Измена. Бежать или остаться

Глава 10. Каролина

Кожа покрывается мурашками. Энергетика Горского расползается как защитный купол вокруг нашего столика. Стараюсь поймать взгляд мужа, но тот лишь мажет по мне равнодушными глазами. Свободную руку он прячет в карман брюк, во второй крепко держит телефон и ключи от машины.

Парень, который так уверенно использовал на мне свои гипнотические способности, сбежал раньше, чем Горский подошел вплотную к нашему столику. Не состоялось ни словесного поединка, ни демонстрации мужских бицепсов.

— Будете продолжать банкет или планируете переместиться в другое место? — Назар опускает глаза на моих растерянных подруг.

— Н-нет. Ух-ходить собирались, — мямлит Ира, глядя на Горского снизу вверх. Она похожа на загнанного в угол дрожащего кролика, над которой навис большой серый волк. Так и хочется пнуть подругу ногой под столом и шепнуть, чтобы расслабилась. Это только с виду Назар грозный, а на деле он добрейший человек. — Счёт ждем.

— Ясно, — кивнув, Назар оглядывается по сторонам. — Идите на улицу, машина припаркована справа от входа. Я расплачусь и догоню вас.

Горский спешит к барной стойке, где, держа спину прямо, стоит улыбчивый администратор.

Делаем все, как велел мой муж: встаем из-за стола, забираем верхнюю одежду с вешалки и мелкими шагами семеним к выходу из караоке-бара.

— Твой муж всегда такой злой? — шепчет на ухо Ира, когда оказываемся на улице. — У меня сердце в пятки ушло, когда он посмотрел на меня.

— Назар не злой. Просто лицо серьезное.

Наше трио, крепко схватившись друг за друга, медленно идёт в сторону темно-серого внедорожника Горского. С учетом количества уничтоженных за вечер коктейлей вестибулярный аппарат каждой из нас весьма неплохо справляется с движением. Нашу компанию всего лишь немного покачивает из стороны в сторону.

— Может мы с-своим ходом доберемся? Чтобы в-вас не н-напрягать. Уже такой п-поздний час… — у Иры вновь начинает заплетаться язык.

Сначала хочу спросить у неё, в чем дело. Раньше такое случалось с подругой, только на фоне дичайшего стресса во времена сдачи экзаменов. Но когда вижу, что подруга сосредоточена на происходящем за моей спиной, понимаю в чем дело. Аура супруга словно врезается мне в спину. Вдоль позвоночника пробегает волна трепета.

— Ждать такси в такой час придется долго. На стадионе вот-вот закончится футбольный матч, все бомбилы пасутся там. Быстрее будет поехать с нами. — Горский открывает двери заднего ряда, вынуждая моих подруг как можно скорее пристать на его предложение.

Первой в салон заползает Саша, следом за ней ныряет притихшая Ира. Когда намереваюсь влезть к ним третьей, то замечаю, как бровь мужа вопросительно ползет вверх. И хотя он не произносит ни слова, я все равно отвечаю:

— Ладно, я сяду вперед.

Знаю, что он не доволен моим поведением. Знаю, что глубоко в душе злится. Поэтому сама тянусь к хромированной ручке передней двери. Терпкий аромат мужского парфюма моментально проникает в ноздри. Ностальгия вперемешку с горечью настоящего растекается по телу.

Прошибает током, когда горячая ладонь Назара ложится поверх моей. Поворачиваю голову и едва не врезаюсь носом в щеку мужа. С такого близкого расстояния я вижу, насколько раскраснелись его глаза. Назар выглядит очень уставшим и измученным.

— Садись уже, — сглотнув, строго, но тихо просит Гор.

Когда я умащиваю свою пятую точку на переднем сидении, Горский внезапно хлопает дверью. Да так сильно, что я подскакиваю от неожиданности и едва не бьюсь головой об кожаную обивку автомобильной крыши.

— Он очень злой, — отзывается со второго ряда Ира, пока Горский обходит капот внедорожника и не может ее услышать.

Теперь я готова согласиться с подругой. Очень злой.

Пока мы едем к дому девочек, в машине висит напряженная тишина. Я постоянно тру потеющие ладони об коленки, время от времени поворачиваю голову в сторону водительского места.

Назар сосредоточенно ведет машину, изредка потирая уставшие веки.

Подруги на заднем ряду сидят как мышки, изредка перекидываясь парой слов друг с другом. Когда поворачиваю голову в их сторону, они тут же замолкают и через зеркало заднего вида косятся на Горского.

Высаживаем девчонок у самого подъезда. Саша жестом просит написать ей или позвонить завтра. Когда железная дверь шестнадцатиэтажного дома закрывается, Горский тут же вдавливает педаль газа в пол.

Несемся по ночному городу. Цифры на спидометре превышают разрешенную правилами дорожного движения скорость на добрый десяток километров.

— Тормози, — рычу я, когда стрелка переваливает за сто сорок километров в час. — Ты угробишь нас.

— Зато как поэтично будет смотреться гравировка «И умерли они в один день» на наших надгробьях, — бормочет устало Горский.

— Что ты несешь? — Глядя на растущую скорость, я цепляюсь рукой за двери, а стопами сильнее упираюсь в пол. — Какие еще умерли? Ты в своем уме?

Испуганные ноты моего голоса таки отрезвляют мужа, и он отпускает педаль газа.

— Каро, ответь мне на один вопрос, — отрывая взгляд от дороги, вдруг интересуется Горский. — Какого черта ты в драных колготках делала в караоке? Почему твое пальто в таком состоянии?