Измена. Исцели меня любовью

Глава 5

Прошло две недели.

Я уже вовсю учусь на курсах, с энтузиазмом внедряя полученные знания на практике.

Теперь, замечая что-то интересное, сочетающее в себе уникальный смысл и эмоцию, я хватаюсь за камеру своего новенького телефона.

Лента моего личного блога изменилась — превратилась в пространство, где царствует эстетика с изюминкой.

Порой это совсем маленькая изюминка, порой в кадре присутствует всего лишь намёк на изюминку, но именно этот неуловимый акцент захватывает внимание, притягивая взгляды аудитории!

Я чувствую, что очень быстро расту как креатор визуального контента. Кураторы меня хвалят, а коллеги-студенты по курсу пишут восторженные, а иногда и завистливые комментарии к моим работам.

В общем, жизнь, что называется, заиграла новыми красками.

Омрачает мою радость только одно — сообщение, отправленное Владу, так и висит не прочитанным.

Каждое утро, проснувшись, я сразу проверяю мессенджер. Залезаю туда по несколько раз в день и обязательно перед сном.

Где он? Что с ним? И ведь никак не узнать, что случилось. Не Капновскую же спрашивать, куда подевался её клиент?

В какой-то момент я даже начинаю думать, что Влад облагодетельствовал меня и сменил номер, чтобы больше никак не пересекаться, но в следующую пятницу мне приносят очередной роскошный букет.

На этот раз среди крупных кремовых и ярко-розовых бутонов, как капли крови, встречаются нераспустившиеся шапочки алых роз.

Новый букет вызывает слёзы.

И не просто слёзы.

Я плачу навзрыд, с судорожными всхлипываниями и подвываниями, как ребёнок, который потерялся в толпе чужих дяденек и тётенек — настолько мне хочется увидеть ЕГО.

Того, кто отправил эти цветы.

До боли хочется.

А сегодня снова пятница, и с утра, проверив мессенджер, я загадываю: если принесут ещё один букет, я обязательно встречусь с Владом.

Собираюсь и иду на занятия, потому что всё никак не решусь бросить учёбу в университете. Зачем, спрашивается, туда ходить, если заранее жаль времени, которое можно потратить на что-то более важное и ценное?

Не знаю…

Последнюю пару еле высиживаю. А когда выхожу из аудитории, меня кто-то хватает за руку.

Алексей.

— Лесь, надо поговорить.

Ещё и с амбре.

— Нам не о чем говорить, пропусти.

— Неправда. У нас были нормальные отношения, а ты взяла и сбежала.

Нормальные? Я офигеваю от его наглости.

— Если ты забыл, напомню. Я не сбежала, а ушла после твоей измены.

Вырвав руку, спешу к выходу, но бывший не отстаёт.

— Лесь, ну подожди. Да, я изменил, признаю, что я сволочь. Ты это хотела услышать? Ну постой, пожалуйста.

На этот раз он хватает меня за талию.

— Ты… Знаешь, ты забрала не все вещи, и если больше не хочешь быть со мной, если и правда… бросила меня… хотя бы имей совесть, забери всё своё. Чтобы мне ничего не напоминало о наших отношениях.

Смотрю на него в растерянности. В тот день я убегала с такой скоростью, может быть, что-то и оставила впопыхах.

— Хорошо, но не сейчас, ты выпил.

— Нет-нет! Нет-нет-нет! Я больше не хочу возвращаться туда, где что-то осталось от тебя. Это слишком мучительно. Поехали сейчас. Не бойся, я не буду садиться за руль. Вызову такси.

Алексей всегда ходил с таким видом, словно весь мир существует для его удовольствия, поэтому сейчас своим неожиданным откровением он меня обезоруживает.

— Ладно.

В такси едем молча.

А когда заходим в квартиру, бывший закрывает входную дверь на ключ и разворачивается ко мне. Его глаза лихорадочно блестят.

— Вот, держи, — протягивает ладонь, на которой я вижу подаренные им золотую цепочку и браслет.

То есть всё это время они были в его кармане?

— Так ты об этих вещах говорил? Я их специально оставила. Открой, пожалуйста, дверь, я пойду.

— Нет, не открою.

— Что?

— Давай поговорим.

Да чего он ко мне прицепился-то?

— Все эти дни я мучился без тебя. Я больше не могу, Лесь, — устало говорит Алексей, — Возвращайся ко мне.

— Я уже сказала — нет! Выпусти.

— Я не хотел изменять, пойми. Я люблю тебя. Но ты вся такая, б… воздушная! Иногда мне кажется, что ты вообще не от мира сего. Ты и в постели как будто не со мной, а где-то ещё. Лежишь, б…, как чужая! Даже не стонешь.

Так с чего стонать-то, если в тебя без всяких прелюдий резиновой дубинкой тыкают?

— А они… они горячие. Они всегда сразу со мной.

Кобель, блин.

— Вот и живи с ними, а меня выпусти уже!

— Я тебя хочу, слышишь! Они мне нужны, чтобы отрываться, но этого мало! Идём!

Алексей хватает меня за рукав и тащит на кухню, в которой царит холостяцкий хаос.

— Вот, — разливает по рюмкам дорогой коньяк и сразу опрокидывает свою, — Пей!

— Ни за что, — отрезаю ледяным тоном.

— Ладно, — выпивает и вторую, достаёт из пустого холодильника кусок сыра и садится за стол.

Глаза злые.

— Я смотрю, ты ещё и фоточки свои выкладывать начала, — говорит, вгрызаясь зубами в закуску, — Ищешь принца на белом мерседесе?

Скорее, на чёрном.

Только у Влада другая марка машины. И я его вовсе не искала…

— Алексей, выпусти меня, пожалуйста.

— Нет! Я сейчас поем, и пойдём в постель.

Я отшатываюсь от него, с ужасом вглядываясь в знакомые черты.

— Ты сошёл с ума?

— Видишь, чем приходится питаться, пока ты где-то шляешься? — не отвечая на вопрос, говорит Алексей, выпивая одну за другой ещё две рюмки, — Взяла бы, да приготовила что-нибудь своё, фирменное, а? Я ведь не только по тебе, я и по твоим кулинарным шедеврам соскучился.

Я молчу.

— Не хочешь, значит, — делает правильный вывод, — Ладно!

Хлопает себя по коленям и встаёт.

— Идём.

Хочется впасть в истерику, но истерика его скорее, раззадорит…

Драться с ним? Бессмысленно. Я точно проиграю, ещё и покалечит.

Иду.

— Молодец, люблю, когда ты послушная.