Измена. Месть из прошлого

Тридцать вторая глава

Сердце забилось испуганной птицей, и я начала пятиться назад. Правда, не сделав и двух шагов, наткнулась на Антона. Он положил мне руки на плечи и тихо сказал:

– Не смей показывать ему свой страх.

Подняла глаза на Матвея и увидела, с каким превосходством он смотрит на меня. По спине пробежали мурашки, а страх липкими щупальцами сдавил горло.

– Полина, я рядом, – тихий шёпот на ухо. – Чтобы он не задумал, я с тобой.

Мама непонимающе смотрела на нас.

– Полина, вы что там замерли?

– Одну минуту, – ответил за меня Антон. – Мы нечаянно ваш подарок рассыпали.

– Ах, какие глупости, – махнула мама, – неужели теперь с земли собирать будете? Идёмте скорее в дом, пока всё горячее. Я пирожков напекла, с яйцом и капустой, как Матвей любит.

– Козёл огородный, – прошептал Антон.

И эта фраза почему-то меня очень рассмешила.

– Уже лучше, а теперь голову подняла, и вперёд, – он даже слегка подтолкнул меня.

Наклонилась, чтобы подобрать набор, и уже пусть не без страха, но более спокойно, шагнула вперёд.

– Мама, я так рада тебя видеть.

– Полиночка, доченька, а я как рада, – она пошла мне навстречу и крепко обняла меня, после того как я отдала ей чай.

– А это Антон Сергеевич, мой начальник, – представила Терминатора, когда мы разомкнули объятия.

– Здравствуйте, а я Марина Алексеевна. Спасибо вам огромное, что нашли время заехать ко мне, – поблагодарила его.

– Рад знакомству. Теперь я точно знаю, в кого ваша дочь такая красавица, – Антон улыбнулся так, что я совсем забыло про присутствие своего мужа.

Однако он очень быстро о себе напомнил.

– Действительно, Полина у меня, – сделав акцент на этих словах, сказал Матвей, подходя ближе, – настоящая красавица.

А затем обнял и, резко прижав к себе, поцеловал в губы. Не отшатнулась от него только из-за стоявшей рядом мамы.

– Ой, Матвеюшка, про тебя-то совсем забыли, – всплеснула руками она. – Я как узнала, что ты сможешь заехать, так и позвонила своему любимому зятю. Благо он не отказал и сразу согласился приехать.

Муж положил руку мне на талию, пристально глядя на Антона, и ответил:

– Ну что вы, мама, я всегда рад навестить вас, – а затем перевёл взгляд на меня и продолжил. – Командировки – это неотъемлемая часть работы, и не всегда есть возможность вырваться, да, Полина?

Хотела отойти от него, но он сильно сжал руку на моей талии, причиняя боль.

– И потом, стоит немного ослабить хватку, как твою собственность норовят увести прямо у тебя из-под носа, – и снова пристальный взгляд на Антона.

– И то верно, иначе можно получить колоссальный ущерб, – глядя на него в ответ, сказал Терминатор.

– Ну что мы с вами на пороге стоим, проходите скорее, там уже, наверное, все пирожки остыли, – она взяла Игнатьева под руку. – Дадим молодым пять минут побыть наедине.

Он хотел ответить, но мама быстро начала что-то у него спрашивать и завела его в дом. Как только мы остались одни, Матвей схватил меня за подбородок, поднял мою голову и, глядя прямо в глаза, зло процедил:

– Ну что, Терминаторская подстилка, привезла своего нового хахаля с мамочкой знакомить?

Попыталась его оттолкнуть, но он перехватил мои руки и сильно встряхнул меня.

– Думаешь, у тебя есть хоть шанс избавиться от меня?

– Мне больно, Матвей, – прошептала я, с ужасом глядя на него.

– Ты моя собственность, – процедил он и, отпустив меня, развернулся и пошёл в дом.

Мне ничего не оставалось, как пойти следом за ним. На ходу растирая места на руках, где остались следы от его хватки, думала, зачем мама вообще позвонила ему? И главное, для чего он сюда приехал?

В центре комнаты был накрыт обеденный стол. Мама очень постаралась, ожидая нас. Помимо пирожков для зятя, она запекла утку с яблоками, со своим фирменным соусом, летний салат, а в центре стояла тарелка с круглой картошкой, от которой поднимался пар. Рядом с ней был кувшин с домашним морсом, и в завершении этой аппетитной картины на большой тарелке лежала моя любимая шарлотка.

В других обстоятельствах, я бы с удовольствием всё это попробовала, но сейчас от одной только мысли о еде к горлу подкатывала тошнота. Мама посадила Терминатора так, чтобы он оказался с другой стороны стола, а мы с Матвеем сидели рядом.

– Полинушка, ну что же ты там застыла? Присаживайся скорее, поухаживай за мужем, – а сама тем временем отрезала кусок утки и положила его перед Антоном. – Вы кушайте, кушайте, не стесняйтесь.

Игнатьев пристально на меня посмотрел. И лишь когда я кивнула ему в ответ, вернул своё внимание моей матери.

– Да, Полина, поухаживай за мной, – Матвей, заметив наши переглядывания, прищурил глаза и зло на меня посмотрел. – Так соскучился по твоим заботливым рукам.

Осторожно присела рядом с ним, словно ожидая подвоха в любую минуту.

– Полина, да что это с тобой сегодня? Ты прям сама не своя, – мама внимательно изучала на меня. – Рассеянная какая-то, словно в облаках витаешь. На Матвея совсем не смотришь. Вы что, поругались, да?

– И всё то вы подмечаете, Марина Алексеевна, – скрестив руки на груди, сказал Матвей.

– Мне ещё во время её звонка показалось, что что-то не так. Ну не может начальник — вот так просто взять и повезти замужнюю женщину, пусть и его сотрудницу, в гости к маме, – и она посмотрела на Терминатора, – извините, Антон Сергеевич, просто странно мне это.

Игнатьев нахмурился, но пока молчал, а меня начинало потряхивать от осознания того, куда свернул этот разговор.

– А вы ещё спросите у своей дочери, где она живёт последние несколько недель, – мама замерла с кувшином в руках, удивлённо глядя на Матвея. – Или как она потеряла нашего ребёнка.

Послышался оглушительный звон разлетающегося на мелкие осколки стекла.