Измена. Без права на раскаяние

Глава 6. Милая девушка

– Завтрашний день для нас с мужем будет особенным, – я улыбнулась в зеркало разговорившей меня парикмахерше.

– Правда? – мило улыбнулась она, перебирая мои волосы.

Уже пару минут мы выясняли, какие процедуры мне понадобятся и сколько времени это займёт. На концах мои светлые волосы приобретали мышиный цвет – результат давнего эксперимента с университетскими подругами. Я не решалась перекрашиваться в беременность сначала под давлением свекрови, а потом и из собственных опасений, да и стрижка была под запретом. А после рождения Лизы времени на себя совершенно не находилось. Разве что я решила стричь себе кончики в нашей ванной самостоятельно в надежде, что скоро несуразный цвет покинет мою голову, но и на осуществление этого силы не всегда находились. Поэтому проблема решалась просто – пучок.

Девушка задумчиво хмыкала и то и дело то отдалялась от моей головы, то приближалась снова, чтобы увидеть что-то, понятное только ей. На ней был фартук с бейджиком с именем Виолетта. Пышная грудь так сильно натягивала ткань, что мне удалось рассмотреть имя далеко не с первого раза.

Мы остановились на том, чтобы убрать длину с неудачной покраской и вернуть волосам блеск, немного осветлив их прядями. Виолетта сказала, что это даст эффект детских волос.

– Да, завтра наша годовщина, – похвасталась я, и девушка мечтательно улыбнулась.

– Возможно, я тоже скоро выйду замуж, – хихикнула она. – Мужчина мой известный бизнесмен в нашем городе.

Я кивнула, прикидывая, мог ли он быть знаком с моим Максом, а девушка почему-то начала оправдываться:

– Я ж тут как оказалась, раньше работала в барбершопе, а потом мой начал ревновать, – она зацепила расческой прядь и неудачно потянула, после чего побрызгала на волосы каким-то пахучим сладковатым спреем. Почему-то запах показался мне смутно знакомым. – Мол, с ним там познакомилась, так почему с другими не могу.

Она зашлась заливистым смехом и даже чуть покраснела от смущения:

– Вот курсы прошла, и теперь я тут, обслуживаю только женщин. Но, надеюсь, скоро совсем не придётся работать, мой мужчина богат, – добавила она с гордостью. – Так, осветление в два этапа. Делаем?

Виолетта была из тех, кто забалтывает клиенток до смерти, но меня это не смутило, и я была даже рада, что разговаривать приходится не мне. С утра до вечера я болтала с дочкой, пытаясь разговорить её и вытащить из неё первое слово, поэтому здесь и сейчас полностью отдалась слуху и лишь изредка улыбалась и кивала. Подруг у меня после замужества не стало совсем, а единственная, которая не раздражала Макса, по совместительству и бывшая невеста его друга Марата, пропала полтора года назад. Я очень тосковала по Дарине и нашим вечерам, и с тех пор чувствовала себя одиноко в компании деловых партнеров мужа и их жён, с ними у меня общих тем не было. А послушать о жизни других из телевизора мешал вечный синий трактор. Так что Виолетта пришлась даже кстати.

Она была красивой и ухоженной – особенно в глаза бросались длинные рыжие волосы, густые и вьющиеся, на которые наверняка уходило немало времени и средств, такие могли быть только у парикмахера или у актрисы в рекламе шампуня. Пухлые губы, в контуре которых я заприметила свежие синячки от уколов, и широко распахнутые синие глаза. Ресницы её были наращены в стиле лисички, и я ещё раз подумала о том, что зря не захотела работать в сфере красоты. Казалось, её работницы выглядели на все сто круглый год.

Я же не уделяла много времени внешности, даже будучи без Лизы. Может, поэтому Дарья Владимировна всегда удивлялась, что её сын во мне нашёл?

– Нечасто здесь увидишь кого-то не из соседнего подъезда, – между делом продолжала девушка, состригая мне кончики. – Как вас к нам занесло?

– Я почти из соседнего подъезда, – сказала я и улыбнулась. – Родственники тут живут.

– Неа, я не об этом, – Виолетта надула пузырь из жвачки и громко его лопнула. – Вы хорошо одеты, явно не живете в этих трущобах.

Я посмотрела на неё с удивлением, а потом звонко рассмеялась.

- Трущобы? – я внимательно оглядела себя в зеркале. Точнее то, что осталось не закрыто от глаз под парикмахерской чёрной накидкой. Я пришла сюда в спортивном костюме и кроссовках, и вряд ли они могли натолкнуть девушку на эти мысли.

– Я хорошо знаю бренды, – подмигнула мне Виолетта и тут же заглянула в мой телефон, когда на него пришла смс от мужа. – Да и телефон у вас не из дешевых. Неожиданные проблемы с деньгами? – она понимающе улыбнулась, и это заставило меня задуматься.

По правде сказать, я не знала, сколько стоил мой телефон или даже кроссовки – всё это подарки Макса. Он стал дарить мне одежду ещё давно, когда первый раз вывел с собой в свет – тогда он только-только получил отель в наследство от своего деда, и об этом трещали все местные газеты, нас пригласили на ежегодный вечер, где собирались многие известные в городе люди. Макс позаботился о моём наряде, чтобы я не позорила его дешевым видом, так он и сказал.

А сама я не могла позволить себе дорогие вещи, ведь своих денег у меня не было с тех пор, как я ушла с работы в декрет.

– Да не то чтобы, – я неловко улыбнулась парикмахерше и ушла от ответа.

Мой муж был щедрым на подарки мне и дочери, оплачивал квартиру и всякие бытовые вещи, полностью содержал нас, к его карточке был привязан семейный аккаунт Ягодок, но за всю наличку мне всегда приходилось отчитываться. Из магазина я приносила чеки, а денег с собой хватало разве что на такси и обратно. Муж всегда давал мне деньги, если я объясняла, для чего они мне понадобились, но просто так купюрами не разбрасывался, а наглеть и выпрашивать на каждую хотелку мне не позволяла совесть. Думаю, так живут многие жёны на обеспечении, и меня это не сказать чтобы волновало, времени шататься по магазинам с подружками точно не было.

Трудности возникали разве что в такие моменты, как этот – я хотела прихорошиться для мужа, но чтобы это было для него неожиданностью, поэтому не попросила карточку напрямую. А деньги взяла из отложенных ранее, когда покупок выходило не на всю сумму, что выделил Макс. Что-то оседало в моём кармане целых полгода, и теперь я могу с капелькой угрызений совести потратить это на себя.