Измена. Меня предали дважды

Глава 5

Слава поднимается из-за стола медленно, выпрямляясь во весь рост, и движение выглядит настолько естественным и властным, что инстинктивно делаю шаг назад, отступая к холодильнику. Муж не спешит отвечать, давая тишине повиснуть между нами тяжелым грузом, и темные глаза смотрят прямо, без тени смущения или вины, только холодная оценка ситуации и расчет дальнейших действий.

– Не вру, – произносит коротко, скрещивая руки на груди.

Два слова, брошенные как камни, и больше ничего, никаких объяснений или оправданий, которые ожидаю услышать, никаких попыток смягчить удар или выкрутиться из неловкого положения. Стою, глядя на мужа, и понимаю, что передо мной совершенно незнакомый человек, которого не знала за пятнадцать лет брака, прятавшийся за маской заботливого супруга и любящего отца.

– И всё? – спрашиваю, чувствуя, как голос дрожит от смеси ярости и недоверия. – Просто не вру, и на этом разговор закончен? Слава, ты сейчас серьезно?

– Абсолютно, – подтверждает муж, делая шаг в сторону, направляясь к выходу из кухни, словно тема исчерпана и не требует дальнейшего обсуждения.

– Стой, – командую резко, и удивляюсь силе собственного голоса, прозвучавшего громче и тверже, чем ожидала. – Не смей уходить прямо сейчас. Хочу ответов, Слава, и получу их, нравится тебе это или нет.

Муж останавливается, оборачивается, и на губах появляется едва заметная усмешка, которая выглядит снисходительной и раздражающей, заставляя сжать кулаки так сильно, что ногти впиваются в ладони.

– Ответов, – повторяет Слава, растягивая слово. – На какие именно вопросы хочешь получить ответы? Как долго? Где? Как часто? Думаешь, эти детали что-то изменят в ситуации?

– Хочу понять, почему, – выдавливаю сквозь сжатые зубы, борясь с желанием закричать или швырнуть в мужа что-нибудь тяжелое. – Что случилось с нами, с нашим браком, с теми клятвами, которые давали друг другу?

– Ничего не случилось, – отвечает Слава равнодушно, пожимая плечами. – Брак как был, так и остался. Живем вместе, воспитываем сына, ведем хозяйство, посещаем социальные мероприятия. Всё на своих местах.

– Кроме того факта, что спишь с моей сестрой, – добавляю язвительно, чувствуя, как внутри закипает что-то горячее и злое, требующее выхода.

– Это не касается брака, – возражает муж спокойно, возвращаясь к столу и садясь обратно на стул, принимая расслабленную позу человека, которому комфортно в текущей ситуации. – Секс с Жанной это отдельная история, никак не связанная с нашими отношениями и семейной жизнью.

Смотрю на Славу, пытаясь понять, действительно ли он верит в то, что говорит, или просто провоцирует на эмоциональную реакцию, проверяя границы дозволенного. Лицо остается непроницаемым, не выдавая внутренних мыслей, и осанка демонстрирует уверенность человека, который полностью контролирует ситуацию и не чувствует угрозы со стороны разъяренной жены.

– Отдельная история, – медленно повторяю, пробуя слова на вкус. – Значит, по-твоему, можно спать с моей сестрой и считать, что это никак не влияет на наш брак?

Произношу грубое слово намеренно, желая шокировать, вызвать хоть какую-то реакцию, пробить броню равнодушия, но Слава даже не моргает, продолжая смотреть с тем же спокойным выражением лица.

– Именно так, – соглашается муж кивком. – Ты драматизируешь ситуацию, Юля, придаешь слишком большое значение физиологической потребности. Мужчины устроены иначе, чем женщины, и секс для нас не всегда связан с эмоциональной привязанностью или любовью.

– Физиологическая потребность, – фыркаю, качая головой. – Если так нуждался в разнообразии, почему не сказал прямо? Могли бы обсудить проблему, найти решение вместе, попробовать что-то новое в постели или обратиться к семейному психологу.

– Потому что не хотел лишних разговоров и сложностей, – отвечает Слава, барабаня пальцами по столешнице. – Проще взять то, что предлагается добровольно, чем устраивать семейные советы и копаться в чувствах.

Подхожу к столу, опираясь руками о край, и наклоняюсь вперед, заставляя мужа поднять взгляд и встретиться глазами.

– Жанна предложила сама? – спрашиваю тихо, и каждое слово дается с трудом, проходя через горло, сжатое от обиды и унижения. – Моя младшая сестра, которую растила после смерти родителей, пришла к тебе и предложила секс?

– Не совсем так, – уточняет Слава, откидываясь назад и создавая дистанцию. – Флиртовала давно, намекала прозрачно, искала возможности остаться наедине. В конце концов случилось то, что должно было случиться рано или поздно.

– Должно было случиться, – повторяю механически, выпрямляясь и отходя от стола. – Значит, считаешь, что измена была неизбежна и предопределена заранее?

– Не называй это изменой, – поправляет муж с легким раздражением в голосе. – Измена подразумевает предательство, обман, разрушение доверия. Ничего подобного не происходило с моей стороны. Продолжал выполнять все обязательства перед семьей, обеспечивал материально, проводил время с сыном, поддерживал социальный статус.

– Обязательства, – усмехаюсь горько. – Ты говоришь о браке как о деловом контракте, где каждая сторона выполняет прописанные функции, и пока обязанности соблюдаются, можно развлекаться на стороне.