Измена. Игра на вылет

Глава 14.

Я стою посреди коридора, словно вкопанная, и хлопаю глазами, пытаясь осознать происходящее. Мой разум отказывается верить в реальность этой ситуации, где он выгнал меня из дома.

Из моего собственного дома.

Слышу, как идёт возня в замке у соседей и открывается дверь. Именно этот звук выводит меня из оцепенения, которое меня схватило в свои объятья.

— Марта? — раздаётся мягкий голос нашей соседки.

Она приоткрывает свою дверь и смотрит на меня с явным беспокойством. В её глазах нескрываемая тревога.

— Здравствуйте, Галина Андреевна.

— Милая, что-то случилось? — её голос звучит так тепло и участливо — беспокойно, что у меня ком подкатывает к горлу. — Я слышала, у вас там… шум, голоса. Решила выйти и проверить. Всё в порядке? У вас обычно так тихо, а сегодня… Очень шумно…

Соседка замолкает, подбирая слова, чтобы не обидеть меня. Её взгляд в этот момент полон вопросов, на которые она хочет получить ответы.

Женщина в солидном возрасте, я не хочу, чтобы она нервничала, поэтому натягиваю улыбку, но, догадываюсь, выходит плохо.

— Всё нормально. Извините, если мы вас напугали. Мне нужен телефон, дайте, пожалуйста.

Моё тело неожиданно начинает дрожать крупной дрожью.

— Ох, детка… Марта, вы дрожите, — замечает соседка и, не дожидаясь моего согласия, берёт меня за руку, желая затянуть в свою квартиру. — Заходите ко мне, вы ведь в одном домашнем костюме, а на улице всё-таки пока холодно для такой одежды.

Я позволяю ей вести себя в её квартиру. Мои ноги двигаются сами по себе, а мысли продолжают крутиться вокруг одного и того же: он вытолкнул меня из дома и закрыл перед моим носом дверь.

— Проходи. Тебе надо согреться. Надо выпить чая. Ты успокоишься. Будешь чай?

Киваю на автомате. Естественно, никакой чай я пить не буду. Желудок сжат в тугой узел, и даже глоток воды сейчас вызовет тошноту. Какой уж здесь чай?

— Мне нужен телефон, — напоминаю ей.

— Да, да, конечно. Вы поругались? — спрашивает она, усаживая меня на диван и участливо накрывая пледом.

Молча киваю ей в ответ снова.

Отрицать бессмысленно, потому что уверена: наш скандал наверняка слышали все соседи. Она же сама сказала: «обычно у вас тихо…». А сегодня мы кричали так громко, что, казалось, стены дрожали.

Кроме того, я вышвыривала сумки любовницы моего мужа, пыталась вышвырнуть и её, и у меня даже на мгновение удалось это сделать.

Но муж, который, теперь, совершенно точно, бывший не дал мне закончить начатое.

Да, никогда со мной такого не было. Мы приличная семья, оба врачи, с высшим образованием, с безупречной репутацией.

— Где же он, этот телефон! — бегает глазами по комнате и поднимает то одну подушку на диване, то другую. — Склероз! — пытается шутить. — Ну ничего, помиритесь, — говорит Галина Андреевна, пытаясь утешить меня, и её голос звучит так, будто она уверена, что это просто нелепая семейная ссора. — Все ссорятся, все мирятся. Мужики, милая, существа такие… глупые, импульсивные часто, обидчивые. Натворят дел, потом каются. Мой вот такой был один в один! Твой тоже, думаю, скоро одумается. Я же вас пять лет знаю, вы никогда не конфликтовали. Вроде же нормальный был мужик.

Она делает паузу, словно вспоминая, а мне хочется, чтобы она уже наконец-то замолчала и дала мне этот долбанный телефон.

— Здоровался со всеми, улыбался. Помню, у меня замок заклинило, так он мне открыть помог. Такой дружелюбный… — Неожиданно замолкает, смотрит на меня пристально, а затем осторожно добавляет, присаживаясь рядом:

— А кто там ещё кричал возле вашей квартиры?

Догадываюсь, стояла за дверью, слушала, смотрела в глазок, но не решилась выйти раньше.

— Любовница его.

Соседка не может скрыть своего удивления. В глазах написано возмущение, негодование, шок.

— Погоди, я тебе валерьянки налью, станет легче! — она резко встаёт и торопливо идёт к кухонному шкафчику. — И тебе бы поспать, ты так выглядишь… плохо… Прости, конечно, что я тебе это говорю, но твоё бледное лицо и белые губы меня беспокоят.

— Всё хорошо, не волнуйтесь за меня. Галина Андреевна, так что там с телефоном? Нужно вызывать полицию. Нужно взломать дверь, потребовать, чтобы эту... эту девку выкинули из моего дома.

С того момента, как мы живём в этом доме, мы с соседкой общаемся довольно тепло. Она добрая женщина в возрасте, которая не раз останавливала меня в подъезде на пять минут поболтать, а я никогда не отказывала.

Между нами всегда царило взаимное уважение: она приносила мне пироги, а я помогала ей разбираться в медицинских назначениях для её родственников.

Она добрая, отзывчивая женщина в возрасте, и я начинаю догадываться, почему она не хочет давать мне телефон. Ждёт, чтобы я остыла.

Соседка смотрит на меня с нескрываемым сомнением. Она явно не уверена в моём плане. Понимаю, такие как она никогда не решились бы на такое.

— Думаешь, нужно так делать? Всё прямо так кардинально? — осторожно спрашивает она. — Может, постучать, или позвонить ему на телефон, и ты попробуешь с ним договориться?

— О чём?

— Не знаю. Ну, чтобы… чтобы… — ищет слова, — вдруг это всё на эмоциях? Ну, в жизни всякое бывает... Может, он просто совершил ошибку.

— Это теперь неважно.

— Марта, он же мужчина. Он скорее всего уступит тебе, если ты попробуешь его попросить, поговорить ласково. Ну не монстр же он! Наверняка тоже остынет, послушает тебя и уйдёт к ней. Он, случаем, не пьян?

— Нет, — резко прерываю её.

Мне совершенно не хочется слушать всё то, что она мне пытается сказать. У меня своя точка зрения, и убеждать ни в чём меня не надо.

— Никого я ни в чём уговаривать и убеждать не буду. Он не пьян и не уступит. К ней он жить не уйдёт. Пожалуйста, дайте телефон, у меня своего нет. Если вы не хотите, значит, я пойду искать в другом месте.

Встаю, скидываю с себя плед и иду к выходу.