Измена. Чужое счастье

Глава 4

Маришка, только открыв дверь, поджимает губы, тащит внутрь квартиры. Наливает в чашку на дно какую-то пахучую дрянь.

— Что это? – спрашиваю ее.

— То, что тебе сейчас нужно.

— А где Мот?

— Мальчишки гуляют.

Кивнув, снимаю очки и залпом выпиваю. Жжет, а еще остается привкус мяты и каких-то трав. Убойно, почти до слез из глаз.

— Жесть, – говорю честно. По желудку растекается тепло, эмоции притупляются.

— Сказала же, то, что надо. Поговорили?

Киваю.

— К чему пришли? – Маришка усаживается рядом.

— Развод.

Она тяжко вздыхает, я коротко передаю детали.

— Может, он, правда… Ну, первый раз решился налево? – задумчиво тянет подруга. Я хмыкаю.

— Сильно сомневаюсь. Ты же его видела. Девки от него всегда млели. А в музыкальном бизнесе доступность процветает. Даже намекать не надо, сами поди предлагали. Да даже если бы первая… Я такая дура, Марин! Я ведь ему верила!

Она кивает.

— Сочувствую. Тебе нужно набраться сил теперь. Легко не будет.

Слова подруги оказываются пророческими. Уже когда приезжаем с Мотом домой, получаю от Дэна смс:

“Развода я тебе не дам. Хочешь жить отдельно, живи. Договоримся”

Откидываю телефон на диван, потираю переносицу. Вот урод! И говорит еще так… Безапелляционно. Словно он тут все решает.

— Я приготовить ничего не успела, Матвей, – быстро иду в кухню, когда сын заходит в гостиную. – Но можно заказать что-нибудь. Ты как, не против?

Рассматриваю забитый продуктами холодильник. Я предложила Дэну пожить недельку здесь, потому что устала мотаться по городам. Хотелось на природу. Он закупился продуктами, привез сюда их… и любовницу. А если бы я не приехала, он отымел бы ее и в нашей кровати? Как же это все мерзко….

— Мам! Ты меня слышишь? – голос Мота возникает рядом, я вздрагиваю, отпускаю дверцу, она беззвучно закрывается.

— Задумалась.

— Что происходит, мам?

— В каком плане? Я просто устала, знаешь, столько гастролей…

— Мне тринадцать, мам. Не надо меня обманывать.

Я молчу, кивая. Собираюсь с силами.

— Вы с папой поссорились?

Иду обратно в гостиную, он следом за мной.

— Можно и так сказать, – соглашаюсь я.

— Ты плакала, – звучит утвердительно и недовольно.

— Немного. Это не страшно, сынок.

— Что случилось?

Устало вздыхаю, присаживаясь на диван. Он опускается рядом со мной. Черт, как же это трудно. Почти невозможно.

— Понимаешь, Матвей, – начинаю я. – Мы с папой… Мы решили, что нам лучше жить отдельно друг от друга.

— Что? – вскакивает он с места. – Вы разводитесь?

— Ну… – обескураженная его реакцией, я хочу смалодушничать, но заставляю себя сказать хоть что-то. – Пока что мы решили просто пожить отдельно друг от друга.

— Но почему? Вы же такие классные! У вас же все хорошо! У всех вокруг предки то разводятся, то ссорятся постоянно, а вы одни всегда были нормальные! Что случилось?

Твой папа мне изменил. Притащил домой какую-то малолетку и долбил ее прямо на столе в своей студии. Такие дела, сынок.

Не смешно. Совсем.

— Так бывает, малыш…

— Я не малыш! И так не бывает! Все же было хорошо!

— Я понимаю. Понимаю, что тебе сейчас больно и тяжело все это принять…

— А со мной что будет? – перебивает Матвей. – Я как буду жить? С тобой? С папой?

— Мы это еще не обсуждали детально… Ты не будешь ограничен в общении с нами…

— Кто этого захотел? – Матвей совсем не слушает меня, его захлестывают эмоции. – Кто захотел? Ты или он?

Черт.

— Мы оба решили, что так будет лучше.

Сын мотает головой.

— Не будет. Мне точно.

Бежит к лестнице, слышу топот его ног, а потом хлопает дверь. Отлично. Откидываюсь на спинку, тяжело выдыхаю, глядя в потолок. Когда-нибудь эти безумные сутки закончатся? Я не спала, даже не знаю сколько времени.

Дэн… Вспоминаю его спокойное лицо. Сказал, что ошибся, а сам уверен в своей правоте. Что имел право, что я сама во всем виновата. Но как бы там ни было – разве это повод изменять? Если так плохо со мной, если не можешь никак исправить – лучше просто уйди. Боже… Сегодня утром он бы встретил меня с улыбкой, целовал, обнимал, мы занялись любовью…

Снова вижу отвратительную картинку, где он и эта блондинка…

Один раз… Слишком спокоен и уверен он для одного раза. Боже, какая же я дура. Какая я все-таки дура…

— Дай угадаю, – красавчик с нереально обольстительной улыбкой смотрит на меня. – Виолончель.

— Почему же? – улыбаюсь в ответ.

— Прости за пошлость, но уверен, ты шикарно выглядишь с раздвинутыми ногами.

Я смеюсь, не удержавшись. Качаю головой. Это не просто пошло, это жутко нагло. Но почему-то злиться на этого парня не выходит.

— Боюсь, ты этого не узнаешь, – отвечаю все же и добавляю: – Скрипка.

— Как я мог не понять! Пальцы настоящей скрипачки, – он берет мою ладонь в свою, проводит пальцем по моему большому и гладит у основания.

Черт, это… Сексуально. Приходится сделать глоток, чтобы спрятаться за стаканчиком и отвлечься от приятных ощущений в теле.

— Я Дэн, – говорит парень.

— Ева. Будешь пошлить по этому поводу?

— На тему того, что заставила мужчину согрешить?

— Типа того.

— Не буду. Лучше сам тебя… Заставлю.

Мы играем в гляделки слишком долго. Все это так двусмысленно, и внутри меня плещется шампанское, будь оно проклято, мешая нормально думать. Мне всего восемнадцать. Я отучилась один год в музыкалке, оказалась на вечеринке, и здесь творится невероятный хаос. Веселье, безбашенность, разврат… Очень привлекательный Дэн.

— Идем, – отставив мой стакан, он тянет меня.

Люди, предметы мелькают пестрыми смазанными картинками. Мы оказываемся в какой-то комнате этого большого дома. Я не успеваю даже подумать ни о чем. Дэн прижимает меня к стене и целует. Черт, как сладко, пошло, дразняще. С ума сойти можно. И я схожу. Позволяю ему больше, чем стоило бы. Оказываюсь на кровати, Дэн сверху.