Измена. Будь моей

Глава 2

Алена

Я слышу какую-то возню внутри дома.

Что-то падает. Слышу голос Игоря. Он чертыхается и что-то шипит громким шепотом. Тихий голос соседки Любы. И почему мне интересно о чем они говорят.

Чувствую как меня трясет. Гляжу на свои руки и сжимаю пальцами одной другую, чтобы хоть как-то унять колотящую меня крупную дрожь.

Все это происходит на самом деле — это не сон и не игра. Это реальность, которую теперь никак не изменить.

Я теперь здесь. Я теперь в мире, где мой любимый изменил мне.

И почему я думаю об этом, как о единичном случае? Как будто единичная измена чем-то лучше постоянно, , каждодневной, обыденной измены.

Пытаюсь выкинуть из головы отвратительные образы, которые вспыхивают один за другим.

Мой Игорь, вот он лежит, запрокинув голову, открывает рот от удовольствия и рычит.

Какой ужас. Это не может быть в реальности. Он не мог так поступить со мной, только не он, только не мой Игорь.

В голове возникает странная мысль. А что, если все это показалось мне? Что, если это все плод моей фантазии и ничего не было?

Бред.

Вот стоит припаркованная машина. Вот хлопает дверь дома. Я не оборачиваюсь. Слышу тихие шаги Игоря, я знаю, что это его шаги, я не спутаю его походку ни с чьей другой, даже если это только звук.

Вытираю слезы рукой и быстро встаю. Никаких разговоров с ним, никаких выяснений сейчас, ничего.

Я хочу убежать и спрятаться, чтобы никто меня сейчас не видел. Но куда идти? Боже, куда мне идти? Слезы застилают обзор и я кое как открываю калитку, чтобы выйти с участка на улицу. Пальцы не слушаются, и вдруг я чувствую, как сильные руки хватают меня за плечи.

Не оборачиваясь, вырываюсь. Издаю то ли всхлип, то ли стон и сначала иду, а потом бегу по высокой траве. Она больно бьет по моим голым ногам, но я не обращаю внимания. Эта боль ничто, в сравнении той душевной болью, что я сейчас испытываю.

— Аленка! Стой! Любимая, я все объясню, подожди.

От звука его голоса меня словно бы прошибает током.

Как он меня назвал? Любимая? Как это я любимая?

Боже, почему так колотится сердце? Почему солнце светит так ярко? Какое злое, безжалостное солнце сегодня.

Пожалуйста, пожалуйста, сердце, не стучи так.

Горло перехватывает, и я останавливаюсь, не в силах больше бежать. Меня сотрясают рыдания и я оседаю прямо в траву.

Где я? Где мой мир?

Я слышу, как Игорь идет по траве. Он приближается, несмело, робко подходит ко мне и пытается обнять, пытается поднять на ноги.

— Уйди, пожалуйста, уйди, — шепчу я, не в силах говорить в полный голос.

Я чувствую, что легкие мои сейчас взорвутся от давления, от боли, что сердце сейчас остановится, не в силах пережить этот ужас.

— Милая, я не знал, что ты придешь так рано, — говорит он и обнимает меня за плечи. Он целует меня, а я не в силах оттолкнуть его. Руки не слушаются меня. Ноги ослабли, будто я парализована, опустошена, как будто моей воли больше нет и осталась только черная боль.

Я чувствую его запах и другой запах. Запах этой женщины, которую он только что…

Боже, за что он так со мной?

— Ты предатель, — говорю я сквозь слезы, — как ты мог так поступить?.

— Это ничего не значит, — шепчет он и целует меня за ухом, — ты моя девочка и только ты.

— Я верила тебе, ты был моим миром, я всю себя отдала одному тебе. Что же ты натворил, Игорь?

— Верь мне, все будет, как прежде.

Он продолжает держать меня крепкими руками, а безжалостное вечернее солнце насмехается надо мной, слепит мне глаза.

— Ты все разрушил, — говорю я и дергаюсь, чтобы выпутаться, чувствуя себя рыбой, попавшей в злые сети. Но он не отпускает и продолжает что-то шептать.

Колючая сухая трава колет меня, словно иглами.

— Я всегда буду любить только тебя одну, девочка моя, только тебя. Это… То что было…. Это ничего не значит. Это мимолетная страсть, понимаешь? Это не любовь. Я мужчина и у нас такое бывает. Просто случайность. Механическое удовлетворение.

— Ты хочешь, чтобы я закрыла на это глаза? — спрашиваю я, переставая сопротивляться. Я расслабляю все тело, как только могу, чтобы он перестал крепко держать меня.

— Да, все будет как раньше, просто забудь. Я запутался, понимаешь, я полностью запутался, последние недели, это был словно ад, я переосмыслил всю свою жизнь. Это какой-то новый этап, понимаешь?

— И тебе нужна помощь?

— Да! — воодушевленно отвечает он.

— Ты поможешь мне пройти через это? Я не знаю кто я, понимаешь? Я запутался, помоги мне найти себя, Аленка. Я как зверь, заточенный в клетке. ты же знаешь, что я уже несколько месяцев не писал картин. У меня кризис. Я не знаю, художник ли я, или я просто человек. Я не знаю как вместить весь этот мир, он разрывает меня на части, понимаешь? Я не смогу жить без тебя. Я пропаду в этой пустоте. Без тебя моя жизнь не имеет смысла…

— Хорошо, — говорю я,— отпусти меня, пожалуйста.

Он ослабевает хватку, и я поднимаюсь с земли и отряхиваю платье, машинально снимая с себя сухие травинки.

Я смотрю на него и вижу черную растянутую майку без рукавов, шорты с ширинкой, которую он не успел застегнуть. Поднимаю взгляд выше и вижу его лицо. Такое любимое лицо моего Игоря. Его глаза, мужественные черты, скулы, губы. Эти губы только что целовали ее. Чужую женщину. Потом он целовал меня. А сколько раз до этого?…

— Так все нормально, Ален? — спрашивает он вставая и пытаясь взять меня за руку, — ты веришь мне? Я заглажу свою вину, я все исправлю, я клянусь тебе.