Измена это Нелюбовь

Проблема нарастает

Наше время. Квартира Ленки.

Телефон заходился мелодией звонка. Я подобралась к нему, очень мед-лен-но. Взяла в руки и... зажала кнопку выключения. Экран мигнул, а через секунду погас. Всё, на сегодня достаточно моего общения с мужем. До сих пор перед внутренним взором его сумеречный взгляд, в носу запах перегара, а на попе кусок кожи, помнящий дикий шлепок.

— Вот и зачем? — подруга посмотрела осуждающе. — Сразу бы всё и выяснила, ну или прикинулась, что просто уехала ко мне погостить. Так сказать, усыпила бдительность.

— Обойдётся, пусть нервничает! — я давно заметила, что Ленка добавляет мне борзости. Позитивно так влияет.

— Резонно. Смотрю, умнеешь на глазах, — она наконец заправила одеяло и, бросив его на кровать, оглядела плоды своих трудов. — Или нет... — произнесла задумчиво. — Завтра позвони Егору.

— Давай вначале поговорю с мужем? С Егором всегда успею связаться, — посмотрела в окно, где за салатово-бежевой японской шторой царствовала ночь. — Всё думаю, думаю... Может, неправильно поняла, что-то не то услышала. Я была невыспавшаяся, на взводе. Ну мало ли...

— Всё-таки не поумнела. Я мыться, — и вышла, не дожидаясь моего ответа.

Утро выдалось ясным. Солнечные зайчики бродили по кухне и, отражаясь от гранёной хрустальной капли, висящей на ручке окна, рассыпались веером по стенам. Я любила Ленкину квартиру. Тут всё было продуманно. Красиво и уютно.

Когда она ушла от мужа, то первое, что сделала, — это разменяла семейную четырёхкомнатную квартиру на две однокомнатных для мужа и сына. А себе нашла двухкомнатную, взяла кредит, чтобы доплатить, но жить комфортно. Ей всегда нравился район рядом с нами.

— Могу предложить сырники. Ты как? — спросила подруга, близоруко щурясь, видимо, ещё не надела линзы.

— О да, дети обожают их.

— Только сметаны нет, но можно послать твоего Костяна в магазин.

Сын с энтузиазмом воспринял идею и, быстро одевшись, убежал. Ксюша в комнате увлечённо покрывала штрихами картинку трёх медведей из взятой с собой раскраски.

— Лен, я боюсь ехать домой.

— Оставайся сколько надо, но имей в виду, проблема будет только нарастать.

— Да понимаю я всё, но как подумаю, что надо стоять рядом, смотреть в глаза и спрашивать...

— Ну тут я тебе ничем не помогу, — с сожалением вздохнула она.

Мы снова бродили по парку, создавали план моей жизни, но было тоскливо. Я никак не могла осознать, что, возможно, жизнь изменилась навсегда, разделившись на "до" и "после". Вечером приняла решение ехать домой одной, а детей оставить у подруги, благо она на фрилансе. Костя, правда, прогуляет школу, но это бывает крайне редко, так что нестрашно. Удивляло, что Савелий не позвонил Ленке. Телефон я так и не включила...

К квартире я натурально подкрадывалась и про себя молилась, чтобы мужа не было дома. Но он дома был. Стараясь как можно тише поворачивать ключ, открыла дверь и тут же столкнулась с Савой в прихожей. Он показался мне огромным. Стоял взъерошенный и злой, широко расставив ноги и подперев руками бока.

— Ты нормальная? Телефон отключила, не предупредила. Где дети?

От его напора почувствовала себя виноватой, но быстро опомнилась.

— У меня к тебе серьёзный разговор!

— Это у меня к тебе серьёзный разговор! — резко перебил Савелий. — Я работаю! Устаю адски! А ты сидишь с детьми у меня на шее! Гуляешь, развлекаешься! То спортклуб у неё, то массаж, то ноготочки, — его голос становился всё громче и громче. — А теперь решила, что можешь исчезать, никого не предупредив? Еду не оставила, в квартире всё разбросано! Дети непонятно где! — и, сорвавшись на крик, закончил. — Страх потеряла? А с ним и совесть?

Я судорожно соображала. Еду оставила, стоит в холодильнике. Ну да, в квартире лёгкий беспорядок. Была не в себе, когда собиралась к Ленке, видимо, что-то не убрала. Но никак не могла понять, разве можно так орать из-за всего этого?

— Сав, ну ты что? Твоя любимая уха в холодильнике и перцы фаршированные. Салат...

— Я, что, должен ещё и разогревать? Ты на что дома сидишь? Совсем обнаглела! — не снижая децибелов, орал муж. — Какого чёрта должен тебя воспитывать? Я женился не для этого!

— А для чего ты женился? — я отступила к двери, мне стало страшно не на шутку. Никогда он не позволял себе такое.

И тут вспомнила, КТО должен быть недоволен. Набрала в лёгкие побольше воздуха.

— Ты мне изменяешь? НЕТ, даже не так. Ты мне изменяешь!!!! — на счастье, голос не дрогнул.

— Смотрите, какая дерзкая, решила стрелки перевести? — произнёс вдруг, резко снизив громкость, отчего стало ещё страшнее. Серо-зелёные глаза метали молнии, брови сошлись на переносице, обозначив чёткие два залома между ними.

— Сава, ты сейчас серьёзно? — сердце люто стучало в груди. Отчётливое "тук-тук" отдавалось по всему организму, било в висок. То ли страх, то ли сильное возбуждение бродили по телу, отчего немели руки и зрение искажалось. — Посмотри в свой телефон, что ты мне отравил позавчера! — от напряжения голос подвёл и в конце сорвался. — Или не ТЫ!

— Ну давай посмотрим. И что там? — угрожающе и одновременно наигранно-удивлённо ответил Савелий, доставая телефон.

Я, предчувствуя ещё одну беду, тоже достала свой. Включила. Открыла мессенджер и.... НИЧЕГО! Последнее сообщение о том, что он после работы заедет к Лёхе. ВСЁ! А, ну ещё стопятьсот пропущенных звонков. От него.