Измена это Нелюбовь

Капец ты старая!

Примерно шестнадцать лет назад... Июнь. Ночная Москва из окон машины...

Чёрный, блестящий чистотой и лаком, могучий "митсубиси паджеро" нёсся по ночным улицам. В открытое окно машины бил свежий, влажный ветер, принося запахи мокрого асфальта, травы, лета и свободы. Из колонок неслись басы ритмичного, альтернативного рока. Мужественный профиль сидящего за рулём парня заставлял моё тело неметь и томиться от неясных пока желаний.

Я украдкой наблюдала, как Савелий хмурится, как судорожно сжимает кожаный руль. Из-за напряжения вены вздулись и яркими потоками пересекли загорелые крепкие руки от плеч до длинных, слегка узловатых пальцев. Видела, как прыгает кадык, когда он сглатывал от напряжения. Мне безумно, до тремора внутри, хотелось прикоснуться к нему, а лучше, чтобы он ко мне. Тело реагировало на каждое движение. Вот он поправил свои волосы, и фантазия тут же подкинула, как зарывается в мои. Облизнул губы — тепло мучительной, жаркой волной перетекло из груди в живот и упало где-то между ног. Я будто опьянела и с трудом контролировала свои эмоции. От Савелия шарашило мощью, энергией и чем-то витально мужским.

"Это всё новые люди и обстановка вечера, — успокаивала я себя. — А также скакнувший адреналин, после того как парень напугал меня".

Выйдя с дня рождения Егора на улицу, я остановилась, любуясь красотой ночи. Сава подкрался сзади...

— Вот ты и попалась, Любочка, синенькая юбочка, — прошептал мне в ухо и, обхватив за талию, дёрнул на себя.

От неожиданности сердце стукнуло в ушах и рвануло в пятки, дыхание сбилось, и... я заорала. А орала я отлично, семь лет занятий хором в школе, выступлений... Домой брат Егора меня вёз молча, лишь спросив адрес. Врубил музыку на полную, играл желваками от злости и неотрывно глядел в пересечённые огоньками порталы улиц. Воспользовавшись тем, что на меня не смотрят, я наблюдала, изучала, что побоялась делать на вечеринке, а очень хотелось.

Высокие скулы, на которых не было даже намёка на щетину. Побрился, что ли, пока мы фильм смотрели? Аккуратный нос, чётко очерченная линия чувственных губ, уголок которых сейчас он неконтролируемо закусывал. Напряжённая скульптурная крепкая шея. Сейчас он мне казался до невозможности серьёзным и опасным. Внутри раз за разом "прокручивала" его голос, смакуя будоражущую глубину тембра и силу. Когда он говорил — пространство вокруг начинало вибрировать от звука.

Машина тормозила на светофорах, а после резко ускорялась. От этих дёрганий меня начало укачивать.

— Савелий, Вы могли бы вести немного плавнее? Мне нехорошо, редко езжу на машинах.

Парень, будто проснувшись, сурово глянул на меня.

— Вполне можно и на "ты", — хотел ещё что-то добавить, но, промолчав, уставился обратно на дорогу. А мне вдруг нестерпимо захотелось, чтобы он ещё хоть что-то сказал...Но парень упорно молчал.

Дальше вёл аккуратно. Когда подъехали к моему дому, он заглушил мотор. Замер, сосредоточенно что-то обдумывая. Затем, видимо приняв решение, расслабился и всем телом развернулся в мою сторону.

— Приехали. До квартиры проводить?

— Не сто́ит! — противоречивые чувства бушевали внутри.

— Хорошо, я тут подожду, пока поднимешься. Если что — уверен, услышу! — ядовитая усмешка окрасила его губы. — Давай свой номер телефона.

— Зачем?

— Буду названивать тебе, надоедать. Слать неприличные картинки. Может, выслежу пару раз.

Я растерянно уставилась на него. Шутит?

— Да не бойся ты. Дойдёшь до своей крепости — бросишь сообщение, что всё хорошо. Ок?

Поразмышляв пару десятков секунд, номер я всё-таки продиктовала. Он тут же сделал обратный дозвон.

— Запиши меня — "будущий муж". Или, нет! Просто "муж".

— Я попрошу Егора тебе пуговицу подарить, большую такую. Перламутровую.

— Зачем? — опешил Савелий.

— Чтобы ты её на лоб себе пришил и губу застёгивал, — почему он меня постоянно злил своими словами и поступками? Бесил и одновременно ошарашивал, поднимая бурю эмоций: от "пошёл вон" до "о боже, какой мужчина". Знакомы несколько часов, из которых активного общения всего пара минут, а ощущение, что у нас целая история отношений. Но больше всего удивляла реакция тела на него, я начала бояться, что если он будет чуть мягче, то просто не устою. Пока такой опасности нет.

— Дерзишь? Почувствовала себя в безопасности? Это ты зря-я-я… Я ведь могу и вот так, — щёлкнули блокираторы двери, и стёкла поползли вверх, отрезая нас от реальности.

Парень поддался в мою сторону. Свет фонаря бил прямо в бесстыжие глаза, которые, не моргая, уставились в душу. Я отпрянула, лихорадочно соображая, как ответить и что может позволить себе ОН. Да, в конце концов-то, что он мне сделает? Если обидит — брат ему по ушам надаёт. Хоть я Егора знала и недолго, была в нём уверена, плюс Ленка, она меня точно не привела бы туда, где есть хоть малейшая опасность. А так единственная угроза я сама, уж слишком волновал новый знакомый.

Это становилось уже какой-то традицией: безмолвно смотреть друг на друга. Я моргнула, он перевёл взгляд на мои колени и демонстративно острым языком обвёл губы. Чтобы сбить градус, я решила задать сбивающий с толку вопрос.

— Сколько тебе лет, "младший брат"? — придала лицу как можно более ехидное выражение.

— Двадцать, а тебе? — не менее ехидно ответил Сава.

— Двадцать три, салага! — я победно уставилась в наглые тёмные глаза.

По его лицу пробежала тень, потом дуга соболиных бровей поползла вверх.

— Капец ты старая!!!