Измена. Излечи мою душу

Глава 1

Лиссабон встречал её солнцем, которое даже в шесть вечера не желало уступать небо прохладе. Снежана стояла у огромного панорамного окна конференц-зала на двадцать втором этаже делового центра, и город растекался под ней бесконечной мозаикой черепичных крыш, изогнутых улиц и далёкой синевы Тежу.

Она чувствовала этот момент. Всей кожей, каждой клеткой. Тот самый момент, когда ты сделала всё, что должна была сделать, и сделала это чёртовски хорошо.

— Снежана Сергеевна, потрясающе! — к ней подошёл португальский партнёр, седовласый Жуан, чей английский пестрел очаровательными ошибками. — Я работаю в этой сфере двадцать лет, но вашу презентацию запомню надолго.

— Спасибо, Жуан. Это командная работа.

Она улыбнулась той самой улыбкой — уверенной, но не высокомерной, открытой, но не наивной. Этой улыбке она научилась за пять лет в международном отделе крупной строительной корпорации. Улыбка говорила: «Я здесь, чтобы выигрывать, но я не буду переступать через вас, если вы не вынудите».

Конференц-зал постепенно пустел. Кто-то из участников переговоров уже ушёл праздновать успешное подписание контракта, кто-то остался обменяться визитками и дежурными любезностями. Снежана чувствовала лёгкую пульсацию в висках — верный признак того, что адреналин, державший её на плаву последние четыре часа, начал спадать.

— Вы летите сегодня? — спросила Мария, её коллега из московского офиса, подходя с двумя чашками кофе.

— Утренним рейсом. Спасибо, — Снежана приняла чашку, сделала глоток. Горький, крепкий, настоящий. — Сергей меня заждался, наверное.

Мария посмотрела на неё с той долей скептицизма, которую Снежана научилась игнорировать.

— Он приедет встречать?

— У него важные переговоры завтра утром. Я сама доберусь.

— Ясно, — Мария пожала плечами, но в её интонации промелькнуло что-то, что Снежана предпочла не разбирать. — Тогда до понедельника в офисе?

— До понедельника.

Они обменялись короткими объятиями — чисто формальными, деловыми. Снежана не любила, когда в её личное пространство вторгались без необходимости, но в этой среде приходилось соответствовать ожиданиям.

Оставшись одна, она подошла к окну. Внизу, на набережной, зажигались огни. Город готовился к ночи, а она — к возвращению. В телефоне мигнуло уведомление.

Сергей: Как прошло?

Три слова. Ни смайлика, ни знака вопроса, который бы передал интонацию. Просто констатация факта: он знал, что сегодня важный день, и поинтересовался. Этого должно было хватить.

Она напечатала ответ быстро, пальцы сами находили нужные буквы.

Снежана: Контракт подписан. Всё отлично. Завтра утром вылетаю.

Отправила. Посмотрела на экран. Ничего. Не «молодец», не «жду», не «рад за тебя». Она и не ждала. Честно. Последние полгода она привыкла, что Сергей — человек дела, а не слов. Он выражал чувства иначе. Она в это верила.

Поверила ещё раз.

Телефон снова ожил, но это был не Сергей.

Денис: Ну что, португальский король? Или королева? Кого ты там уделала своими презентациями?

Снежана усмехнулась. Денис Зотов, её лучший друг с первого курса университета, умел одним сообщением сбить градус серьёзности, который всегда накапливался в ней во время важных проектов.

Снежана: Я их всех. Методично и безжалостно. Теперь они мои.

Денис: Это я знал ещё на первом курсе, когда ты мне на экзамене по сопромату шпаргалку подбросила. Ты опасная женщина, Снежка.

Снежана: Ты сам меня попросил!

Денис: Я тебя попросил о помощи. А ты подложила мне шпаргалку, которую сама же и написала, с кучей ошибок, чтобы меня спалили.

Снежана: Это был тест на доверие. Ты его провалил.

Денис: Я его провалил? Это я тогда чуть с универа не вылетел!

Она рассмеялась вслух. Где-то в глубине конференц-зала её смех отразился от стеклянных стен, и на секунду показалось, что она здесь не одна.

Снежана: Ты не вылетел. И спасибо моей «гениальной» шпаргалке ты начал учить материал сам, чтобы больше не попадать в такие ситуации.

Денис: Ты просто любишь всё контролировать. Даже мои ошибки.

Снежана: А кто-то должен.

Она ждала его ответа. Денис всегда отвечал быстро, словно держал телефон в руке двадцать четыре часа в сутки. Но сейчас задержался почти на минуту.

Денис: Сергей в курсе, что ты завтра возвращаешься?

Вопрос, который она ждала и одновременно боялась. Денис никогда не скрывал своего отношения к её отношениям. Не то чтобы он открыто критиковал Сергея, нет. Он был слишком умён для этого. Он просто задавал вопросы, которые она сама себе задавать не решалась.

Снежана: Да.

Денис: И как?

Снежана: Что «как»?

Денис: Обрадовался?

Она замерла. Палец завис над экраном. Честно ответить? Сергей не обрадовался. Он не спросил, как она себя чувствует после четырёх дней переговоров, не написал, что соскучился. Он просто констатировал факт её возвращения, как будто она выходила в магазин за хлебом.

Но она не могла сказать это Денису. Потому что тогда пришлось бы признать, что она сама это чувствует.

Снежана: Он занят. У него завтра важные переговоры.

Денис: Понятно.

Два слова, которые означали гораздо больше. «Понятно» — это «я ничего не понимаю, но спорить не буду». «Понятно» — это «ты снова его защищаешь». «Понятно» — это «я молчу, потому что ты не готова слушать».

Снежана почувствовала укол вины. Не перед Сергеем — перед Денисом. За то, что она делала из него соучастника её самообмана.

Снежана: Я соскучилась.

Денис: По кому?

Снежана: По тебе, идиот.

Денис: Ну это-то понятно. По кому ещё?

Она хотела написать «по Сергею», но пальцы замерли. По Сергею она скучала? Да. Наверное. Скучала по его присутствию в их квартире, по его запаху на подушке, по ощущению, что она не одна. Но скучала ли она по нему? По разговорам, которые они вели раньше? По его смеху? По тому, как он смотрел на неё в первые месяцы их отношений?