Измена, месть, или Вторая попытка Виолки

Глава 62.2

Лука несколько месяцев назад

Карета мягко покачивалась, увозя его всё дальше от стен Академии. Лука сидел, вальяжно откинувшись на бархатную спинку.

Ректор отправил его в Велимор, вернуть Рейнера и сбежавшую резервницу. И это было любопытно. Забавно даже. Сесиль с таким презрением называла свою соседку тихой, удобной, бесхребетной мышью, а та вдруг сбегает на Северном экспрессе, наплевав на правила и долг. Смело. Отчаянно. Даже захотелось посмотреть на неё вживую.

Карета дернулась и остановилась. Снаружи под тяжелыми копытами мехолошадей громко заскрипел снег. Лука распахнул дверцу и спустился на землю.

И тут же замер.

Ледяной ветер ударил в лицо, растрепав волосы, но вампир этого даже не заметил. Перед ним стеной стоял Велимор. Необъятные стволы уходили куда-то высоко в небо, превращая карету рядом с ними в крошечную игрушку. Воздух здесь был совсем другим, он пах хвоей и смолой.

По коже пробежали мурашки. Лука медленно выдохнул, чувствуя, как внутри что-то сжимается от восторга.

Это был его первый выезд. Впервые в жизни он находился за пределами поместья Алькоров или территории Академии один, без надзора хозяев. Когда никто не контролировал его и не отдавал приказов. Вокруг раскинулся огромный, невероятный мир, который он никогда не видел, но которого так сильно желал.

Рука уже привычно потянулась к груди, туда, где под плотной тканью пиджака скрывалась их с Сесиль тайна. Там лежал магический контракт.

Глядя на эти бесконечные деревья, Лука кивнул сам себе и нащупал сквозь одежду жесткий пергамент. Он всё сделал правильно. Остаться послушной собачкой Лазара, прожить свою вечность в клетке, так и не узнав, что скрывается за этими лесами, за морем, за горизонтом? Нет. Он изменит свою жизнь, чего бы это ни стоило.

— Господин, — раздался хриплый голос неподалеку.

Лука моргнул, стряхивая оцепенение, и перевел взгляд. У обочины топтался торговец в толстом тулупе. На его грубо сколоченном лотке лежали разные сувениры для приезжих. Лука подошел ближе. Его взгляд сразу же зацепился за круглую металлическую брошку с рельефным узором Велиморского леса.

Он осторожно взял её и провел большим пальцем по холодной стали.

— Пять виолов, — тут же засуетился торговец.

Лука молча расплатился, прикрепил брошь на лацкан пиджака, спрятав под пальто, и поднял голову. Пусть она станет клятвой самому себе. Я не отступлю, не струшу и не сдамся. Сделаю всё, что потребуется, чтобы обрести свободу и прожить жизнь так, как хочу.

Раздался протяжный гудок, вампир откинул с лица прядь волос и посмотрел на перрон. Паровоз уже прибыл. Рейнер с резервницей, скорее всего, наверху, на платформе.

Быстро поднявшись по огромной железной лестнице, он заметил крошечное деревянное здание касс и решительно направился к нему.

Внутри было тепло и пахло дешевым чаем. Сначала Лука заметил мужичка за стойкой, громко прихлебывающего из дымящейся кружки, а потом Рейнера рядом с резервницей.

Ну вот и нашел. Приближаясь, Лука натянул вежливую улыбку.

Алькор сидел на скамейке, намертво вцепившись в запястье своей спутницы. А она... Вампир слегка склонил голову набок, изучая. Резервница сидела сжавшись и испуганно покусывая губу. Но в её глазах не было покорности. Это был взгляд загнанного зверя, который дошел до предела.

Сесиль явно ошиблась в том, кем считала свою соседку. Впрочем, это не имело значения и уже ничего не меняло. Хотя, конечно, было бы куда проще никогда с ней не знакомиться. Просто приходить ночью, тянуть магию из безликой спящей студентки и уходить, ни о чем не думая.

— Столько женщин за тобой бегают, а ты не знаешь, как с ними обращаться, — хмыкнул Лука, протягивая резервнице руку. — Хотя, есть и умные, что убегают от тебя куда подальше.

Она ухватилась за его ладонь ледяными пальцами. От этого судорожного, дрожащего касания вампира вдруг прошибло странным осознанием. Он смотрел в её глаза и безошибочно узнавал в них собственное отражение. Резервница была загнана в ту же самую ловушку. Ее сковывала такая же глухая, всеобъемлющая безысходность. Они оба были пленниками системы, отчаянно пытающимися вырваться из чужой клетки.

Ему вдруг стало невыносимо жаль, что они встретились. Что слепая «мишень» обрела живое лицо и заледеневшие от страха руки. Теперь ему предстоит уничтожать ту, кто так похож на него самого.

Лука мягко сжал ее пальцы. Жаль. Ему действительно безумно жаль, что свобода будет куплена именно такой ценой.

Но это ничего не изменит и он не отступит.