Измена. Кара на голову дракона

ГЛАВА 1. СВАДЬБА

Две недели назад

- Я согласен взять в жены Елизавету Митчелл, дать свою фамилию Сазерленд и титул графини, уважать её, заботиться о ней и в горе и в радости. Быть опорой для неё несмотря ни на что, – говорил высокий стройный мужчина с синими глазами, в синем же бархатном костюме, белой рубашке со стоячим воротником и белым пышным бантом на шее.

Я услышала внимательно, но про себя хмыкнула. О любви не сказано ни слова, о пресловутом корабле семейной жизни и быте тоже. И меня это напрягло. Увидела его рядом с собой, как и священника, его молодого помощника, остальной обзор закрывала белая кружевная фата. А я, погодите минуточку, в таком же белом платье.

«Я невеста?!»- воскликнула про себя, удивившись до крайности.

Священник продолжал говорить какие-то вещи о святой драконице и драконе, соединяющих сердца одиноких. Но я теперь совершенно не вслушивалась, поразившись открытию. Ведь я уже была замужем. Помню своё имя и фамилию, вовсе не Митчелл, а двойная, взятая по мужу, Антонова-Крамская. Хотя такого мужа никому бы не пожелала. Нет, он не пил, не курил и уж тем более не бил. Бог миловал. Всего-то он был бытовым инвалидом, полностью эмоционально равнодушным ко мне, увлечённо работающим разработчиком компьютерных игр, при этом достаточно зарабатывал. Родители периодически поджимали губы, недовольные отсутствием внимания мужа. А подруги даже жалели и советовали заняться собой.

Что уж говорить обо мне. Стала я той женщиной из присказки и это меня и погубило. Привычка ещё делать всё по дому, не прося помощи у мужа, большой стресс от неудачной работы на складе интернет-магазина с постоянными штрафами за процветающее воровство коллег и поэтому низкой зарплаты, зачастую бывавшей в минусе, привели к тому, что первым стоит в мировом списке убийц-болезней. Сердечному приступу, который случился прямо по дороге в комнату. Я как раз несла постиранные вещи развесить на сушилку. Муженёк даже не повернул голову на то, как у меня подкосились ноги и я упала. От резкой боли в области груди забегали мушки перед глазами и затруднилось дыхание, заложило уши и я не слышала того грохота, который поднял упавший таз с мокрым бельём. Ну, вот и всё. Какая нелепая смерть. Что дальше я не знала, ожидая пресловутого длинного тоннеля и света в его конце. Но оказалось, что все намного проще. Моргнула и всё, в новом теле и слушаю брачный обет, который говорит жених, напротив, перед всеми гостями, священником и богами.

«Кстати, а что всё так молчат?» - удивилась я вновь. Не заметила, как за моими размышления вперемешку с последними воспоминаниями, священник добрался до согласия невесты.

- Согласны ли вы Елизавета Митчелл войти в род Сазерленд, быть женой его главе Деймону Сазерленду, уважать его, любить и почитать его, заботиться о нём в горе и радости, в богатстве и бедности? - повторил священник в белом одеянии с золотым тиснением и красной лентой на руке, и с ожиданием посмотрел на меня.

Отметила лишь краем сознания, что вопрос, адресованный мне, существенно отличался от ответа мужчины, стоявшего напротив меня.

- Да, я согласна взять в мужья Деймона Сазерленда, войти в его род, любить и почитать его, уважать его, заботиться о нём в горе и в радости, в богатстве и бедности, - ответила, наконец, повторила слова брачного обета и повернулась к теперь уже мужу.

«А он ничего. Красивый». - Обратила внимание на тёмные волосы, уложенные камердинером нарочно прядка к прядке, большие ярко-синие глаза, полные губы, прямой нос и волевой подбородок с ямочкой.

Деймон тоже на меня смотрел, он тепло улыбнулся, словно понял, что пришёлся по вкусу. Но глаза были полностью ко мне равнодушны. Я привыкла к этому, поэтому проглотила внезапно образовавшийся тут же ком, едва заметив. Тем временем церемония бракосочетания не была закончена. Священник с помощником дали нам испить красного вина из каменного кубка цвета слоновой кости, затем красной лентой обмотали наши руки, золотыми ножницами разрезали ленты и только после этого велели скрепить союз поцелуем.

Деймон наклонился к моему лицу и властно поднял подбородок, чтобы невесомо коснуться губ. В этот момент кожу запястья обожгло, словно огнём.

- Ай, - не удержалась я от вскрика, подняла руки. Обожгло очень сильно.

«Словно опять кандалы нацепила. Не бывать этому в новой жизни»,- глядя на татуировки, подумала я.

По залу в это же время прокатился радостный ропот. Боги дали своё благословение на данный союз. Взглянула на Деймона - он тоже был весьма удивлён, потирая свои запястья. Благословение куда важнее татуировки истинности, как позже я узнала. Истинность не гарантировала счастливого союза, а благословение божественной драконьей пары да, тем более с человеком!

Тогда я не знала этого и была полна недоумения, оглядывая роскошный из белого мрамора зал святилища. Толпа незнакомых мне гостей теперь благоговела к нам. Деймон коснулся моих пальцев. Его ладонь была широкая и сухая, словно он и не нервничал вовсе. Его длинные, как у пианиста, пальцы, сцепили мои коротенькие и неказистые на вид. Как только моя потная от волнения ладошка прикоснулась к его, он незамедлительно поднял наши руки вверх. Теперь церемония подошла к своему логическому завершению.

Мы вышли из зала и сели в поджидавший нас роскошный конный экипаж. Белая тройка породистых лошадей, большие цельные резные колеса, золотой герб в виде орла на дверце из мореного дуба. А внутри были раскинуты бархатные винного цвета мягкие подушки с золотым тиснением и кисточками на концах. Самое главное, что экипаж имел рессоры.