Измена, месть, или Вторая попытка Виолки

Глава 62.3

Лука несколько недель назад

Лука шел по коридору, слегка прихрамывая. Потянутая мышца ноги противно ныла. Алькор чуть не порвал ему связки, когда почти заставил сесть на шпагат. Видимо, так друг отомстил за то, что вампир влез в зал для медитаций в самый неподходящий момент.

Лука криво усмехнулся. Еще бы пара минут, и пришлось бы растаскивать эту парочку силой. Алькора и Виолку постоянно тянуло друг к другу, и ему приходилось из кожи вон лезть, чтобы вклиниваться между ними, ломать интимность и сводить всё к нелепым шуткам. Если они по-настоящему влюбятся, если между ними появится крепкая связь, план окажется под угрозой, а этого допустить было никак нельзя.

Вампир потер переносицу. Проблема заключалась в том, что он прекрасно понимал Рейнера.

Когда стараниями Сесиль Виолку выселили в общежитие для изгоев, всё стало только сложнее. Они оказались соседями. Лука помогал ей обустроиться, они чаще виделись и слишком много разговаривали. Вампир с ужасом понял, что эта девчонка ему нравится.

Она умела слушать, искренне улыбалась и умудрялась заботиться о других, оставаясь при этом поразительно сильной. Лука незаметно для самого себя привязался к ней. Такое нежное теплое чувство, от которого теперь всё внутренности скручивало тугим узлом вины.

Хотя в остальном план работал идеально. Сесиль даже перевыполнила свою часть сделки: её слухи о том, что соседка всех обманывает и является обычным человеком, разлетелись по Академии. Теперь никто не сомневался, что Виолка скрывает отсутствие магии. Если на экзамене она не сможет открыть портал, комиссия просто кивнет. Никто не будет искать вампира. Все поверят, что она с самого начала была пустышкой.

Всё было готово. Мешала только внезапно проснувшаяся совесть.

Лука коснулся пиджака и медленно провел пальцем по холодному рельефу спрятанной брошки.

Выйдя во внутренний двор, он направился к карете, стоявшей у ворот. Тарен, насвистывая какую-то простую мелодию, закидывал в задний ящик тяжелые свертки со снаряжением для тренировочного выезда.

Услышав шаги, оборотень повернулся, и его лицо озарилось широкой улыбкой:

— О, вампирюга! — Тарен подошел ближе и от души хлопнул Луку по плечу, да так, что тот едва не пошатнулся. — Ты чего такой хмурый? Давай, взбодрись!

Лука посмотрел в его веселые глаза и сглотнул. Тарен. Он ведь тоже не был свободен. Подчинялся ректору и паладинам, не имел права выбора, но при этом находил в себе силы радоваться жизни, искренне дружить с Рейнером, шутить и улыбаться. Он был счастлив даже в своей клетке.

Пальцы сильнее сжали металлическую брошь. Здорово, что оборотень может жить так даже в подобных условиях, но я не могу. И несмотря на то что, кажется, я привязался к ним обоим, я должен думать о себе. Обязан спастись. И ради этого, можно переступить через эти неуместные и совершенно ненужные чувства.

— Хватит стоять столбом, — добродушно хохотнул Тарен, кидая вампиру в руки туго набитый мешок. — Помогай грузить, а то до ночи провозимся!

Лука выпустил брошку, поймал тяжелый сверток и, натянув на лицо свою привычную легкую полуулыбку, пошел к карете.