Измена. Его (не)любимая герцогиня

Глава 1.2

Бекки смотрела на Джонни в упор, но будто его не видела. Слышала слова, но не могла уловить их суть.

— Роберт умирает? — прошептала она.

Джонни кивнул, и его подбородок затрясся. Кажется, мальчишка был готов расплакаться. Бекки подумала, что ей тоже стоит пустить слезу, но на самом деле ей вдруг захотелось смеяться. Она закусила губу, чтобы подавить истерический хохот.

Сколько раз она просила небеса указать ей выход? Освободить из тюрьмы, которой оказался брак? Но она и подумать не могла, что шанс на свободу будет таким жестоким. А если Роб умрёт, она станет свободной, не так ли? Но хотела ли она, чтобы он умирал? Бекки и помыслить не могла об этом.

— А что произошло? — спросила она, заставляя себя выйти из оцепенения.

— Фаэтон, Ваша Светлость. Герцог участвовал в гонке экипажей, и несколько из них столкнулись… Страшное дело. Говорят, виконт Рочфорд погиб на месте.

Фаэтон… Ну конечно. И как она сразу не догадалась? Роберт любил свои фаэтоны больше, чем когда-либо любил её. Если, конечно, он вообще когда-нибудь её любил. Он сказал ей об этом однажды, но последние три года доказали, что это признание было не более, чем наглой ложью.

Что ж. Теперь Роб узнает, как жестока бывает любовь. Она может даже убить.

Бекки подавила ещё один неуместный смешок, приложив для этого немалые усилия. Джонни смотрел на неё умоляющее.

— Ваша Светлость, нужно спешить… Вы же поедете?

Она не знала. Её разум стал пуст, как пещера, а душа наполнилась тьмой, сквозь которую прорывались лучики счастья, которое ждало Ребекку, когда она станет свободной. Она могла бы снова выйти замуж. Могла бы родить детей. О да, она станет счастливой, если только… если только Роберт умрёт.

«Нет, ты не станешь», — пронеслась в голове мысль, которая взялась из ниоткуда и затмила все остальные. Бекки судорожно вздохнула, прикрыв глаза.

Часть её уже понимала, что она не станет ни свободной, ни счастливой со смертью Роберта, ведь как можно обрести счастье после такой трагедии? Каким бы негодяем ни был её муж, он этого не заслуживает. Никто не заслуживает.

— Госпожа, вы поедете? — повторил Джонни. — Герцогу очень плохо, доктор дал ему лауданум, но… — Он прервался, нервно облизнув губы. — В общем, Его Светлость не мог внятно говорить. Но одно мы точно поняли, он постоянно звал вас.

Роберт? Звал её? Бекки всё-таки не сдержалась и звучно усмехнулась. То есть он должен был оказаться при смерти, чтобы наконец-то вспомнить о жене? Она стиснула зубы, ощутив внезапный прилив злости. Может, просто выставить Джонни за порог?

Пусть уедет обратно Хэйвен-холл и прошепчет Робу на ухо: «Герцогиня желает вам отправиться в ад». В тот самый ад, в котором она существовала каждый божий день с тех пор, как застала мужа с Жюли Колетт.

Джонни уедет, а она останется. Закроется в спальне и обхватит свою боль руками, как делала много раз. Она спрячется, пока Роб не испустит дух и его смерть не станет просто ещё одним событием на временной шкале.

Бекки жаждала этих мыслей, хотела стать самой циничной женщиной на свете и отмахнуться от умирающего мужа. Точно так же, как он всё это время отмахивался от неё — живой и вполне здоровой, готовой его любить.

Она не смогла отмахнуться. Потому что какой бы титул она не носила, в глубине души она всё еще была Ребеккой Эстли. А женщины рода Эстли не уклоняются от долга. И долг жены — пусть брошенной, пусть униженной — велел ей оказаться рядом с Робом как можно скорее.

Бекки распахнула глаза и посмотрела на Джонни.

— Мне нужно несколько минут, чтобы переодеться. Потом можем ехать к герцогу.