Измена. Между двух огней

Глава 17

Выслушав мой сбивчивый рассказ, Марина недовольно заворчала:

— Ну чего ты сразу ушла-то, Тоня? Надо было остаться там и во всём разобраться! Поговорить с Андреем, выслушать его объяснения, задать ему вопросы. А ты опять, как страусенок, голову в песок засунула и дала этой Даше полное преимущество!

— Да что там разбираться, Марин? И так ведь всё понятно, — устало ответила я. — У него по всей квартире её нижнее бельё разбросано, понимаешь? Для меня он слишком уставший после работы, чтобы пойти в кино или прогуляться по парку, а для неё — всегда готов! Цветы заказывает, ужины устраивает, да ещё и в полуголом виде встречает! Что тут ещё выяснять-то?

— И всё равно, что-то здесь не то. Не верю я этой Даше. Ну не похож Андрей на бабника и вруна. У него, знаешь, вид такой… порядочный.

— Я так же про Валеру думала, — с горечью напомнила я, — Что он, мол, совсем не похож на бабника, что слова он говорит такие правильные, глаза такие честные… А ты вспомни, как мы потом разводились? Сколько грязи он вылил на меня, сколько унижений мне пришлось вытерпеть!

— Тонь, я понимаю, что ты на Валере сильно обожглась и теперь всем мужикам не доверяешь, но я, правда, чувствую, что здесь что-то не так, — настаивала Марина. — У меня какое-то предчувствие…

— Ну всё, хватит заступаться за этого Андрея! — перебила я её возмущённо. — Ты вообще чья сестра, в конце концов? Моя или его?

— Твоя, твоя, не ругайся, — примирительно проговорила Марина. — Я просто считаю, что тебе не стоило сразу сдаваться. Нужно было хотя бы попытаться во всём разобраться, а не убегать.

— Я всё видела: и букет, и пакет с едой из кафе, и трусы её по всей квартире, и её саму — почти в одних трусах. Какие ещё нужны доказательства?

—Что ты собираешься делать дальше?

— Не знаю, если честно… — призналась я. — Хотя, нет, знаю. Буду готовиться к экзамену, работать, общаться с друзьями, заниматься собой и просто жить своей жизнью. Не хочу больше тратить своё драгоценное время впустую на всяких подлецов и предателей.

— То есть, у вас с Андреем всё кончено?

— Похоже на то, — ответила я, и внутри всё болезненно сжалось в тугой комок. Ещё пару дней назад я с волнением и надеждой думала о скорой свадьбе, о совместной жизни, о счастливом будущем… А теперь всё рухнуло в одночасье. Неужели все мужчины одинаковы? Есть ли вообще на свете нормальные мужики, способные на верность и преданность? Или все они через какое-то время начинают изменять, предавать и врать?

— Ладно, сестра, держись там! — подбодрила меня Марина. — Я вот сейчас немного разгребу свои проблемы с Егором и Женей и обязательно помогу тебе во всём разобраться. Просто сейчас у меня голова совсем не варит, думать ни о чём не могу. Но я чувствую, что…

— Марина! — предостерегающе воскликнула я, обрывая её на полуслове.

— Всё-всё, поняла! Больше не буду ничего чувствовать и говорить. Завтра жду твоего звонка. Надеюсь, что эта твоя неформалка согласится нам помочь.

— Постараюсь её уговорить. Ты тоже держись там, не раскисай. Тебе сейчас нужно как можно больше сил и терпения. Люблю тебя!

— Я тебя тоже люблю, — ответила Марина. — Спокойной ночи.

Я отключила телефон и откинулась на спинку дивана, чувствуя себя совершенно опустошённой. В голове был полный сумбур, сердце разрывалось от боли, а в глазах стояли слёзы. Казалось, что весь мир сговорился против меня и пытается уничтожить моё счастье. Но я не сдамся. Я должна быть сильной. Я обязательно справлюсь со всем этим. Я смогу пережить и это предательство.

Вся ночь прошла в беспокойном сне, слезах, обиды и мучительных метаний между желанием позвонить Андрею и закатить ему грандиозный скандал, и стремлением быть холодной, равнодушной и недоступной, словно ледяная королева. Я ворочалась в постели, пытаясь унять боль в груди и заглушить навязчивые мысли. Вспоминала, как страдала, расставаясь со своим первым мужем, как надеялась, что он одумается, что поймёт свою ошибку и вернётся. А он смеялся надо мной за моей спиной и нисколько не жалел о нашем разводе. Не хочу повторения. Не хочу снова унижаться. Надо уметь отпускать. Пусть идёт к своей Даше. Тем более, что сам Андрей не звонил и не писал, не пытался ничего объяснить, оправдаться или хотя бы просто узнать, как я себя чувствую. Вообще ничего. Полное молчание. Это было самым красноречивым доказательством его вины.

На следующий день, как только выдалась первая свободная минутка на работе, я пошла в комнату отдыха и набрала номер Васи, на которую я возлагала надежды. Мне невероятно повезло: я дозвонилась до неё сразу же. Я быстро объяснила ей ситуацию, и Вася, к моему величайшему облегчению, почти сразу же согласилась. Оказалось, что она сейчас подрабатывает в какой-то жутко шумной и дурно пахнущей бургерной, моет посуду и разносит заказы, и с огромным удовольствием бы сменила эту каторжную работу на что-то более спокойное.

— Но ты же понимаешь, что этот Егор — довольно сложный и трудный случай? — предостерегла я Васю, стараясь её не обманывать и не приукрашивать действительность. — Он сейчас находится в состоянии сильного стресса, обижен на весь мир, агрессивен и может наговорить всяких гадостей.

— Пффф, да я и сама — тот ещё тяжёлый случай, — с вызовом и уверенностью в голосе заявила Вася. — К тому же, вы же меня не привязываете к этому Егору навечно? Я попробую с ним поладить, ничего не обещаю, а там посмотрим. Если у нас с ним не сложится, то я просто уйду, делов-то.