Измена, месть, или Вторая попытка Виолки

Глава 17.1

Рейнер

Алькор судорожно рванул руку назад. Плита дрогнула, потеряла ускорение и с грохотом рухнула на пол в паре метров от Тарена, расколовшись на несколько частей.

Воцарилась тишина, нарушаемая только тяжёлым, прерывистым дыханием Рейнера. Он стоял, отбросив палку в сторону. Немой ужас и стыд сковали тело.

Тарен медленно опустил руки. Каменная чешуя на нём отступала, обнажая бледное, потрясённое лицо.

— Рей... — тихо произнёс он. — Сквернорождённый ты сын... что с тобой?

Алькор не ответил. Только развернулся и быстрыми шагами направился к выходу.

Рейнер хлопнул дверью мужской раздевалки и скинул пропитанную потом форму. Подошёл к душу, висящему на стене, одному из нескольких, отделённых друг от друга невысокими перегородками по грудь. Вывернул кран до упора. Ледяные струи прокатились по телу, пытаясь заглушить жгучую боль от стыда и разочарования.

Дверь тихо щёлкнула. Через перегородку от его душа появилась знакомая фигура. Тарен включил воду, и несколько минут они стояли молча. Тишину разгонял лишь непрерывный шум воды.

Оборотень глубоко выдохнул и всё же решился:

— Рэй… — в голосе друга не было и следа обычной весёлости. — Что происходит?

Рейнер лишь повёл плечом, отворачиваясь к стене.

— Рэй, — настойчиво повторил оборотень.

— Ничего, — сквозь зубы выдавил куратор, стараясь говорить спокойно. — Просто узнал, что отец подобрал невесту. Видимо, пора остепениться. Не с тобой же тут дурака валять.

Тарен усмехнулся, пропуская струю воды по каменному плечу. Его тело всё ещё было зеленоватым и покрытым грубой коркой.

— Серьёзно, ты? Остепениться? — Тарен фыркнул, — сколько женщин будут в отчаянии от этой новости! Великий соблазнитель, теперь порядочный семьянин! — оборотень глухо расхохотался. — Ты, который ночует где угодно, только не дома, — тон друга, показался Рейнеру натянутым. Тарен оскалился и уже тише добавил, — хоть теперь, узнаешь, как твоя собственная кровать выглядит.

— Да-да, — отмахнулся Рейнер. — Зато, с меня снимут всю эту головную боль кураторства и поставят возглавлять какой-нибудь отряд паладинов.

Он со злостью закрыл кран, потряс головой, смахивая капли, и вышел. Растёрся грубым полотенцем, обвязав его вокруг бёдер.

Тарен вышел из своей душевой и, ничем не прикрываясь, подошёл вплотную. Рейнер отвернулся. Оборотни-то своего тела не стеснялись, но он не любил подобных сцен.

— Эй! — Тарен наклонился ближе, чтобы поймать его взгляд. — Я-то о тебе кое-что знаю, сколько лет дружим. По-братски говорю: не лезь в клетку, если тебе там душно. Не женись, если не хочешь! Сам должен понимать. Никто не может тебя заставить.

Он хлопнул Рейнера по плечу.

— Кто заставляет-то? Это мой долг, тебе такое слово хоть знакомо? — Рейнер сбросил его руку. — Поэтому всё нормально. Вообще никакой трагедии. Всё супер. Жена бы ещё посимпатичнее была — вообще вопросов бы не осталось.

Он направился к шкафчику со сменной одеждой, оставив Тарена позади. В этот момент в голове снова прозвучали чужие мысли:

«Счастливый союз!»

На этот раз они были окрашены надеждой и радостью.

«Счастливый союз!» — мысленно повторил Рейнер.

С этой? Неужели она рада? Хотя ещё пять минут назад была в ужасе. Может, сейчас прибежит плакаться или пойдёт кому-нибудь жаловаться? А может, как любая нормальная девчонка просто счастлива, что он станет её мужем.

Да в бездну! — тихо вырвалось у Рейнера, пока он натягивал штаны. Потом повернулся и крикнул в раздевалку, — Тарен, ты ещё тут?

— Тут! — откликнулся оборотень.

— Пошли куда-нибудь, развеемся, — Алькор захлопнул шкафчик.

— О! — радостно отозвался Тарен. — А у нас как раз сегодня тусовка намечалась!