьей, и отец, жалея единственного оставшегося сына, поскольку Орден уже забрал положенного ему первенца, отдал в голодный год девочку. Так я оказалась в Крепости Рух.