Измена. Двойное предательство

Глава 9

Рита

– Сами? Я уже вижу, как вы сами без меня разобрались! Как ты мог, Олег? Боже, мне стыдно за тебя! И что? Ты прямо уверен, что это твой ребенок? Кто это сказал?

– Это Олега ребенок, – наконец обрела голос Галя, но вела себя не так, как со мной, понимала, что ей в будущем надо отношения с матерью своего мужа налаживать. – Мы не хотели Риту обижать, я ничего такого не планировала, просто так случилось.

– Ой, Галя, не начинай! – встрял Олег, морщась, будто съел кислое. – Я же сказал, что с Ритой останусь.

– Конечно с Ритой, – подошла ко мне свекровь и обняла за плечи. – Я ее сама для сына выбрала. Познакомила. Всё сделала, чтобы они поженились. Без меня бы их семьи не было, – пафосно рассказывала она свою привычную байку, что набила оскомину за эти года.

Но что поделать? Именно так она и считала, и не переспоришь же.

– Семьи уже нет, Римма Марковна, – произнесла я с мнимым спокойствием, – связь между ними была, они не отрицают, говорят, что есть тест ДНК. Я на развод подаю.

– Я тебе таких тестов сто сделаю, хочешь? Ой, ладно, – притянула она меня к себе ближе, заглядывая в лицо, – гульнул Олежек, бывает, у мужиков как одно место зачешется, так им неймется. Что сразу бросаться громкими словами? Развод! Удумала тоже мне!

Олег закатил глаза к потолку, прижал ладонь ко лбу и заходил с насупленным видом, весь на нервах, Галя сидела как мышь, ожидая развязки, я же стояла рядом со свекровью и ощущала, как еще немного – и не выдержу. Мне и в голову не могло прийти, что свекровь сына оправдывать начнет…

– Как это гульнул? У нас же ребенок, – всё пыталась гнуть свою линию Галя, но уже с гораздо меньшим гонором, чем она демонстрировала мне.

Но без результата. Римма Марковна провела по ней отсутствующим взглядом, как по пустому месту, и посмотрела на меня.

– Ритуль, мне бы хоть горло промочить, заваришь чаю? Олежек, – повернулась она к сыну, – пойди проводи Галину, пусть вещи соберет. Нечего ей в этом доме жить. Прав у нее никаких здесь нет.

Она говорила спокойно, но твердо и монументально, выдавая только факты, а не эмоции. Мне бы ее выдержку.

– Кроме теста, который нужно перепроверить, у нее ничего нет. А пока она чужая женщина с непонятно чьим ребенком в животе, которая проживает на чужой территории. Тебя наняли совсем не для того, чтобы ты лезла в постель к чужому мужу! – припечатала она к месту Галю, силившуюся протестовать.

Свекровь приподняла брови, осмотрев всех нас, будто спрашивая: «У кого-то есть возражения?»

– Римма Марковна, я бы поехала, – тяжело вздохнула я, не желая распивать тут чаи и затягивать агонию, глазами молила ее понять, что мне невозможно здесь находиться.

– Мам, тебе лучше сейчас уехать, мы сами разберемся, – передернул плечами Олег, будто сбрасывая напряжение, – да, Рит? – и глянул на меня, приводя этим в негодование.

Как он посмел объединить нас в «мы»? Когда он уже поймет, что нас не существует?!

Галя тоже заметила наши переглядывания и, видимо, хотела по которому уже кругу завести унылую песню о своем драгоценном ребенке, но Римма Марковна и тут сыграла в предводителя.

– В этом доме хоть кто-то может, наконец, предложить мне чашку чая?! Ей-богу, с утра встала, во рту ни маковой росинки, понеслась сюда сломя голову, Тусси тоже ничего не поела! Рита, я тебя по-человечески прошу, сделай чаю, – наседала она, подгоняя меня и вместе со мной свою любимую питомицу на кухню. – Но только не давай ей колбасы. Впрочем, ты всё и так знаешь, сколько лет друг друга знаем… – намекнула она на мой статус и зыркнула на Галю с намеком.

– Рит, пойдем, я помогу тебе, – подошел ко мне Олег с явным намерением сопроводить на кухню, даже руку протянул, чтобы взять под локоть.

Но я дернулась, хорошо хоть не отпрыгнула, как от заразного, вот смеху бы было. Только развернулась на месте. И пошла на кухню. Не для того, чтобы беспрекословно выполнить просьбу свекрови, а чтобы прийти в себя и самой выпить воды хотя бы.

Острые коготки Тусси процокали по паркету, а потом по плитке кухни.

Возня с собакой и кружками действительно помогла отвлечься. Правда, убивало понимание, что на этой кухне я в последний раз. В самый последний раз беру в руки посуду, которую сама выбирала. Последний раз чувствую себя хозяйкой этого дома. Каждый кусочек этой кухни был выбран мной, одобрен и наполнен жизнью.

Я думала, что это навсегда, что мы с Олегом – навсегда. А он отобрал у меня всё. За что? Почему он так жестоко со мной поступил? Сквозь накатившие на глаза слезы едва видела заварочный чайник, и тут мужская рука легла поверх моей и надавила на крышку.

На этот раз я не выдержала и резко скинула руку мужа, хотела повернуться и устроить ему разнос за то, что посмел меня коснуться, но Олег неожиданно сильно навалился на мою спину сзади, спеленал руками, кладя их на талию и вжимая меня в себя. От ужаса и неожиданности ни одного вдоха сделать не могла.

Просто застыла статуей, зацементировавшись в этом положении.

– Рит, ну прости меня, – заговорил он глухо в район шеи, – я дурак, совсем запутался, но я тебя люблю…

– Любишь?! – зашипела я дикой кошкой, задергавшись в его руках и сбросив их с себя, повернулась и отпихнула его толчком в грудь. – Видела я твою любовь, сидит с пузом до носа в нашей гостиной! Меня от тебя тошнит, слышишь? Только попробуй меня еще тронуть! – затряслась я от омерзения и шока, слезы уже вовсю лились по щекам, изливаясь потоками.

– Я буду тебя трогать! Ты моя жена! – гаркнул он, непримиримо сверкая глазами. – Когда успокоишься, сама поймешь, что Галя ничего не меняет.

– Как ты можешь? – только и проговорила я. Его логика не укладывалась в голове. Мой муж считал незначительной измену и наличие ребенка от другой женщины. – Вы же обманывали меня! – вскрикнула, чувствуя себя при этом глупой и беспомощной.

Как объяснить кому-то его вину, если он не считает себя виноватым?

– Это ради твоего блага было, ничего бы не узнала, и воспитывали бы ребенка вместе.