Измена. Меня предали дважды

Глава 9

– Пахнет божественно, – объявляет Илья, входя на кухню и садясь на свое место за столом, глядя на тарелку с пастой голодными глазами. – Ты лучшая, мам, спасибо за ужин.

– Приятного аппетита, солнышко, – отвечаю, наливая стакан сока и ставя перед подростком. – Как прошел день в школе? Что нового?

Сын начинает рассказывать о контрольной по математике, оказавшейся проще ожидаемой, о новом учителе физкультуры, введшем дополнительные нормативы, о планах одноклассников организовать совместную вылазку на природу, говорит быстро и увлеченно, размахивая вилкой и жестикулируя свободной рукой. Слушаю внимательно, киваю в нужных местах, улыбаюсь искренне, радуясь тому, как сын делится событиями дня, не замечая внутреннего напряжения матери, скрытого за привычной маской заботливости.

Сама не прикасаюсь к еде, просто сижу, наблюдая за подростком, жадно поглощающим пасту, рассказывающим о школьных друзьях, учителях, планах на ближайшие выходные, живущим в своем мире простых радостей и незамысловатых проблем, не подозревающим о буре, разразившейся в семье несколько часов назад.

– Мам, ты не ешь? – замечает Илья, отрываясь от тарелки и глядя с легким беспокойством. – Плохо себя чувствуешь?

– Нет, все хорошо, просто не очень голодна, – заверяю, протягивая руку и взъерошивая темные волосы сына ласковым жестом. – Перекусила днем плотно, аппетита совсем нет. Доедай спокойно, не обращай внимания.

Слава уехал, даже не дождавшись ужина, бросив на ходу что-то о срочной встрече с клиентом, и я стою у окна, наблюдая, как красные огни его машины растворяются в сумерках. Илья сидит за столом, доедая пасту, рассказывает что-то о школьном турнире, но слова проходят мимо, не задерживаясь в сознании, потому что все мысли заняты одним вопросом: куда именно уехал муж в такой спешке, действительно ли на деловую встречу или к моей сестре, используя работу как прикрытие.

Сын заканчивает ужин, относит тарелку в мойку, благодарит за еду и поднимается к себе в комнату, оставляя меня наедине с мыслями, роящимися в голове назойливыми пчелами. Беру телефон со стола, разблокирую экран, смотрю на список контактов, палец зависает над именем сестры. Жанна уехала торопливо, нервно, явно напуганная возможностью разоблачения, и логично предположить, что сейчас она дома, успокаивается после стресса или, что более вероятно, встречается со Славой где-то в городе.

Нажимаю на вызов и подношу телефон к уху, слушаю длинные гудки, считаю их мысленно: один, два, три, четыре. На пятом гудке сестра берет трубку, голос звучит настороженно, с легкой одышкой, словно бежала к телефону или занималась чем-то физически активным.

– Жанночка, привет, – произношу мягко, усаживаясь на стул и устраиваясь поудобнее. – Не помешала?

Слышу, как сестра выдыхает, пауза затягивается на пару секунд, прежде чем она отвечает слишком бодро.

– Юлечка, что ты, конечно не помешала, – голос звучит наигранно весело. – Просто не ожидала, что снова позвонишь сегодня, мы же переписывались.

Ага, значит муж еще не успел ей рассказать, что я знаю. Продолжает играть в невинную овечку.

– Знаю, просто захотелось услышать твой голос, – объясняю легко, беря со стола ложку и начиная вертеть ее в пальцах. – Дома тишина, Илья у себя сидит, Слава уехал по делам. Скучно одной.

Бросаю информацию об отсутствии мужа небрежно, словно между делом, наблюдая в воображении за реакцией сестры, пытаясь уловить малейшие изменения в дыхании или интонации.

– А куда Слава уехал? – спрашивает Жанна после короткой паузы, и в голосе сквозит что-то осторожное, проверяющее.

– Какая-то встреча с клиентом, – отвечаю равнодушно, продолжая вертеть ложку. – Ты же знаешь, работа у него ненормированная, звонят в любое время, приходится выезжать. Я уже привыкла, честно говоря.

Слышу, как Жанна делает вдох, собираясь что-то сказать, но я опережаю, меняя тему разговора.

– Слушай, а как там твой компьютер? Получилось разобраться с антивирусом самой или нужна помощь?

Вопрос задаю легко, будто действительно интересуюсь технической проблемой, а не проверяю, насколько хорошо сестра помнит детали придуманной истории.

– Ой, да знаешь, еще не успела заняться, – отвечает Жанна торопливо, и я слышу шорох, словно она двигается, меняет положение. – Только недавно вернулась, собиралась сейчас попробовать сделать то, что Слава советовал.

– Хочешь, я приеду, посмотрю? – предлагаю непринужденно, вставая со стула и начиная ходить по кухне. – Все равно сижу без дела, заодно и пообщаемся нормально, давно вот так, по душам, не разговаривали.

Пауза на другом конце линии затягивается, слышу участившееся дыхание сестры, выдающее нервозность.

– Юль, ты такая милая, спасибо за предложение, – начинает Жанна осторожно, подбирая слова. – Но, честно, я сегодня совсем без сил, день был тяжелый. Боюсь, буду плохой компанией, засну прямо посреди разговора.

– Ну тогда ты приезжай ко мне, – настаиваю мягко, останавливаясь у окна и глядя на темный двор. – Я чай заварю, у меня тот самый пирог остался, который ты любишь. Посидим на кухне, поболтаем, как раньше. Вечер же уже, дел никаких нет.

– Юлечка, правда не могу сегодня, – отказывается Жанна настойчивее, и в голосе появляются извиняющиеся нотки. – Давай лучше на выходных встретимся, нормально, без спешки.