Измена. Дорогая, терпи меня

Глава 5

Вика

Мои лопатки сводятся вместе, а руки рефлекторно сжимают ремешок сумки, но вся эта напускная уверенность ничто по сравнению с тем, что я сейчас чувствую.

То, что я ощущаю сейчас, не идет в сравнение с другими чувствами. Обжигающее, поглощающее, оно держит за горло, как удавка, не отпускает даже когда кажется, что отпустило. Вторые сутки я не сплю, который день мои нервы на пределе. Анюта все это чувствует и тоже начинает хныкать каждый раз, когда я больше не могу сдерживать слезы.

Сейчас я намерена расставить все по своим местам и заставить Руслана ответить на мои вопросы.

Сегодня юбилей матери Руслана – Светланы Викторовны. Я знаю это, потому что празднование готовили почти целый год. Самые лучшие декораторы работали над дизайном шатра, знаменитый кондитер подготовил торт, ценой в несколько миллионов, на это торжество были приглашены самые богатые и знаменитые люди нашего города, а само празднование проводилось в загородном поместье, которое принадлежит какому-то важному графу.

Я никогда не понимала, зачем тратить на один фуршет несколько миллионов. Все в этом месте дышало высокомерием, гордыней, властолюбием и грехом.

Все знали, что я никогда не была и не стану частью этого мира, но когда Рус делал мне предложение, я думала, что не позволю этому грязному миру кровавых денег поглотить меня в свою воронку, но я не справилась.

Я одета в соответствии дресс-коду: на мне платье из изумрудного бархата и высокие темные каблуки. Это обычное дешевое платье, которое я наспех купила в первом попавшемся магазине. Меня бы просто не пропустили в поместье без должного внешнего вида, а мне необходимо поговорить с Русланом.

К счастью, Рус не успел вычеркнуть меня из списка гостей и верзилы в темных смокингах без проблем пропускают меня внутрь.

Мои дрожащие пальцы выхватываю у пролетающего мимо официанта бокал шампанского, и я выпиваю почти половину одним глотком. В носу начинает щипать от пузырьков, и я сильно жмурюсь.

Господи, как же я нервничаю.

Ноги сами несут меня к каменной колонне и я, облокотившись на нее спиной, пытаюсь отдышаться. Когда моя жизнь скатилась до такого уровня? Когда я упустила своего мужа и перестала замечать все тревожные звоночки? У нас все было прекрасно: непоколебимая вера друг в друга и любовь, не утратившая свою силу спустя три года брака…

Знакомый женский голос вырывает меня из размышлений.

– Ах, какая прелесть, Маргарита!

Я выглядываю из-за колонны и вижу группу из трех женщин: моя свекровь, ее подруга и дрянь Марго. Светлана Викторовна ахает, когда с блеском в глазах рассматривает браслет из розового золота на запястье Марго.

– А, это… – Марго выпрямляет руку. – Из новой коллекции, папа подарил на день рождение.

Ее тон пренебрежительный и до безумия скучный, как будто она говорит о погоде, а не о браслете за пятьсот тысяч.

– Никому не говори, скажи – поклонник подарил, – с улыбкой отвечает мать Марго, и все женщины начинают смеяться. – Пусть все завидуют.

Мой взгляд скользит по Марго. Она – невероятно красивая девушка, одного взгляда на нее достаточно, чтобы сказать: она голубых кровей. Высокая, статная, породистая. Русые волосы с золотистым отблеском спадают на спину голливудскими волнами, вечернее платье цвета синего индиго подчеркивает ее осиную талию и стройные ноги. Если продать все драгоценности на ее теле, которыми она в данный момент обвешана, словно новогодняя елка, можно спасти всех детей Африки от голодной смерти.

В первые годы нашего брака Рус пытался превратить меня в одну из трофейных жен своих кругов: ювелирные украшения Буччеллати, премиальный отдых на лучших курортах мира, домработница, повар, дворецкий – все это было обыденностью для женщин его семьи. Только вот я хорошо знаю, чем все это заканчивается: мужчины задаривают своих женщин дорогими украшениями и немецкими машинами, чтобы те молчали, когда узнают о наличии любовницы.

Этими деньгами они пытаются закрыть твой рот. Пока ты растишь его детей, ходишь на пилатес по утрам, а вечером встречаешься с подругами на шопинге – твой муж трахает другую женщину.

Для меня, обычной детдомовки, колье за несколько сотен тысяч – настоящая дикость. Именно поэтому я носила обычную одежду, открыла свое собственное ателье и редко посещала светские мероприятия. Безусловно, свое дело мне помог открыть муж, я этого не скрываю, но в первые месяцы единственным сотрудником в нем – была я. Я подняла со дна свой бизнес и Рус не принимал в этом никакого участия.

За это меня невзлюбила моя свекровь, а впоследствии, и все женщины ее кругов.

– Ах, если бы, – вздыхает Марго. – Ой, я видела Олега, а Руслан придет?

Она кокетливо хлопает глазами, словно пару дней назад не прыгала на члене моего мужа. Я с силой сжимаю кулаки, отчего ногти впиваются в кожу ладоней.

– Придет, придет. Обязательно придет, – лепечет моя свекровь. – Сказал, что без Вики.

– Это чудесно, – Марго прячет свою хамоватую улыбку за бокалом шампанского.

– Вы давно с Русланом виделись, Маргариточка?

– Очень давно, Светлана Викторовна. Боюсь, что я даже забыла, как он выглядит.

Какая же лживая сволочь. Я едва сдерживаю желание выйти из-за колонны и испортить ее макияж об кафельный пол.

– Извините, мне нужно отойти, – самым елейным голосом говорит Марго и уходит в сторону дома.

– Конечно, конечно! Я позвоню тебе, как Руслан придет, – вдогонку бросает свекровь.

Как же тошно от этой картины. Светлана Викторовна буквально стелется перед Марго и причиной подобного поведения является то, что мать Марго – лучшая подруга моей свекрови, отец – нефтяной магнат, а Рус и Марго с пятнадцать лет были помолвлены.

– Куда твой Руслан смотрел? Такая партия, – провожая взглядом Марго, говорит ее мать.

– И не говори, это моя головная боль. День свадьбы моего Руслана на этой оборванке Вике – стал днем моих похорон.