Измена. Два осколка

Глава 16

На плите жарится яичница с беконом, на столе уже стоят тосты, масло, джем. Простой, но аппетитный завтрак.

- Не разбудил, - заверяю его. - Спасибо, но ты не обязан...

- Алла, - перебивает он мягко, - мы же договорились. Никто никому ничего не обязан. Просто хочется.

И в этом простом "хочется" столько искренности... Когда в последний раз кто-то делал что-то для меня просто потому, что хотел?

- Кстати, а Полина не нагрянет сюда вдруг? - спрашиваю я осторожно, стараясь, чтобы голос звучал буднично, хотя внутри всё сжимается.

Артем усмехается, отставляя чашку.

- К счастью, она оставила ключи дома в тот день, когда я застал её с твоим мужем. Так что не волнуйся, незваных гостей точно не будет.

Мы завтракаем, обсуждая планы на день. У Артема обычные будни - совещания, допросы, бумажная работа. У меня - возвращение в реальность после эмоционального всплеска.

- В салон сегодня? - спрашивает он, допивая кофе.

- Да, у меня расписание полностью забито. Маникюр, педикюр, три свадебных дизайна ногтей, - я перечисляю, мысленно проверяя список клиентов. - А вечером нужно будет зайти в продуктовый.

- Зачем?

- Продукты кончаются, - пожимаю плечами. - Хочу приготовить что-нибудь вкусное к твоему возвращению.

Артем замирает с чашкой в руках:

- Ты собираешься готовить каждый день?

В его голосе такое изумление, словно я предложила ежедневно печь торты с золотой крошкой.

- А что странного? - удивляюсь я. - Мы же оба едим. И домашняя еда полезнее доставки.

Час спустя мы выходим из дома вместе. Артем подвозит меня до салона и уезжает на службу.

В салоне меня встречает атмосфера напряженного сочувствия. Девочки переглядываются, кто-то тихо шепчется у стойки администратора. Понятно, сарафанное радио в нашем маленьком мирке работает исправно.

- Аллочка, - подходит ко мне Лена, парикмахер, - как дела? Мы волнуемся...

- Нормально, - коротко отвечаю, натягивая рабочий халат. - Все хорошо.

Но Лена не отстает:

- Знаешь, тут вчера звонила какая-то Валентина Петровна. Представилась твоей свекровью...

Я замираю, застегивая пуговицы халата. Ну конечно. Валентина Петровна не могла ограничиться одной встречей.

- И что она хотела? - спрашиваю как можно спокойнее.

- Она... ну как бы это сказать... - Лена мнется, явно не зная, как преподнести новость.

- Говори прямо.

- Она сказала, что ты оставила мужа ради любовника. Что ведешь себя как... ну, в общем, она использовала не очень приличные слова. И требовала, чтобы мы с тобой поговорили, объяснили, что такое поведение недостойно замужней женщины.

По салону пробегает волна заинтересованного молчания. Все делают вид, что заняты своими делами, но я чувствую направленные на меня взгляды.

- Еще что-нибудь? - спрашиваю ровным тоном.

- Она сказала, что если ты не образумишься, то они... то есть она и ее сын... примут меры. Какие меры, не уточнила, но тон был угрожающий.

Внутри все закипает от возмущения, но я сжимаю зубы. Не хватало еще устраивать разборки на работе.

- Лена, - говорю я четко, чтобы слышали все, - если эта женщина еще раз позвонит в салон, скажи ей, что моя личная жизнь никого не касается. А теперь давайте работать, у меня первый клиент через десять минут.

- Но Алла...

- Лена, - повторяю я строже, - работать. Пожалуйста.

Она понимающе кивает и отходит, но атмосфера в салоне остается напряженной. Я чувствую себя как под микроскопом: каждый мой жест, каждое слово анализируют и обсуждают.

Настраиваю рабочее место, проверяю инструменты, готовлю лаки. Механические действия успокаивают, помогают сосредоточиться на предстоящем дне.

Первая клиентка - Марина Петровна, моя постоянная. Пенсионерка, бывший бухгалтер, приходит каждые две недели уже три года. Обычно мы мило болтаем, но сегодня она смотрит на меня с плохо скрываемым любопытством.

- Аллочка, а правда, что у тебя проблемы в семье? - спрашивает она, едва усевшись за стол.

Я аккуратно снимаю с ее ногтей старый лак, стараясь не показать раздражение:

- Марина Петровна, давайте лучше о дизайне поговорим. Французский маникюр, как обычно?

- Конечно, конечно, - кивает она, но продолжает: - Просто я вчера встретила соседку, она знакома с твоей свекровью...

- Французский классический или с цветными кончиками? - перебиваю ее, сосредотачиваясь на работе.

Марина Петровна понимает намек и замолкает, но я чувствую, как она продолжает изучать меня взглядом. Словно ищет на моем лице следы разврата или признаки нравственного падения.

Обрабатываю кутикулу, придаю ногтям форму, полирую. Привычная работа, которую могу делать с закрытыми глазами. Руки работают автоматически, а голова занята своими мыслями.