Измена. Лучшая ошибка

Пролог

В голове всё ещё стучит песня «On the floor» Дженнифер Лопес, хотя последний участник группы уже ушёл, вежливо махнув мне на прощание.

Сегодня мы гоняли эту песню без остановки все полтора часа тренировки.

Надо бы как-то выкинуть её из головы, иначе точно с ума сойду. Она совсем не подходит к моему внутреннему состоянию сейчас.

Я медленно прохожу по пустому залу, наслаждаясь мягким шуршанием кроссовок по паркету.

Выключаю основной свет — остаётся только уютная подсветка по углам и неоновая вывеска «Dance» на стене. Листаю плейлист, включаю «Свечку» от Polina Offline, но едва выпрямляюсь — замираю и резко захлопываю крышку ноутбука.

Музыка обрывается, и в наступившей тишине я слышу, как громко стучит моё сердце. Ладони тут же становятся влажными.

Но через пару секунд страх сменяется раздражением и злостью, когда я понимаю, что это всего лишь мой муж.

Он стоит, как и в тот вечер, облокотившись на зеркало, с идеальной осанкой, в чёрной рубашке и пиджаке, небрежно накинутом на плечи.

На губах — его фирменная полуулыбка.

— Ну, привет, булка моя.

Артур… Он пришёл. Опять…

— Проваливай, — шиплю сквозь зубы, сжимая уставшие руки в кулаки. По спине течёт капля пота, а челюсти сводит от желания его стукнуть.

Артур смотрит на меня с тем самым выражением — смесью снисходительности и какой-то показной нежности.

— Ты же знаешь, это невозможно.

Меня слегка потряхивает — то ли от усталости, то ли от злости, то ли от всего сразу. Я за последние дни почти не спала и толком не ела.

— Что ты хочешь от меня?

— Я? Просто поговорить.

— Наш последний разговор ничем хорошим не закончился. Забыл уже?

— Нет, солнышко, не забыл. Такое едва ли забудешь. Но, может, стоит подумать, кто в этом виноват, а?

— Ты хочешь сказать, что виновата я?!

— Конечно. Ты же меня ударила. Ты мне нос разбила так-то, — он одобрительно ухмыляется, коснувшись своего идеального, нетронутого носа.

— Ты тоже меня ударил! — резко показываю на свою голову пальцем.

— Да, но только в ответ. Скажи, зачем мне женщина, которая дерётся?

— Вот как?! А мне зачем мужик, который с левой бабой еб..?!

— НЕТ, — он не кричит, но резко поднимает указательный палец. Я вижу привычную угрозу в его взгляде. — Ты не будешь сквернословить в моем присутствии.

— А что ты мне сделаешь? Тебя здесь нет. Тебя уже давно нет в моей жизни, Арт. Ты ушел из нее задолго до аварии.

— А ты не думала, почему я это сделал, м?

— Потому что ты козёл, тут думать нечего.

— Ну, это несколько примитивно, Сашуль. Ты же умная девочка. Подумай ещё…

— Может, сделаешь мне одолжение и сам скажешь, раз уж пришёл?

— Всё просто.

— Неужели?

— Ага. Ты слишком… плотная. В тебе нет лёгкости, воздушности. Ты жила работой, сама по себе. А потом ещё и Кирюшей.

— Не смей о нём даже…

— Я не закончил, — перебивает Артур жестко, без улыбки. — Ты всё тянешь свои вожжи, всё контролируешь. Для тебя важнее работа и сын, а для меня в твоей жизни места не осталось. Вот я и нашёл себе такую, для которой я — на первом месте.

— Ну, если я вся такая тяжелая, зачем ты вообще со мной связался? Зачем жил со мной? Зачем женился?

— Полюбил.

Я смеюсь.

— Не надо, Артур. Сейчас уже нет смысла врать.

— Я не вру. Я правда тебя любил. Сначала.

— Ага!

— А потом при таком твоём отношении…

— При каком моем отношении? Что ты на меня все скидываешь? Будто ты весь из себя такой идеальный муж. Напомнить, как мы с тобой дрались? Еще скажи, что я такой изначально была. Это ты меня такой сделал. А, может, тебе напомнить, что это ты ходил на сторону? А? На эту девчонку ты нашел время. Ты посмотри, бедный несчастный. Да я ударилась в свою работу только потому, что тебя не видела! Без конца и края эта твоя проклятая работа!

— О, не ври, моя золотая. В работу ты ударилась по другой причине. И мы оба знаем какой, — он снова снисходительно улыбается. — Конкретной такой причине. Владом называют. Давай уж хотя бы сейчас не врать? Хотя бы себе не ври.

— Он тут совершенно не причем. Или ты думаешь я сына от тебя родила просто так что ли? Мы Кирюшу вообще зачали только благодаря чуду какому-то! И я даже не понимаю уже, зачем?!

— Кирюша — случайность.

— Что..? — я теряюсь.

— Случайность, но приятная.

— Ты совсем…

— Можешь мне не верить, но я люблю его. И тебя любил. Можешь делать из меня монстра, если так легче. Но мы оба знаем, кто виноват в том, что случилось.

— Проваливай! Просто уходи!

Он улыбается, глядя на меня с этой чертовой нежностью во взгляде и своей шикарной улыбкой, на которые я вечно велась. Каждый чертов раз!

Но больше этого не будет…

— Убирайся! — я хватаю табурет и бросаю со всей злостью, что во мне бушует, в Артура.

Стул врезается в зеркало, оно с диким треском лопается, осколки сыплются на пол, табурет добавляет грохота в пустом зале. Но рядом уже никого нет…