Измена. Игра в любовь

Глава 10 Есения

Судьба – это довольно ироничный сегмент нашей жизни. Порой она бывает с юмором. Но юмор не всегда смешной.

Что в наших силах, когда судьба тебя испытывает, а испытывает иной раз жёстко? Все думают, что они делают правильные поступки на пике эмоций, изменяя свою судьбу. Готова ли я совершить насилие над своей личной жизнью, для благополучия и устоя в дальнейшей судьбе? А не буду ли я потом жалеть, что поступила неправильно и мучиться в собственных муках, раскаиваться. Жертвовать настоящим ради будущего, считаю, неразумным.

Вытираю слезы со щек, держа в руках тест, который показывает положительный результат.

Сейчас я в шоковом состоянии, чтобы, что-то соображать. Мне нужно время и осознание того, что произошло пять минут назад.

Первое, что пришло в голову, сообщить об этом Игорю. Он также несёт ответственность и думать только нам двоим.

Эта ноша касается только нас. И не имею права скрывать от него незапланированное обстоятельство.

Беру телефон, решая поступить так, как считаю нужным.

«Игорь, нам нужно поговорить, и это срочно!»

Сообщение остается непрочитанным. Долго слежу за статусом, но так и не происходит изменений. Откладываю его в сторону, умываюсь прохладной водой и выхожу из ванной. Из-за работы проверить тест пришлось только вечером, когда с Димой оказались дома. Целый день прошел, как на иголках. Не терпелось проверить свою догадку.

И я ее проверила.

Что ж. Ещё одно испытание на мою голову. Пройду ли я?

— Где же наше не пропадало, – шепчу себе под нос, приподнимая свой боевой дух.

Не спеша готовлю ужин. Дима смотрит мультики. А я мыслями летаю в другом измерении, думая, что будет в будущем.

Единственное, что стоит сделать правильным в ближайшие дни, это сходить к гинекологу. Что я и сделала сегодня, записавшись на приём

Меня отвлекает звонок телефона. Поднимаю со стола. На дисплее высвечивается имя «Любимый муж», иронично усмехаюсь и отвечаю на звонок.

— Сеня, что-то случилось? – или мне показалось, или правда так, но в его голосе звучит тревога.

— Привет! Да, кое-что случилось. И нам надо поговорить. Но, это не телефонный разговор, – сама вся дрожу, потому что, это первый звонок после ухода Игоря. И я не хочу выглядеть в его глазах, которая пытается вернуть мужа, умоляя поговорить с ней.

— Если насчет развода, то это остаётся без изменений, – жёстко отвечает.

А я сдерживаю порыв закричать в трубку, потому что он ведет себя эгоистично. Не всё крутится вокруг него.

— Не льсти себе, – упрекаю, зло ухмыльнувшись, – дело совершенно в другом.

— Хорошо. Когда и где будем разговаривать? – устало вздыхает. А меня это царапает самым неприятным способом.

— На завтра я отпросилась от работы. Освобожусь ближе к обеду, буду ждать тебя дома, – стараюсь держать нейтральный разговор, хоть мне это дается с трудом.

— Ладно. Договорились. Завтра подъеду в обед. Как Дима? – уже мягче, спрашивает о сыне. Это даже выбивает меня из равновесия.

— Нормально. Не болеет. Скучает по тебе, – сжимаю губы, чтобы не издать всхлип, от подступающих слез.

Игорь вздыхает в трубку и не решается ответить.

— На выходные хочу его свозить в развлекательный центр для детей. Отпустишь со мной? – спокойно спрашивает.

В голове сразу вспоминается картина, как он и его любовница держат за руку девочку. В груди так щемит, что становится больно, представляя, моего сына с ними.

— Ты один будешь? – осторожно спрашиваю, а сама боюсь услышать ответ.

— А даже если не один. Это меняет суть?

Мой внутренний голос кричит и хочется выкрикнуть ему в трубку: «Да, меняет!».

— Игорь, не надо из себя строить, что это норма. Я против, чтобы он виделся с твоей… новой семьёй, – во время себя останавливаю, чтобы не обозвать эту блондинку матерным словом.

Приходится щипать себя за руку, чтобы заглушить душевную боль, которая с неимоверной силой хочет выйти наружу и высказать ему всё, что думаю о нем.

— Ладно. Не буду объяснять. Поговорим об этом завтра. Пока.

Скидывает звонок, отрезая наш разговор. Начинает трясти от того, чего именно он надумал. Я против, чтобы Дима проводил время с его любовницей. Это вообще неправильно. И если он скажет, что так и будет, как я думаю, то мне придётся запретить.

***

Уже утром отвожу сына в детский сад. Сама еду в платную клинику, где срочно сделают УЗИ.

Захожу в кабинет, меня встречает полнейшая стерильность: белые стены, белая мебель, и женщина в белом халате, лет сорока пяти.

— Здравствуйте! Я по записи, – осторожно захожу в кабинет.

— Здравствуйте! Присаживайтесь, – женщина указывает на свободный стул. — Так, вы у нас Савельева Есения Борисовна? – смотрит в монитор компьютера, сверяя данные.

— Да, верно.

— Трансабдоминальное и трансвагинальное УЗИ. Ну, что ж, раздевайтесь и располагайтесь на кушетку.

Расположившись на кушетке, врач выдавливает на живот холодный гель и начинает водить датчиком. Другой рукой нажимает на кнопки аппарата, вводя данные.

— Когда последний день менструации?

— Третьего марта.

После моих слов, она продолжает водить датчиком, при этом печатая на аппарате.

— В полости матки визуализируется плодное яйцо, в сроке пять-шесть недель…

В трансе выхожу из клиники, читая заключение УЗИ. В заключении прикреплен черно-белый снимок, еще совсем крошечного ребенка. В груди зарождается приятное тепло, но в то же время неприятное послевкусие.

Убираю в сумку бумаги и направляюсь на автобусную остановку.

Теперь передо мной стоит задача, рассказать об этом Игорю.