Изгоняющий остылых: Путь по рубежному тракту.

Глава 20: "Культовая арена".

Когда я разлепил веки, я увидел возницу, ведущего телегу куда-то вперёд. Человек в синих одеждах сидел напротив меня. Я сфокусировал взгляд и попробовал вспомнить, кто это. Его я не сразу узнал, а сидящий напротив меня человек в телеге обратился ко мне:

— Наконец-то — вы проснулись! Вы пытались пересечь барьер? Не так ли? — с интересом поинтересовался человек.

— Какой барьер? — сонно протянул я, взывая к милосердию собеседника. Я не понимал ничего.

— Между миром живых и духов, чтобы узнать, что происходит. Вы, охотники, всегда на работе. — Покачал головой старейшина. Наконец, я его узнал.

— Да нет, просто задремал, — размяв шею, ответил я, — место у вас действительно спокойное.

— Как раз подъезжаем. — Староста деревни указал на мостки для спуска.

Я приказал вознице вместе со стражей отправиться назад. Старейшина ещё для вида поупирался, но я видел, что он не сильно хочет здесь задерживаться и с облегчением воспринял то, что он может отправиться назад и забрать меня следующим утром.

Проследовав по деревянным мостикам, я спустился с помощью небольшой платформы вниз. Я успел подумать, что все же подъёмник рассчитан на два-три человека, возможно, даже в латах. Уж очень он медленно ехал вниз. Стоило мне сойти с него, как он начал подниматься. «Идеальный баланс механизма», — подумал про себя я.

Спустившись вниз, я пошёл вдоль арены. Здесь действительно лежала целая орда зомби. Их глаза неровным светом отливали красными огоньками, то и дело мерцая, из-за чего складывалось впечатление, будто они моргают. Здесь покоились тысячи остылых, что просто лежали, возможно, даже несколько лет. То, что это остылые, я не сомневался. Осерение обильно покрывало их. На некоторых, более старых, виднелись грибы. Едва ли эти покойники доставлены в кальдеру только с одной деревни. Возможно, сюда свозили всех с целого региона. Вот только об этом, по непонятной мне причине, умолчал старейшина. Боялся, что я не пойду?

Остылые никак не реагировали на меня, на издаваемый шум. Походив между отверстых могил, я решил спуститься в одну из таких. Оперевшись рукой о жиденькую траву, я при прыжке вниз сбил пару комьев чёрной земли. На этот раз я не рассчитал и приземлился на одну из ног остылого, что лежал здесь, сверкая глазами. Я был готов ко всему, но местный обитатель никак не отреагировал на мое появление, и потому мне стало любопытно. В небе сверкнула молния. Полился дождь. Вода стекала прямо в могилу, где я выталкивал существо наружу. Он поддался. Мои ноги скользили по мигом намокшему дёрну. В два стремительных рывка я вытолкал его из могилы. От такого бесцеремонного обращения зомби даже сказал: «Уааууэ». Теперь он стоял наверху и осматривался по сторонам. В какой-то момент его взгляд скользнул ко мне, и я взялся за копьё. Капли дождя скользили по дереву и капали с наконечника.

Но взгляд зомби не задержался на мне. Его вниманием целиком и полностью завладела оставленная им могила. И он медленно пошёл назад. Я остановил его свободной рукой, развернул и даже толкнул в другую сторону. Остылые не люди, и держать баланс они могут гораздо хуже, поэтому он сделал шаг вперёд и просто упал в раскисшую грязь. Зомби попытался подняться, но поскользнулся на глине. Весь в грязи и перепачканный, спустя несколько мгновений он всё же встал. «Похоже, таинственная сила удерживает его в этом месте», — я сопроводил тяжёлым взглядом зомби, побредшего назад в открытую могилу.

Пока я думал, что делать, мертвец снова лежал в могиле. Блеснула слабая молния. И тут меня посетила весьма сомнительная идея. Не знаю, что меня толкнуло на это, наверное, их миролюбие, тогда меня по-чёрному забавляло. И ведь это было действительно очень нетипично для меня, если подумать! Убийца остылых, который столкнулся с неожиданным препятствием в виде абсолютного равнодушия с их стороны. «Полнейшего спокойствия», — как выразился бы старейшина. Налетел далёкий хлопок, возможно, молния куда-то попала, но мне было не до того. Я присел возле края и сверху осмотрел мертвеца. Следы осерения тронули тело, оно шипело от попавшей на него воды, но это никак не повлияло на агрессивность. Он продолжал неподвижно лежать, мерцая ярко-алыми глазами, словно посылая сигналы в далекий космос.

Я спустился в следующую могилу и вытолкал другого зомби. Этот оказался тяжелее. Поднять его было нелегко. Он лежал в луже, и потому стоило поднять его, как вода потоками стала стекать вниз. Моя одежда промокла, и я плечом вытолкал его к краю, а затем и наружу. Этот вёл себя так же, как и его сосед. Осмотревшись, он снова, как и зомби до того, попытался скрыться в могиле. Я сбил его с ног подсечкой. Ходячий никак на это не отреагировал, только лишь через некоторое время попытался снова встать. Я не дал ему это сделать, сев сверху. Но и на это гадкий остылый никак не отреагировал, продолжая поблёскивать глазами во мраке ночного шторма и ожидать, когда же я наконец слезу с него.

Впервые я столкнулся с таким. Я был растерян. Поэтому замотал его верёвкой и решил посмотреть, что произойдет. Я ухмыльнулся от пришедшей в голову мысли, если сейчас все пройдёт успешно, он останется на месте. Тогда, связав их, можно будет увезти подальше от этого места. Я даже злобно засмеялся этой идее: «Представляю, как я прошу местного старейшину привезти мне побольше верёвок, и все графство Феанот скидывается на меня и мою затею, ведь по указу императора они должны обеспечивать охотника всем необходимым». Я представлял растерянного старосту, даже самого графа Миртеля, удивлённо поднимающего брови. Прокатилась молния, и я злобно заржал в голосину под раскаты грома. Меня захватил азарт — «А потом приезжает какой-нибудь захудалый некромант-недоучка, а всё его войско связано». Я улыбнулся своим мыслям — «Как так? Что же мне делать?!» — плюхнется от отчаяния в грязь он. «А вот! Не всё вам надо мной издеваться!» — Я отошёл в сторону и посмотрел с удовлетворением на творение своих рук. «Спеленал его как младенца», — сказал бы мой друг К'Йоевгхан. «Ах, если бы он только был здесь, уверен, у дварфа нашёлся бы способ расшевелить этих несчастных, или упокоить их всех», — расстроился я.