Измена. Меня нельзя разлюбить.

глава 24

Расслабиться не даёт звонок от мамы. Как только я вешаю трубку, сразу же входящий от неё:

– Дочь, что случилось? – её голос серьёзный, даже слишком, чтобы интересоваться о состоянии здоровья. – Только не ври мне, – вторая фраза звучит ещё страшнее, неужели она уже знает?

– Мам, всё нормально, жить буду, – почему-то пытаюсь я шутить, хотя больше хочется плакать, чем смеяться.

– Денис сказал, что ты заболела, но я была рядом, когда он разговаривал с тобой по телефону, что у вас произошло?

Как наяву представляю строгие глаза мамы, меня заполняет возмущённое «я не виновата», слёзы начинают яростно жечь глаза и меня просто накрывает волной безысходности. Я не могу ничего говорить, я не отпустила, я всё ещё в нём и мне дико хочется, чтобы всё, что происходит с нами было кошмарным сном.

Просыпаться утром от света январского солнышка в окно, вот мы рядом, вместе, ничего страшного не произошла, всё было ровно и мирно. Но нет, больше такого утра не будет, эта ситуация постоянно будет стоять между нами, я никогда уже не смогу спокойно расслабиться и поверить его словам. Никогда...

– Диана, ты меня слышишь?

– Слышу-слышу, – специально отодвигаю динамик подальше, всхлипываю, дышу, нужно сказать спокойно, без этих дурацких эмоций. – Я уехала, потому что мы с Денисом расстаёмся...

Это было сложно, очень сложно. Слова встают у меня в горле и словно застрявший кусок сухого, царапают гортань и никак не хотят произноситься. После того, как они выходят в мир, легче не становится, наоборот, меня словно обнимает чёрная тьма и отгорождает ото всего, оставляя в таком сквозящем одиночестве, что у меня от холода начинают стучать зубы.

– Где ты сейчас? Я приеду, – она всегда такая, она помогает всем, готова сорваться и приехать хоть ночью, по одному только звонку, но мне сейчас этого совершенно не хочется.

– Мам, я хочу побыть одна, пока, я позвоню, когда смогу, – вешаю трубку, иду из кухни в комнату, заворачиваюсь в одеяло, сижу в темноте в тягучем молчании.

Я сказала о нашем расставании маме, это родной и слишком важный человек, это признание, как шаг туда, откуда уже не возвращаются. Теперь я обязана довести дело до конца.

На телефоне пикает смс от мамы, читаю:

«Денис рассказал всё, я ему верю, не делай поспешных выводов, отдохни»

Вот так, моя мама верит ему, а не поддерживает меня. Почему?

«Потому что ты сама ему веришь, потому что нет объективных доказательств, потому что слова – это просто слова, наговорить можно всё что угодно, тест можно подделать, лживую улыбку приклеить к лицу, если чего-то очень хочется, человек способен на всякое»

Мысли непрерывным потоком текут в голове, я словно нахожусь рядом с этой бегущей строкой, читаю её, пытаюсь понять, в голове медленно разъясняется укутавший меня туман, и появляется твёрдое желание отомстить.

Как отрезвляющий глоток горького кофе, в голове становится ясно. Я хочу им отомстить. Сильно хочу. Прямо кончики пальцев начинают чесаться от этого желания. Как это сделать?

Знаю точно, что месть должна быть холодной, Зоя надавила на наше с Денисом больное (у нас пока нет детей), я хочу тоже надавить ей на мозоль, так сильно нажать, чтобы она почувствовала, как рушится её жизнь. Нужно вспомнить, через кого она попала в нашу компанию. Нужно узнать о ней побольше, найти её слабость, а потом туда резко тыкнуть и поболтать, как ёршиком в унитазе.

У меня появляются силы, одеяло сброшено, хожу по маленькой комнате, думаю, вспоминаю, на ум приходит старший брат Зойки, через которого она всегда попадала в наш круг. Он хороший знакомый Дэна, и у него есть молодая супруга Алина. К нам в гости на этот праздник они не попали, хотя мы их должны были приглашать.

Открываю на телефоне список планируемых гостей, бегу по столбику глазами, нахожу нужное имя и телефон рядом. Самое время поздравить, сейчас я это сделаю.

– Привет, Алина, поздравляю вас с новым годом! – говорю нарочито громче, чтобы создать эффект радости и торжественности.

– Диана, привет, и вас с новым годом! Как вы там отмечаете? Весело наверное? Мы с Мишей не смогли к вам, уж извините, и теперь наверняка ещё не скоро выберемся.

– Откуда такой настрой? Новогодние праздники длинные, ещё столько раз сможем увидеться, не расстраивайся.

– Да я не расстраиваюсь, просто я сейчас нетранспортабельная, врачи заставляют вести осёдлый образ жизни и не кочевать по гостям и вечеринкам, – смеётся она, а в голосе грусть.

– У вас что-то случилось? – осторожно спрашиваю я. – Что-то серьёзное?

– Случилось, Ди, случилось. Забеременела я от Мишки, вот только у нас сразу угрозу выкидыша ставят, пью лекарства, лежу, а Миша рядом, помогает.

– Ужас какой, – сочувствую я, – а срок какой?

– Месяц всего. Мне бы счастливой порхать, а я ногами кверху на диване. Ой, прости, что тебе настроение порчу в праздник, не хотела, само вырвалось. Поговорить особо не с кем, все в новогодние заняты, суета, а я даже салаты не резала, мы с моим мужем мандарины и курицу гриль ели, вот так...

От рассказа Алины у меня мурашки по спине бегают, никогда бы не подумала, что беременность может быть такой напряжной. Обычно же первые месяцы вообще незаметные, разве только на токсикоз жалуются. А тут оказывается вот как бывает.

– Но Миша тебе помогает же? Хочешь я приеду, привезу что-нибудь.

– Нет-нет, не надо. У нас дома есть всё, Мишка старается, а с больничками нам Зоя помогает, его сестрёнка, помнишь её? – ещё бы не помнить, думаю я про себя. – У неё оказывается в женской консультации подружка работает лаборантом, она мои бесконечные анализы туда носит, благодарна ей безмерно. Мишка работает, ему некогда, а она, как заботливая феечка: позвонит, уточнит, заберёт, отвезёт. Хоть с этим мне повезло.

– А в какой ты клинике на учёте? – Алина называет мне адрес, я угукаю и на всякий случай запоминаю. – Точно не хочешь, чтобы я приезжала?

– Не, Диан, всё хорошо, ты лучше звони иногда, а то скучно просто так валяться, хоть с тобой потрещим.