Измена или Ошибка прошлого

Глава 4

Воспитательница проследила за моим взглядом и взмахнула руками.

— А вот и Есения, ее и надо к стоматологу!

— Никуда меня не надо, мне и так хорошо.

Перед глазами пронеслись воспоминания, как Витя противился в прошлый раз, прежде чем я всё-таки уговорила его вылечить зуб. Боится стоматологов, как огня. Будь его воля, он бы все махинации с челюстью под общим наркозом проходил бы.

Похожа на него. Только это вызвало не умиление, а ненависть.

— Есеня, у тебя зуб мудрости скоро все остальные подвинет, будешь ходить кривая!

Подростки сзади заржали в полный голос. Настоящий цирк. Я закатила глаза, в последний момент заметила, что девушка сделала то же самое и прошла к буфету, выбирать еду.

— А у вас малыши есть? А то я пеленок и игрушек привезла, а тут маленьких и нет.

— Есть, они в другом секторе, пять деток. С ними няни сидят, а мы с этими сидим.

Я услышала, как сзади кто-то громко ругается.

— Опять капуста? У нас когда-нибудь будет мясо? Я не буду это есть, на это даже мухи не садятся! — Есения отмахнулась от надоедливого насекомого с полным брезгливости лицом.

Я вспомнила о продуктах из багажника, которые заботливая Галина Петровна несла с собой.

— А я как раз вам всем привезла поесть, здесь сосиски хорошие, картошка для пюре, овощи, консерв немного.

— Что ж вы молчали!

Парни встали из-за столика и кинулись к моим пакетам, а я смотрела на эту девушку. Она даже не повернулась в мою сторону, не то, что спасибо сказать.

Галина Петровна подсуетилась и крикнула поварихе:

— Точно, а то я заговорилась. Сделаешь быстренько детям пюре и сваришь сосиски?

Немолодая женщина за буфетом горделиво приподняла голову и заговорила манерно:

— Вообще, моя смена уже кончилась, но если вы так просите…

— Любовь Геннадьевна, вы сегодня такая красивая!

— Да, вы только посмотрите на ее карие глаза! Озера!

— А нос, ее точеный нос!

Повариха весело рассмеялась.

— Так и быть, так и быть.

В этот момент сюда зашла та синеволосая девочка. Не разбуваясь, она зашла, прилепив на скамейку жвачку.

— Что за шум и без меня?

— Кондратьева, ты на запах сосисок прибежала?

Видимо, шутка была в сторону ее полноты. Та молча проигнорировала парня и села за отдельный столик.

Мне было некомфортно здесь. Всё отдавало тем, о чем я хочу забыть, как о страшном сне. И до сегодняшнего дня мне это вполне удавалось. Надо еще раз купить тете Ане цветы, поблагодарить, что забрала меня из подобного кошмара.

Есения села за стол к Кондратьевой, зашептала что-то на ухо, смотря на меня. Мне пришло уведомление на телефон. От Вити. Опомнился, наконец.

Открыла переписку.

«Ты где?»

«В детском доме. Смотрю на твою дочь.»

«А если серьезно?»

Я заблокировала экран и убрала телефон в карман.

— Мне уже пора. Я засиделась.

— Ну вот… Все так приходят на один раз и сбегают. Может приедете к нам еще, а?

Очень надеюсь, что нет. Рассчитываю на это всеми фибрами души. Мне хватило впечатлений.

— Обязательно, если будет время.

— Лучше не возвращайтесь.

Я похолодела. Это был тот самый голос. Ее голос. Женственный и в то же время хриплый, грубоватый.

Она смеет говорить мне такое? Я изменилась в лице и сжала пальцами столешницу, сдерживая себя. Прикусила нижнюю губу до боли, чтобы не наговорить лишнего, но не могла. Слова сами лились.

— Есения, поверь мне, не вернусь. Очень мне сдались неблагополучные дети, похожие на обезьян из джунглей. Такие же бестактные, невоспитанные и — я сглотнула — без будущего. Удачи вам всем.

Я молча встала из-за стола и вышла, не смотря ни на кого. Уйти бы побыстрее. Утром – муж, вечером – эта. Еще раз – вся в папашу. Аж тошно.

— А че она такая психованная?

— Не знаю. Я имела в виду, что у нас грязно и воняет, не хотела обидеть.

Я слышала ее голос уже совсем тихо, на выходе. Черта с два я ей поверю. Она изначально смотрела на меня исподлобья, неблагодарная. Странно, что Галина Петровна ничего мне не сказала. Думаю, я больше не желанный гость в этом месте.

Ну и пожалуйста. Ну и слава богу. Когда я открывала дверь машины, то услышала, как за мной кто-то бежит. Даже оборачиваться не буду, какая к черту разница.

В последний момент я ощутила прикосновение девичьих тонких пальцев к плечу. Надеюсь, это та странная Кондратьева.

Оборачиваюсь. Вблизи она еще больше напоминает его. И то, как она, запыхавшись, часто вдыхает воздух, тоже.

— Вы телефон обронили — видимо, он выпал из кармана, когда я уходила. — Вы это.. меня извините. Я не хотела — она протягивает телефон мне, а на экране высвечивается уведомление. Сообщение от мужа. Он подписан как «Любимый», но на фотографии контакта его лицо – как он обнимает нашего сына, Арсения. В этот момент я проклинаю себя, надо было оставить кота.