Измена, месть, или Вторая попытка Виолки

Глава 53

Элира

Из-за спины Луки я не сразу увидела всех в комнате. Первым на глаза попался Тарен, бледный и вытянувшийся по стойке смирно у самого входа. Рядом с ним, такой же бледный и мрачный, стоял капитан Краст.

— Разрешите представить: Элира Виолка, резервница последнего года обучения, — кивнул Лука и вежливо отошёл в сторону, встав рядом с Тареном.

Теперь я наконец увидела остальных. Ректора, бросившего на меня беспокойный взгляд. Рейнера, у которого ходуном ходили желваки, а челюсть была сжата так, что казалось, вот-вот хрустнет. И — его.

Алькор-старший, единственный из всех, выглядел спокойным. Он полусидел, прислонившись к столу ректора. Отец Рейнера был одет строго и дорого: серый костюм с гербом паладинов, вышитым на лацкане, белые перчатки и ботинки, начищенные до зеркального блеска. Цветом волос и глаз он походил на Рейнера, но черты лица были куда острее и надменнее. Его серые глаза веяли не штормом, как у Алькора-младшего, а чем-то мёртвенно-холодным, тухлым. Он поймал мой взгляд, и внутри всё вздрогнуло.

— Здравствуйте, — потупилась я. — Приятно познакомиться.

Я нахмурилась и чуть склонила голову, то ли в поклоне, то ли чтобы скрыться от его ужасного взгляда.

Алькор-старший не ответил, лишь презрительно фыркнул и повернулся к сыну.

— И после всей этой суеты, что ты мне устроил, я вынужден следить, чтобы важная информация не просочилась в массы. Беречь репутацию семьи. Переживать за твоё здоровье.

Он отодвинулся от стола и шагнул к Рейнеру, подняв руку. Тот едва заметно вздрогнул, но Алькор-старший лишь нежно погладил его по плечу.

— Ты мой единственный сын. Наследник. Преемник, — он продолжал гладить, и у меня внутри всё сжалось, а в горле встал тошнотворный ком. Чувства Рейнера?

— Ты не мог так рисковать. Быть настолько неосторожным и глупым.

Его рука замерла на плече сына и начала сжиматься.

— Неужели ты настолько бесполезен и слаб? — пальцы впились с такой силой, что, казалось, вот-вот сломают Рейнеру кость. Тон Алькора стал жёстче, голос громче. — Бестолковое, бездарное подобие человека. Как ты посмел так опозорить меня?

— Отец, я полностью признаю свою вину и обещаю, что это больше не повторится, — отчеканил Рейнер. — Я виноват, что дал застать себя врасплох, не подумал об угрозе второго разрыва и позволил себя ранить. Эта тренировка стала уроком, который я запомню. Впредь я не подведу вас.

— Конечно, запомнишь, — Алькор-старший отпустил плечо сына и потер одну руку другой. — Ты расслабился. Не вижу, чтобы академия обучала тебя как следует, — бросил он ректору.

— Господин Лазар, уверяю вас, мы выполняем все ваши требования и соответствуем стандартам. Тренировка была рискованной, и подобной халатности впредь мы не допустим. Однако непредвиденное открытие второго портала трудно предугадать даже в мирных районах — это повсеместный риск. — Ректор расправил плечи, глядя прямо на Алькора-старшего. — Однако прошу заметить: студенты справились без потерь и серьёзных ранений. Ваш сын наконец открыл портал и закрыл разрыв со скверной. Это достойный результат.

— Результат? — Лазар хмыкнул и подошёл вплотную к Эдгару. — Не смей рассказывать мне о результатах, искалечив моего сына. Не смей выдавать его силы за свои достижения. — Он смерил ректора уничижительным взглядом. — Ты пытаешься смягчить меня, рассказывая, что он «наконец» открыл порталы. Но разве это твоя заслуга? И тем более, он ещё не сдал экзамен — судить о его силе рано! А вот то, что он чуть не погиб и был спасён этой... — он резко кивнул в мою сторону, и сердце ёкнуло, проваливаясь куда-то вниз.

В комнате повисла тишина, нарушаемая лишь неровным дыханием и мерным тиканьем часов.

Наконец Алькор-старший шагнул обратно к Рейнеру и с силой похлопал его по плечу:

— Тебе нужно учиться. Твои успехи, это хорошо. Но мы должны напомнить тебе об ответственности, подстегнуть мотивацию. Показать, что бывает, когда ты слаб, глуп и бесполезен.

Сразу после этих слов он резко вскинул руку и громко произнёс:

— Вечное пламя!

У его ладони тут же открылся портал средних размеров, комнату обдало жаром и вонью дыма и серы.

— Я так понимаю, командовал экспедицией этот оборотень? — холодно спросил он, указывая на Тарена.

— Отец, вся вина только на мне, — поднял на него глаза Рейнер, и в его голосе послышалась дрожь.