Измена. Исцели меня любовью

Глава 9

Влад

Я никогда не смотрел мелодрамы и не понимал, почему их смотрят другие.

Слишком всё недостоверно. Слишком надуманно и слащаво.

Он любит её, она любит его.

Вся его жизнь фокусируется на ней.

Вздор!

Вздор…

Мелодрамы успешны, потому что, порой, в реальности всё происходит именно так.

Недостоверно. Молниеносно.

С нарушением всех законов логики, наперекор здравому смыслу…

Длительная терапия, ради которой я на месяц отказался от связи с миром, не дала ожидаемого эффекта. Всё плохо, но лечащий врач посчитал, что нужно сделать перерыв.

Всё плохо, но я впервые не думаю об этом.

Привычно делаю вид, будто всё в порядке, а думаю о ней.

Каждый день вспоминаю нашу встречу.

Рыжеватые локоны. Манящие зелёные глаза.

Ничего из себя не изображает и не кокетничает. Кусает пухлые губы, но безотчётно, не пытаясь соблазнить…

Абсолютно неиспорченная девочка. Чистая. Подобна капле росы на розовом бутоне.

Как она решилась подойти?

Почему именно ко мне?

Почему именно в тот момент, когда я собирался плюнуть на всё и прожить, сколько осталось, на полную катушку?

Давай, Влад, давай. Ещё влюбись.

Впрочем, кого я обманываю? Уже влюбился.

Вздор?

Олеся

Я так волнуюсь, что почти не сплю.

Каждый час подскакиваю, чтобы посмотреть на часы.

Уже шесть, и, наконец-то, скоро наступит рассвет.

После вчерашнего приступа у меня не было сил, но сегодня я схожу в салон красоты и в какой-нибудь дорогой магазин одежды — куплю платье.

Хочу быть красивой! Всё-таки первое свидание…

Снова и снова думаю, бывает ли вообще такое — увидеть мужчину один раз и влюбиться без памяти? Или просто я сумасшедшая?

Как наяву, вижу его сильные, невероятно красивые руки. Длинные пальцы с ногтями идеальной формы. Янтарные глаза и чётко очерченные губы над волевым подбородком.

Представляю его руки на своём теле и чувствую, как к щекам приливает румянец, а внизу живота становится мокро и жарко. От одной мысли! Такое со мной впервые…

Подскакиваю и лечу в душ.

Вместо того чтобы мечтать, лучше заняться делом. Может, отвлекусь. Мне нужно отобрать и обработать самые удачные кадры из вчерашней фотосессии.

Всё утро пью травяной чай с ореховым печеньем и работаю.

Невольно сравниваю Сергея Валентиновича с Владом.

Они немного похожи — от обоих веет силой. Обоим присуща привлекательность хищника. И властность.

Чтобы заглушить мысли про Влада, я работаю с огромной скоростью, и к часу дня заканчиваю. Отправляю результат своих стараний клиенту и иду по магазинам.

Поиски платья становятся адом, но мне удаётся найти подходящее: стильное, светлое и не очень лёгкое. Сегодня тепло, но не стоит забывать, что март — один из самых коварных месяцев.

Прямо с покупкой иду в салон красоты.

Сначала меня уговаривают сделать какие-то масочки. Потом рекламируют все услуги: от уколов красоты до филлеров.

— Конечно, сейчас у вас всё хорошо, но пройдёт несколько лет — и надо будет позаботиться о том, чтобы сохранить молодость, — говорит ещё вполне молодая, но уже обколотая вдоль и поперёк администраторша, — В нашем салоне только качественные материалы и самые высококвалифицированные косметологи.

Я улыбаюсь, согласно киваю, а сама поражаюсь, как можно добровольно подвергать своё тело этим ужасным пыткам…

Наконец, меня передают из рук в руки местным профессионалам.

Девушка, которая занимается макияжем, с завистью посматривает на пакет с логотипом известного бренда.

Вторая, колдуя над маникюром (я попросила сделать короткие ногти и покрыть прозрачным лаком), пытается вызвать меня на разговор, но из-за моих односложных ответов беседа быстро угасает.

Я впервые пользуюсь услугами мастеров, и мне некомфортно…

Вернувшись домой, надеваю купленное платье и придирчиво рассматриваю себя в зеркало.

Нет. Не то.

Почему-то в салоне красоты мне показалось, будто получилось неплохо, а сейчас я вижу, что девушка-визажистка сделала из меня женщину-вамп.

Смелую, яркую. Этакую охотницу на мужчин.

Но это совсем не я… Я не хочу быть такой. Хотя она, та женщина в зеркале, безумно красива. То-то пока я шла домой, чуть ли не все встречные мужчины пялились. Пялились, но ни один не подошёл.

Чуть не плачу от досады, потому что начала сомневаться и в платье. В нём нет ничего «такого», но оно создаёт недвусмысленное ощущение, будто я хочу понравиться.

Я и правда хочу!

Но не буду показывать этого столь явно.

Иду в ванную и подчистую смываю боевой раскрас.

Хорошо хоть укладку не стала делать. Перемывать голову некогда — скоро шесть. Влад обещал сообщить, когда подъедет к дому.

Какое счастье, что ни одно из окон квартиры не выходит на сторону подъезда, а то бегала бы, проверяла каждую минуту…

Чуть подкрашиваю ресницы.

Волосы оставляю, как есть — распущенные локоны блестят и смотрятся красиво.

Надеваю любимую удлинённую тунику цвета экрю с разрезами по бокам, легинсы и этнический кулон в качестве украшения.

Так лучше. Это я. Пусть не такая красивая, зато настоящая.

Звякает уведомление.

«Олеся, я подъехал».

Мама…

Напяливаю кожаную куртку и кеды.

Сумочку не забыть. Телефон.

Вдох. Выдох.

Сердце колотится так, что я опасаюсь за целостность грудной клетки.

Спускаюсь по лестнице, чтобы хоть немного прийти в себя, но не выходит. Правду говорят — перед смертью не надышишься.

Перед встречей с мужчиной, которого ждала тридцать три дня, тоже.

Выйдя из подъезда, я сразу замечаю знакомый чёрный внедорожник.

Иду к нему, ощущая, как сердце выпрыгивает из горла.

Со стороны водительского сиденья открывается дверь, и я вижу Влада.

Он такой же, как и в тот вечер, четырнадцатого февраля — серьёзный, строгий, уверенный в себе.