Измена, месть, или Вторая попытка Виолки

Глава 42.1

Элира

Алькор подошёл и снял с меня пиджак.

— Будет мешать, — отложил его в сторону. — Давай начнём с того, что просто спокойно подышим.

Первым опустившись на пол, он жестом пригласил меня сесть напротив. Я устроилась рядом с ним, скрестив ноги.

Рейнер придвинулся ближе. Так близко, что наши колени почти соприкоснулись, и я почувствовала тепло, исходящее от него даже через ткань брюк.

— Сядь ровно. Выпрями спину, — его голос стал ниже и тише. — Сейчас будем дышать вместе.

Он протянул руки, раскрыв ладони. Когда я касалась его на тренировке, так не смущалась, но сейчас чувствовала себя странно. Всё же выдохнув, подала ему ладони.

— Не думай. Просто дыши так, как я.

Он наклонился чуть ближе. Дыхание коснулось моего лица. Медленное, глубокое. Я попыталась повторить, но сбилась, выдохнув слишком резко.

Мне захотелось податься вперёд, чтобы коснуться его лица.

Собраться, Элира, просто собраться. Он куратор и пытается помочь. А ты сидишь и думаешь непонятно о чём. Дыши, как он говорит.

— Не суетись, — он взял мою правую руку, притянул к себе и прижал к своей груди. Сверху накрыл её ладонью, надёжно удерживая. — Вот так. Теперь чувствуешь каждый мой вдох? Повторяй за мной.

Закрыла глаза и под ладонью ощутила ровный ритм его дыхания. Я изо всех сил боролась с внезапным желанием провести рукой по его торсу, почувствовать мускулы под тонкой рубашкой.

«Как тут спокойно дышать?»

«Вот как раз этому мы и учимся. Контролировать мысли, дыхание и разум в любых ситуациях», — тут же прозвучало в голове.

— Давай. Вдох и выдох, — сказал он вслух.

Мы дышали так несколько минут. Его колени касались моих, ладони были сомкнуты, и казалось, что между нами нет ни воздуха, ни расстояния, только общий тихий ритм. У меня закружилась голова, всё тело будто горело, и всё, что я пыталась делать это не впускать в сознание лишние мысли.

— Теперь открой глаза, — попросил он.

Я медленно открыла и тут же вздрогнула. Его лицо было слишком близко, нос почти касался моего.

— Следующее, — Рейнер поднялся, отошёл за мою спину и наклонился так, что мне показалось, что он встал на колени.

— Сделаем растяжку, так мышцы быстрее перестанут болеть, — его руки мягко лежали на моих плечах, а грудь упиралась в спину. — Выпрями ноги.

Молча сделала так, как он сказал. Почувствовала сильное и медленное давление, Рейнер плавно наклонил меня вперёд, пока под коленями не стало болезненно тянуть.

— Ай… — вырвалось у меня.

— Дыши, — его голос прозвучал прямо у уха. — Выдыхай, и станет легче.

Я сделала выдох, и напряжение действительно чуть-чуть отпустило. Он не позволял мне разогнуться, а от его груди, прижатой к моей спине, было очень жарко.

«Он точно издевается.»

На секунду захотелось возмутиться, но я тут же поняла, что это не совсем правда. Где-то глубоко внутри всплыла странная уверенность: он знает, что делает, и я не хочу ему мешать.

Только вот я не была уверена, откуда это чувство. То ли потому, что доверяю ему как куратору и человеку, чьи решения видела в бою. Или же потому, что не хочу, чтобы он убрал руки? Не хочу, чтобы эта тренировка закончилась?

Через несколько секунд он наконец отпустил, и я выпрямилась, ощущая тепло и лёгкость в ногах. Передохнуть не успела, потому что Рейнер тут же обхватил меня сзади под локтями.

— Теперь потянем бок, — прошептал он. — Расслабься и доверься.

Я не успела ничего ответить, как он уже плавно наклонил меня влево. Мой бок мягко упёрся в его согнутое колено, и от талии до руки, побежало приятное натяжение. Его руки надёжно удерживали меня. С каждым выдохом мышцы поддавались всё больше.

Так ко мне ещё никто не прикасался. Его движения были настойчивыми, сильными, но при этом невероятно заботливыми и осторожными. Я была абсолютно уверена, что он понимает, что делает, знает границы моего тела и не сделает больно.

— Хорошо, — он мягко наклонил меня в другую сторону, и теперь тянулся левый бок. Пальцы правой руки скользнули по моим рёбрам, слегка нажимая, помогая расслабиться. Я чуть сильнее наклонилась, плотнее прижимаясь к его торсу и выгибаясь в сторону руки.

«Да я же делаю это специально», — осознала. – «Чтобы он почувствовал моё тело, чтобы его рука... его рука соскользнула с рёбер и коснулась груди...»

В голове вспыхнуло воспоминание с вечеринки, его губы и сбивчивое дыхание. С ужасом пришло осознание, что мне страшно хочется, чтобы он повторил это.

«Прямо сейчас. Хочу его…»

Какая-то часть этих мыслей явно проскользнула в голову к Рейнеру, потому что он поднял меня, прижался ещё ближе, и я услышала его тихий голос:

— Кажется… — его губы коснулись мочки моего уха, — я недостаточно хорошо объяснил, что значит контроль мыслей.

Прежде чем я успела осознать, сказанное, его рука соскользнула с рёбер, накрывая грудь прямо над бешено колотящимся сердцем, а пальцы другой руки мягко, но уверенно обхватили подбородок. Рейнер развернул моё лицо к себе и поцеловал. Страстно, без предупреждения. Я успела только выдохнуть ему в губы, чувствуя, как всё внутри переворачивается.

«Урок первый,» — мелькнуло в голове. — «Мысли материальны. Особенно твои.»