Измена или Ошибка прошлого

Глава 5

Пока я ехала к дому, солнце разыгралось вовсю. Черная машина раскалилась, так что, помимо того, что мне было тошно морально, добавился и физический дискомфорт. Кондиционеры слабо спасали ситуацию.

Я все поглядывала на бардачок, где лежал сейчас мой разбитый телефон. И почему Витя решил написать именно в тот момент, когда телефон был у его дочери в руках?! Даже здесь напортачил.

Я припарковалась у ларька и останавливала себя, чтобы не выйти и не купить эти чертовы сигареты. Три года как бросила – и вот, вредная привычка вновь дала о себе знать – горло саднило. Психосоматика, наверное.

Взяла себя в руки и завела машину – не достоин этот козел срыва на никотин.

И как я расскажу Арсению, когда он начнет задавать вопросы? Почему папа спит на диване в гостиной, почему вы не общаетесь?

Пусть Витя разбирается. Сам заварил кашу – пусть теперь расхлебывает.

Телефон вибрирует – я это слышу. Значит, сломан только экран.

Открываю квартиру своим ключом и сразу смотрю на обувь. Тапок нет – значит ,Виктор уже дома. Я хотела было уйти обратно, но он вышел ко мне. Весь всклокоченный, в джинсах и футболке. Редко вижу его таким. В руке держит планшет и переписывается с кем-то.

— Нина, где ты была?

Придаю себе равнодушный вид и вешаю ключи в ключницу, достаю телефон из сумки.

— Полюбуйся.

Бросаю телефон на пол, к его ногам. Не думаю об осколках, которые могут разлететься – вообще ни о чем не думаю.

— Что с ним? — он с удивлением смотрит на мрамор, на котором лежит теперь айфон. Еще бы, все двадцать с лишним лет брака я была покорной женой, не скандалила по пустякам, была ласковой и заботливой. Муж давал мне всё – безопасность финансовую, физическую и эмоциональную.

Сложно два десятка лет быть за каменной стеной, а потом оказаться облитой помоями. Униженной. Пока только лично – но скоро и публично. Не сможет же он это скрывать. В голове снова образ Есении – такой закрытый ежик с охапкой светлых волос. Только вот больно мне надо пробираться к ней через колючки – я ее видеть не хочу.

— Твоя доченька сделала, полюбуйся.

Виктор нахмурил брови и сжал кулаки. Давай, позлись. Я и не так умею.

— Ты реально туда ездила? Это же полный бред. Ты веришь, что я нагулял ребенка на стороне? Признаю, я перепихнулся один раз, когда был в командировке. Но я потрудился скрыть это – об этом никто не знал.

Сглатываю в горле комок и перебиваю его:

— Может тебе еще медаль вручить? Что ты так отлично всё скрыл? Что же ты презервативы надевать не научился.

— Послушай, я… Виноват. Облажался.

— С этим никто и не спорит.

— Но ведь… Это было пятнадцать лет назад. С тех пор много воды утекло. И мы с тобой прошли через многое.

На меня снова накатило – хотелось обнять себя за голову и кричать. Но я не унижусь перед ним. Проходила мимо – в спальню, но он схватил меня за руку, притянул к себе.

— Оставь меня в покое — оттолкнула его с такой силой, что он, расслабленный, чуть не упал. Почувствовала, что в правом глазу от напряжения лопнули капилляры – нужно срочно закапать капли. — Не смей трогать меня после такого. Иначе я за себя не отвечаю.

— Ну любимая, я… Хотя бы расскажи мне о ней.

— Рассказать тебе о ней? А может ты потрудишься сесть в машину и приехать туда? У тебя с ней одно лицо, и характер скверный – точно в тебя пошла. Такая же…

Беру себя в руки. Умом я понимаю, что девочка ни в чем не виновата, но сердцем ненавижу.

— Видишь, до чего ты меня доводишь? Еще одно слово – и я расскажу всё Арсению, чтобы он знал всё о своем папаше. Уяснил?

Естественно, я блефовала. То, что происходит между нами – одно, а сыно-отцовские отношения – совсем другое. Так или иначе, Арсений сам узнает и примет решение. Одно я знаю точно – узнает он не от меня.

Виктор промолчал, но я видела, как он зол. Видела и ликовала. У мужчин всегда всё просто. Подумаешь – изменил. А если бы это я изменила ему? Подошла и сказала бы – Сеня не твой. Подумаешь, перепихнулась пятнадцать лет назад. С кем не бывает. Только вот женщина в такой ситуации автоматически приобрела бы статус шлюхи. Зато он – герой. Еще и хвалится, скрывал мол, чтобы не ранить! Аж тошно.

Зашла в спальню и прикрыла за собой дверь. А потом еще закрыла на замок, для надежности. Помыла в ванной руки и сбросила с себя одежду, легла на кровать. Она была огромной – здесь мы любили нежиться вдвоем, обнявшись и перебирая друг другу волосы. А сейчас я выглядела в ней одиноким и никому ненужным котенком, затерявшимся в перине. Слишком много всего навалилось. Впору позвонить тете Ане – женщине, забравшей меня из детского дома после смерти родителей, но говорить не хочется ни с кем.

Вспомнила, что у меня теперь нет телефона. Позвоню я, конечно. Уже со всеми переобщалась.

В попытках заглушить боль включила телевизор. Какое-то очередное шоу похожее на званый ужин. Женщины ходят друг другу в гости и угощают. Показывают своих мужей, детей. Интересно, скольким из них мужья наставили рога? Выключила.